Новости

Полиция выявила факт браконьерского промысла в нацпарке «Таганай» (Челябинская область).

Палубный истребитель Су-33 нырнул с авианосца в Средиземное  море.

Челябинские полицейские задержали подозреваемых в разбойном нападении.

В понедельник, 5 декабря, на Южном Урале прошло чествование Неизвестного солдата.

С начала года в бюджет возвращено 4,5 миллиона.

В Якутске главрежа местной драмы наградили именной звездой.

Впервые - в доме-новостройке.

28-летний спортсмен российской сборной принес команде единственную золотую награду в престижном турнире.

По предварительным данным, причиной трагедии стала не потушенная сигарета.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Заслужил ли глава "Почты России" премию в 95 млн рублей?






Результаты опроса

Малый бизнес. Велик он или мал?

14.08.2015
Хотите пельмешек? Вам сколько? Порцию? Две? Хорошо, две. А два килограмма не возьмете? А двадцать килограммов?  А два центнера? А две тонны? Я не шучу.

Хотите пельмешек? Вам сколько? Порцию? Две? Хорошо, две. А два килограмма не возьмете? А двадцать килограммов? А два центнера? А две тонны? Я не шучу.

Есть пельменный аппарат-автомат, который сам замешивает тесто, сам его раскатывает, сам выкраивает кружочки-заготовки. После этого вакуумный насос впрыскивает на кружочек теста фарш-начинку и останется только пельмень слепить. Не пройдет и часу, как аппарат выдаст две тонны пельменей.

Цены у них разные. Тесто для всех одно - по 16 рублей за килограмм. А фарш - трех сегментов: дешевый, средний и дорогой. Один килограмм дешевых пельменей будет стоить 54,4 рубля, а дорогих - 102,4 рубля. Вам каких? Дешевых или дорогих? Ах, вы интересуетесь, какой фарш… Простите, но фарш - это отдельный разговор.

Так завелось, что у нас в холодильнике всегда найдется пачка магазинных пельменей. На всякий случай. Если что - через полчаса на стол будут поданы горячие пельмени. Очень удобно. Значит, все хорошо? Не совсем.

Магазинные пельмени мы едим, но каждый раз вздыхаем: сейчас бы своих, настоящих, домашних пельменей… А эти… Вроде пельмени, но не совсем… Фарш в них - не прожевать. Уж слишком жилистый. И запах мяса едва угадывается. И уж чтобы глоток сока в пельмене - это уж слишком… Но так и быть. Не отравили - и ладно.

Всякий раз - вопрос: покупать или не покупать? Покупаем. Но - другой фирмы. Перебрали несколько поставщиков _ никого не предпочесть. До домашних пельменей не «тянет» никто, хотя все уверяют, что «домашние», что «ручной лепки» и что «без добавок». А цены - от 100 до 500 рублей за килограмм. Это бы еще ничего, если бы высокая цена соответствовала высокому качеству, а она совпадает не всегда. Иногда, у особенно «продвинутых» знатоков рынка, высокая цена на плохие пельмени - такой маркетинговый ход, то есть хитрый, изощренный обман покупателя. И еще вопрос: пельмени, килограмм которых стоит сто рублей, - это все-таки пельмени? Мясные?

В городах наш кормилец - малый бизнес. Он будто бы очень старается. Вот он взялся за полуфабрикаты. В магазинах - что угодно: котлеты, супы, пирожки, блинчики, те же пельмени. Весь ассортимент. Прежде об этом можно было только мечтать, а теперь - пожалуйста: по пути с работы домой купить полуфабрикаты, дома их разогреть и ужин готов. Но… Попробуешь ту котлетку - вроде котлета, но не совсем… И на следующий день пройдешь мимо замороженных полуфабрикатов…

Малый бизнес нас кормит, но есть у него загадка: мы не знаем, чем он нас кормит. Едим, но в сомнениях. Кому-то - неизвестно кому - мы доверяем свои желудки, обмен своих (или чужих) веществ, весь свой «внутренний мир». Не слишком ли мы доверчивы?

Взялся писать о малом бизнесе и сам, признаюсь, не знаю, что это такое. Уж извините. Я бы знал, если бы было, у кого спросить. А спросить не у кого. Никто не знает. Известно только, что бизнеса должно быть мало. Но как мало и какого именно бизнеса - неясно. Например, семейство открыло торговую лавку - да, это похоже на малый бизнес. А куда его прилепить на металлургическом заводе? Или в науке? По умолчанию ни одна отрасль не отлучена от малого бизнеса, но где-то он легко вписывается, а где-то едва ли не отторгается.

После долгих прикидок государство объявило: малый бизнес - тот, в котором не более ста работников. Сто так сто. Хотя напрашивается вопрос: каких? Сто человек, занятых ручным трудом, - это одно, а сто квалифицированных специалистов при современном техническом оснащении - другое.

Как бы то ни было, считается, что развитие малого бизнеса - важная экономическая задача нашего государства. Может быть. Спорить не буду. Хотя есть сомнения. Наше правительство уже который год норовит создать, умножить и укрепить малый бизнес. Дело как будто благое, но почему-то непослушное. Малый бизнес неохотно создается, медленно умножается и слабо укрепляется.

Оно бы хорошо. Допустим, человек не у дел. Проблема? Проблема. У человека нет работы, значит, нет денег, нет ничего. А у правительства - головная боль. С ним, с этим «бездельником», надо что-то делать. Искать ему работу или платить как безработному.

А если тот же человек нашел себе дело, завел свой бизнес, то _-что? Да, проблема отпала. Уж не до того, чтобы от его бизнеса что-то капнуло в бюджет, сам себя прокормит - и прекрасно. От государства - отвалил. Правительство избавил от протекции, опеки и хлопот. Человек перешел на самообслуживание и самообеспечение.

Поощряя малый бизнес, правительство хотело бы возродить в стране мелкую буржуазию. Да-да, дать простор той самой мелкобуржуазной стихие, которая, как говаривал В.И. Ленин, каждый день и каждый час творит в экономике капитализм. У нас-то что? Капитализм. Он у нас какой? Еще слабый. Вот и надо размножить мелкую буржуазию. Она придаст сил нашему капитализму. Да?

Но… Стихия - это когда все происходит само собой, вот именно стихийно, да и не просто происходит, а неудержимо напирает, захлестывает без меры и без удержу. Так было будто бы в 1921 году, когда в России был объявлен НЭП. Мелкобуржуазная стихия тогда едва не опрокинула революцию.

А теперь никакой стихии нет. Правительство поощряет малый бизнес, а он - не поощряется. Вроде тесто замесили, а не хватило дрожжей. Стихия не взбухла, ее опара не разлилась по всей экономике, не подняла, не взбодрила ее.

Помнится, в советские годы, вопреки всему и всем, тут и там возникали чуждые социализму энергичные люди, в которых кипело частное предпринимательство. Тогда их гнули и давили, а они пробивались сквозь частокол запретов, находили лазейки, выкручивались, выворачивались. Никакие чиновники и бюрократы не могли их укротить. Где же они теперь? Давно уже олигархи? И что? Лимит предпринимательства в обществе исчерпан?

Однако государство не унимается - взывает к малому бизнесу, так и сяк лебезит перед ним, заманивает, открывает калитки, ворота, разрешает перелезать через забор. На все закрывает глаза - только удостой, сделай милость, появись, возникни. Чего тебе, малый? Льготы? Хорошо, так и быть. Без налогов? Хорошо, договоримся. Без проверок? Хорошо, не потревожим. И в самом деле, государство обязалось: три года нога контролера или инспектора не ступит на территорию малого бизнеса. Никаких инспекций! О внезапной проверке и не заикаться, как бы с испугу у малого бизнеса не случился разрыв сердца. Дошло до явной несуразности: если и случится какая проверка, то о ней надо предупредить за месяц, а то и за квартал: мол, ждите, будем - приготовьтесь.

Значит, так: малый бизнес - во что бы то ни стало, любой ценой. Хорошо. О предпринимателях государство позаботилось. А о потребителях? О тех, кто будет пользоваться услугами малого бизнеса? Они - не в счет? Что даст людям этот освобожденный от всякого контроля и всякой ответственности бизнес?

Не секрет, что крупный бизнес, пришедший на рынок всерьез и надолго, склонен следить за качеством своего товара и своих услуг самостоятельно, без внешнего контроля. Чего не скажешь о малом бизнесе. В нем велика доля людей случайных, всякого рода проходимцев, любителей быстрых денег, нечестных на руку, искателей халтуры и халявы. Но малый бизнес таков, что и добропорядочных предпринимателей соблазняет на «скользкие» поступки.

Учтем, что малый бизнес - это, прежде всего, малые деньги. То, что удалось наскрести. Едва-едва. Как правило, денег хватает только на то, чтобы открыть дело и продержаться месяц-два. Поэтому с самого начала - экономия на всем. И когда подопрет, ничего не останется, как сэкономить на качестве своей продукции. Оно, качество, и так балансирует на нижнем пределе, потому что условия производства самые примитивные.

Если, допустим, на крупном мясоперерабатывающем предприятии технологический поток с электроникой, автоматикой и другими техническими прибамбасами держит качество в узких допусках, то колбасный цех, втиснутый в подвальное помещение даже у добросовестного бизнесмена обречен на брак.

Малый бизнес не свободен от таких дельцов, которые и не помышляют работать на рынке честно и добросовестно. Их расчет - на первую покупку. Пусть покупатель с первой же покупки поймет, что его откровенно обманули, пусть в следующий раз он уже не обманется, но таких, один раз обманутых покупателей, наберется сотни и тысячи. А когда все раскусят обманный товар, предприниматель-временщик откроет новую «фирму», в расчете опять-таки на первую попытку. Так можно долго и вполне безнаказанно околачиваться на рынке, отравляя и развращая его.

Часто используется и другой прием: на первых порах поставлять на рынок «истинную» продукцию, а когда покупатель проникнется к ней доверием, «плавно» перейти на фальшивый продукт.

Скажу так: с малого рынка нельзя спускать глаз. Может быть, ему достаточно одного контроля - контроля качества у входа на рынок. Но в том-то и дело, что качество изделия не оценить вприглядку, без осмотра условий производства. А несметное число контролеров, которые систематически контролировали бы условия производства сотен и сотен малых бизнесов - абсурд. Так что малому бизнесу не нужен мораторий на контроль, он бесконтролен в принципе. Нет на него контроля.

Конечно, можно сказать, что потребитель разберется. Не разберется. Точнее, разберется - и уже разобрался: он перестает покупать продукцию малого бизнеса. Потому что ему все труднее в развале товаров отыскать такой, которому бы доверял.

Наш малый бизнес, как и вся экономика, остановлен и застопорен низким спросом. У бизнеса нет денег, чтобы повысить качество продукции, а у потребителя нет денег, чтобы купить качественный товар. Стоим, чего-то ждем.

Вообще ставка на малый бизнес сомнительна. Не сам он, малый бизнес, сомнителен, а сомнительная ставка на него. Мелкая буржуазия - весьма неустойчивая группа населения. Она постоянно возобновляется и распадается. «Течет». Ведь малый предприниматель - буржуа только наполовину. Второй своей частью он труженик. И живет он, балансируя, как канатоходец. Кто-то переберется на «тот берег», где «жируют» состоявшиеся буржуины, а кто-то, большинство, упадет вниз, где копошатся трудяги. Ясно, что мелкий предприниматель не настроен на то, чтобы всю жизнь оставаться мелким. Он только о том и думает, чтобы разбогатеть и в какой-то степени олигархиться. Он ощущает себя на рынке не постоянным, а временным игроком. Такая среда.

Наконец, мелкое производство по сути своей не претендует ни на высокую производительность труда, ни на высокое качество продукции, ни на достойную рентабельность. Вся экономика пронизана стремлением к концентрации, то есть к поглощению малых форм.

Будущее принадлежит крупному производству. Это, может быть, не значит, что у малого бизнеса нет будущего, но в чем оно я, признаться, не знаю. Боюсь, что малый бизнес «поднимает голову» тогда, когда рушится крупное производство.

Я вспоминаю годы в конце прошлого века, когда вдоль трассы М5 у Тимирязевского поселка бабушки и тетушки продавали беляши и что-то еще съедобное. Мы там несколько раз останавливались, потому что знали: у бабушек и тетушек беляши - вкусные. Настоящие. Домашние. По той же причине там останавливались не только мы. Я не знаю, что это было - там, у Тимирязевского, - малый бизнес или какой-то другой. Наверное, нет, не бизнес, потому что бабушки и тетушки представления не имели о маркетинговых ходах, они были наивно добросовестны и простодушны, пекли беляши честно и чистосердечно. Как себе. Чем и сделали себе рекламу. Не думаю, что тогда они разбогатели, но уверен, что - выживали. И выжили. Никого не обманули и не взяли грех на свою душу. Потому и вспоминаются добрым словом.

Комментарии
Комментариев пока нет