EUR 75.58 USD 66.33

Томинский ГОК: Челябинск под угрозой?

Томинский ГОК: Челябинск под угрозой?

Насколько велик риск от разработки медного месторождения вблизи города?

25 декабря 2014 года в «Челябинском рабочем» был опубликован отчет обозревателя Айвара Валеева о заседании общественного Совета по формированию экологической политики при губернаторе области, на котором обсуждался вопрос об оценке влияния на окружающую среду будущей деятельности Томинского ГОКа. Предлагаем вашему вниманию отклики на эту публикацию, адресованные не только редакции, но и губернатору Б.А. Дубровскому.

•Это эксперимент на людях

Публикация Айвара Валеева оставляет тревожное впечатление, поскольку, с одной стороны, явно просматривается намерение Русской медной компании «продавить» проект по разработке медного месторождения вблизи Челябинска (25 км), а с другой - каких-либо убедительных аргументов в пользу его реализации не приводится, скорее, наоборот. Но это субъективные, так сказать, оценочные суждения. Попробуем разобраться в ситуации «без гнева и пристрастия», опираясь на доступные сведения и некоторый опыт по их обобщению, приобретенный за время работы в науке. Полученные умозаключения разделим на три группы: достоверные факты, оставшиеся непроясненными вопросы и общие выводы.

Несомненным является следующее. Разработку намерены проводить открытым способом, то есть с помощью взрывов. Будет ли Челябинск трясти, не очень понятно, но то, что в воздух будут подняты целые облака мелкой сульфидной пыли, которая наверняка доберется до областного центра - нет сомнений.

Далее, добыча медьсодержащих руд будет производиться в глубоком карьере, глубже Коркинского. Это значит, что содержимое отвалов, которые включают серу, медь и их соединения, обязательно будет попадать в грунтовые воды. Любой мало-мальски сведущий специалист знает, что соединения меди очень ядовиты. Один эксперт так и говорит: «Невозможно сохранить качество подземных вод в карьерах». Тем самым создается угроза, что их содержимое может просочиться в Шершневское водохранилище, главный источник питьевой воды для миллионного Челябинска.

И наконец, эффект кумуляции, накопления: поступление ядовитых веществ будет происходить постоянно, в течение длительного времени. Значит, к выбросам ЧЭМК, ЧМК, ЖБИ, отходам свалки, последствиям «ядерного следа» и прочим местным (анти)экологическим «прелестям» придется приплюсовать эффект тройного - атмосферного, почвенного, водного - порядка. Естественно, со знаком минус.

Теперь вопросы. Прежде всего, к экспертам. Все они признают неизбежность ущерба от строительства, все дело в оценке его уровня и качестве этой оценки. Относительно величины атмосферных загрязнений один эксперт заявляет, что «риски равны нулю». Это как? Вот вероятность 0,9 (весьма высокая) близка к нулю или нет? Не ясно. Другие экспертные оценки звучат так: «возможные аварии», «есть ряд неопределенностей», «недостаточность и недостоверность данных» и далее в том же духе. В общем, никто из экспертов гарантий безопасности строительства не дает и, похоже, давать не собирается. Почему? Говорят, нет данных, ГОК не предоставил. Но тогда о какой экспертизе вообще может идти речь?

Что нам предлагается в качестве мер защиты? Немного сдвинуть промплощадку, но это не решает дела. Осуществлять мониторинг, то есть постоянную проверку экологической обстановки. Но ведь когда выяснится, что медь накапливается в воде и почве в приличных объемах, мало что можно будет сделать: «Поздно, Клава, пить боржоми…» И даже если мониторинг будет осуществляться идеально (в чем законно возникают сомнения) и точно укажет на возникшую опасность, можно ли быть уверенным, что ГОК прекратит разработку?

Опыт свидетельствует: реализуемый проект уже не остановить. Пример - целлюлозно-бумажный комбинат, отравлявший Байкал с 60-х годов ХХ века, только недавно прикрыли, да и то по прямому распоряжению президента и не с первого раза.

Выводы. Нам предлагают в окрестностях Челябинска построить некий опасный объект, а потом посмотреть, что будет. То есть фактически рекомендуют поставить эксперимент на людях, составляющих население огромного города, на нас с вами. Эксперименты на людях, даже с лучшими намерениями, как известно, запрещены, ибо результат неизвестен. Правда, иногда приходится идти на риск и действовать в условиях неопределенности, например, решаясь на серьезную операцию для спасения жизни больного. Но Томинский ГОК явно не тот случай.

Если уж проводить аналогию с медициной, то те риски, которые, по мнению одного из экспертов, «с запасом компенсируются социально-экономическими плюсами от реализации проекта», можно уподобить продаже человеком собственных органов, например, почки, с целью улучшить свое материальное положение. Однако вряд ли такое решение можно назвать разумным.

Борис Марков, кандидат физико-математических наук, специалист в области коллоидной химии

Владимир Рыбин, доктор философских наук, врач анестезиолог-реаниматолог с 20-летним стажем практической работы

Еще на эту тему:

VK31226318