Новости

Благодаря снимку космонавта Олега Новицкого.

Устроили «ледовое побоище».

Став «президентами», много чего пообещали.

Реабилитационную программу для спортсменов организуют в санаториях Сочи.

На Играх разыграют 44 комплекта наград.

Изменение рабочего графика затронуло входящее в группу "Мечел" предприятие "Уральская кузница".

Подозреваемая втерлась в доверие к пенсионеру и забрала деньги, которые мужчина планировал потратить на еду.

Часть ограждения и покрытия крыши были повреждены тающим снегом.

Пока центр функционирует в тестовом режиме.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Знаменитый тенор Зураб Соткилава открыл фестиваль «Дни высокой музыки на Южном Урале»

19.09.2012
Зураб Соткилава в юности был отличным футболистом

Только у него такой витиеватый путь в искусство.

Зураб Соткилава в юности был отличным футболистом: сначала капитан молодежной сборной команды Грузии, затем - нападающий в основном составе тбилисского «Динамо». Памятны ему баталии с московским «тезкой», где играл легендарный Лев Яшин. Если бы не травма… Но с футбольного поля пришлось перейти на поле высшего образования - в Тбилисский политехнический. Потом - в консерваторию под давлением родителей и уговоров специалистов, распознавших у Зураба прекрасные певческие данные.

Знаменитый тенор, народный артист СССР, лауреат всевозможных конкурсов и просто любимец публики в Челябинске был желанным гостем. На гала-концерте по случаю старта «Дней высокой музыки» он с большим душевным посылом исполнил свои коронные арии. Публика восторженно приняла и его дуэт с примой Мариинской оперы, заслуженной артисткой России Ларисой Юдиной. А на призыв певца спеть вместе с ним «Ямщик, не гони лошадей» воодушевленно откликнулся весь зал. «Вы потом скажете друзьям: «Я пел в опере», - пошутил звездный гость.

Накануне Зураб Лаврентьевич провел мастер-класс для студентов исполнительского факультета Челябинской академии культуры и искусств. Он прослушал пение ученика Галины Зайцевой и ученицы Генриетты Денисовой. Высоко оценил их способности, сказав, что у ребят большое будущее. Щедро поделился секретами мастерства, касаясь «технологии» исполнительства и образа жизни вокалистов. Обступившим его студентам он предлагал: «Приезжай в Москву, послушаю» - и называл номер аудитории, где проводит свои классы.

А если они и впрямь все к нему приедут? Всех будете слушать? Я его спросила об этом. И он ответил очень серьезно:

- Всех, кто хорошо поет. А то нередко не очень способные ребята попадают в консерваторию, а для истинно талантливых двери закрываются. При такой образовательной системе, как сейчас, я бы никогда не стал певцом. Когда поступал на вокальный факультет, меня спросили: «Сольфеджио знаешь?» Я честно сказал, что не знаю. Но меня приняли только из-за голоса, и я потом всему научился.

Нынче в июне на приемных экзаменах я слушал таких голосистых ребят! И что же? В сентябре прихожу в вуз. Где те ребята? Оказывается, кто-то диктант плохо написал, кто-то тоже сольфеджио не знал. Говорю в деканате: «Что же вы делаете, такие голоса на улице не валяются. Нам, педагогам, нужно работать с хорошим материалом». Кто-то ко мне прислушивается, а кто-то нет. Поэтому не все одаренные попадают на учебу, жаль.

Или знаю случай, когда студент второго курса, блестяще поющий и уже в театре выступавший, получил двойку по литературе, и его исключили. Это неправильно, я считаю. Паваротти гармонию не знал и сольфеджио тоже. На слух учил. Но стал мировой звездой.

Самое главное для певца - быть личностью на сцене. Веди себя достойно, не мельтеши, тогда тебя будут уважать. А девочек-вокалисток я, знаете, как наставляю? Говорю: «Ты должна быть хищницей на сцене…» Мария Каллас - величайшая хищница, может, даже чересчур. Говорят, что она на негативе сделала себе имя. Такое бывает.

Лучано Паваротти рассказывал, как на одном выступлении дал петуха, а этот момент транслировали телеканалы, и его весь мир узнал. Простые люди, не имевшие представления, кто такой Паваротти, запомнили его именно с этого дня. Как любит говорить Галина Вишневская, худая слава бежит, а добрая лежит. На негативе тоже делается имя артиста. Но я к такому способу никогда не прибегал, честное слово. Знаю, что за это меня уважает народ.

- Как много интересных и полезных вещей вы рассказали челябинским студентам.

- Один великий баритон говорил: «Нам нужна одна жизнь, чтобы учиться, а вторая - для того, чтобы петь». Думаю, надо успеть и то, и это сделать в одной жизни. Певцу следует быть физически выносливым и здоровым. Знаете ли вы, что у вокалистов определенная микрофлора во рту - певческая? Съев что-то слишком соленое или перченое, мы ее нарушаем. Из-за этого плохо слышим свой звук и начинаем его форсировать, давить. Я однажды чуть с ума не сошел из-за такой ситуации на концерте. А все потому, что накануне ел пеламуши, есть такое грузинское блюдо из вина и кукурузной муки наподобие холодца. Я очень слежу за тем, что и когда пью и ем. Кофе-эспрессо - за час до концерта, ем не позже чем за 7 часов до выхода на сцену, иначе полный желудок будет мешать диафрагме. Некоторые вокалисты принимают мочегонные препараты, чтобы перед концертом избавиться от лишней жидкости, и тогда легче поется, а звук становится звонкий, яркий. Но это очень вредно для сердца.

Я когда в Италию на первые постановки поехал, спел семь спектаклей и почувствовал, что плохо с сердцем. Итальянские врачи сделали пару уколов, и я к ним привык, мне так хорошо пелось. Вернулся в Москву, вдруг этот врач мне звонит: «Ты продолжаешь это лекарство принимать?» - «Да» - «Немедленно перестань, иначе разрушишь почки». От стимуляторов разрушаются надпочечники, которые дают нам силы. Все, ты конченый человек. И не только голос, физически разрушаешься. Не дай бог никому. Всем певцам это скажу: не налегайте на стимуляторы.

- Зураб Лаврентьевич, вас называют главным героем-любовников оперной сцены. А в жизни за вами бегают почитательницы?

- Да ладно, какой там бегают, - 76 лет мне уже. Честно скажу: больше я бегаю за ними (смеется).

- Судя по вашему виду, у вас неплохая физическая форма. Недавно прочла, что вы увлечены снукером. Оказывается, это разновидность бильярдной игры.

- Я давно умел играть в бильярд, но меня он не очень интересовал, а вот снукер затянул. В этом виде надо заранее обдумать каждый шаг, знать на три-четыре хода вперед. И техника нужна феноменальная.

- Этим видом, оказывается, увлечены многие мировые знаменитости.

- Так и у меня все друзья знаменитые. Один писатель, другой поэт, третий академик. Мы собираемся и играем. Если напьемся, то очень долго играем (хохочет). Если серьезно, то если раньше я любил выпить вина, то сейчас перестал. Я ведь перенес несколько сложнейших операций. 6 стентов мне поставили на сердце. А тазобедренный сустав у меня был травмирован во времена моей футбольной эпопеи, мне протез поставили. Длинный - 27 сантиметров. Когда прохожу рамку в аэропортах, он звенит. Приходится объяснять, что металл - внутри меня. Теперь в аэропортах такие хорошие «тумбочки» - встаешь туда, и тебя насквозь видно. Я служащих попросил дать мне снимок. Смотрю и им говорю: «У, как хорошо сустав стоит».

Но физическую нагрузку я себе позволяю, с гантелями работаю. Оказывается, и в старости можно качать бицепсы. Это женщинам тоже полезно. Моя подруга Елена Образцова сделала сложную операцию, чтобы кожа на предплечьях не висела. Я ей говорю: «Лена, ты с ума сошла! Что ты делаешь!» А она: «Я же выхожу на сцену в открытых платьях, никто не должен видеть моих недостатков». Ведь ей, кажется, у вас в Челябинске красоты добавляют.

- О ней заботится Александр Пухов - наш знаменитый пластический хирург.

- Кстати, после той операции уже на следующий день она пела со мной в Перми, хотя неважно себя чувствовала. А сопровождали ее как раз этот доктор вместе с медсестрой. Лена ненормальная, на все готова ради искусства. Твердит: «Надо хорошо выглядеть, на меня же народ смотрит». Я ее обожаю!

- Вы много лет работали вместе с ней в Большом театре.

- Я ушел оттуда, хотя руководство театра четверым вокалистам дало особый статус: пожизненный солист Большого. Это Нестеренко, Образцова, Касрашвили и я. Можем в любое время туда прийти на спектакли или в столовую, взять класс, чтобы репетировать. Хотя мне все это не нужно. Но очень многие сильно страдали оттого, что когда-то были ведущими солистами Большого, а их туда потом не пускали. Что поделаешь, такова практика во всех мировых театрах: если ты уже не солист, двери для тебя закрыты. Ну а я когда ушел, то ощутил больше свободы. А то, бывало, вызывают на внеплановую репетицию, когда кого-то вводят в спектакль. Вокалист не готов, партию не знает, а я из-за него должен четыре часа торчать.

Артисты сейчас бывают безответственны. Недавно был в Большом театре, думал, я в зверинце каком-то нахожусь. После реконструкции больше недостатков, чем достоинств. Да и в художественном отношении Большой театр перестал быть великим храмом искусства.

Сейчас я вольный художник. Начал концертную деятельность, и у меня очень много получилось программ. Вообще-то я считаю, что в месяц больше четырех-пяти концертов петь не надо, но у меня бывает больше. Предложений хватает.

- Вас в одной статье назвали светским человеком. Посещаете вечеринки?

- Никогда. Ненавижу! Один раз пошел на какой-то прием, где меня должны были награждать. Там были Пугачева, другие известные люди. Но эта атмосфера тусовочная не по мне. Я жене сказал: «Давай отсюда убежим». Три раза по лестнице спускались, и нас возвращали обратно. Я говорю: «Дайте уже поскорее награду, чтобы я ушел». Не люблю таких вечеринок и считаю, что время не стоит там терять.

- Бываете ли в Тбилиси, где прошла ваша молодость, или в Сухуми, где родились?

- В Тбилиси - очень редко, а в Сухуми меня вообще не пускают как грузина.

- У вас две дочери. А внуки есть?

- Тоже двое. Мои дочери вышли замуж, когда им было по 37 лет, в 38 и 39 они родили. Сейчас внучке 4 года, а внуку 1 год и 5 месяцев. Такой подвижный мальчик, что я все время дрожу от страха. Лазить быстро научился. Заберется на стул, стоит и качается, при этом радостно смеется. А я в шоке: вдруг упадет? И мчусь к нему. Все хватает, все ломает. Но зато ноты так тянет! Это такая радость - быть дедом…

- Больше, чем петь?

- Ну тогда так скажу: две большие радости. В работе для меня самое главное, когда я хорошо себя чувствую, стою на сцене и пою. Ни с чем не сравнимый процесс. Когда тебя с любовью встречают в городах, где прежде никогда не был, для артиста это большое счастье. Я не выдерживаю и говорю залу: «Если искусство вас так трогает, значит, вы - великая публика…»

Комментарии
Комментариев пока нет