Новости

Чудовищные нарушения санитарно-эпидемиологических норм выявила прокурорская проверка.

О мужчине, находящемся за рулем в нетрезвом виде, стражей порядка предупредили горожане.

Автолюбилельница на Skoda Octavia сбила коляску с четырехмесячным малышом на улице Корепина.

По предварительной информации, возгорание могло стать результатом поджега.

Четырнадцатилетняя девушка два месяца назад ударилась во время катания с ледяной горки и жаловалась на боль в ушибленном суставе.

Оно сможет выпускать продукцию, которая сейчас закупается за рубежом.

Инцидент произошел в Петроградском районе города минувшим вечером.

Инцидент произошел минувшим вечером на Шоссе Космонавтов.

Деньги предназначались для оплаты коммунальных услуг.

Агрессивного наркомана задержали сотрудники Росгвардии.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Без права на неуверенность

15.05.2009
Лучшим подарком к своему сегодняшнему 70-летию народный артист России Борис Петров считает новые роли.

Лучшим подарком к своему 70-летию народный артист России, Борис Петров считает новые роли.

Борис Петров родился в Омске 15 мая 1939 года в семье рабочих. Школьная самодеятельность, затем учеба в театральной студии при Омском драмтеатре. После окончания работал в театрах Архангельска, Якутска, Магнитогорска, Комсомольска-на-Амуре, Казани, Калинина. С 1974 года и по сей день служит в Челябинском государственном академическом театре драмы, где признан ведущим мастером сцены и творческим лидером и где им сыграно более 100 ролей. Неоднократный лауреат театральных фестивалей. Почетный гражданин Челябинской области. Народный артист России.

Он любимец публики и коллег. Люди тянутся к нему, ища понимания, и всегда находят отклик. Для журналиста такой открытый собеседник, который и развеселит, и прослезиться заставит, и вдохновением одарит, — сущий подарок. С ним интересно и без повода встречаться, но тут солидный предлог — его 70-летний юбилей.

Накануне события Борис Николаевич назначил мне встречу в театре. Думала, застану его после репетиции, а оказалось — после тренировки в клубе «Атлет».

— Чем занимаюсь? Пауэрлифтингом, — рассказал актер. — Проще говоря, тягаю штанги, гири. Уже 20 лет хожу на тренировки. Меня всегда тянуло к спорту. Но пока переезжал из одного театра в другой, было не до того. Осел в Челябинске и начал бегать по близлежащим от моего дома дворам. А там всякие брусья, нехитрые спортивные снаряды. Все в округе знали: вон Петров в красной шапочке бежит. А следом собаки с воронами. Потом наступил «дикий капитализм», открылись всякие клубы. Занялся серьезнее — надо держать себя в форме. Театр требует огромных телесных усилий. Без физической подготовки трудно продержаться три часа на сцене. Тем более в нынешних условиях, когда в театре иная стилистика: много беготни, кульбитов, спортивного рода движений. У Романа Виктюка, например, вообще все на визуальном ряде построено. Так что артист должен быть крепок и вынослив. Понимая это, многие мои молодые коллеги усиленно занимаются спортом.

Но есть такие, кто ленится, оправдывая себя: мол, и без того тратят много сил на репетициях и спектаклях.

— Современная режиссура выгонит их ко всем чертям. Помню, студентом еще, а было это полвека назад, читал интервью литовского режиссера Юозаса Мильтиниса, руководителя знаменитого театра в Паневежисе и учителя Донатаса Баниониса. Он еще тогда говорил, что профессиональный артист обязан быть в хорошей физической форме и знать хотя бы один иностранный язык.

А по этой части у вас как?

— Раньше к нам в театр приходила преподавательница английского, давала уроки для всех желающих. Потом куда-то подевалась. Пытался изучать инглиш самостоятельно, на дилетантском уровне. Кстати, к своему юбилейному вечеру выучил на языке оригинала песню «My way» своего любимого Фрэнка Синатры, конечно, с сильным южноуральским акцентом.

В свое время мечтал овладеть игрой на рояле. Немного музицирую, но на уровне баловства, не более. Эх, если б не моя бурная молодость… Актерские посиделки, излишние возлияния. Не на то тратил время. Жалко упущенных возможностей, очень жалко. Впрочем, знаю такой случай. Один 80-летний старик захотел играть на рояле. И ведь научился, подлец! Значит, можно, если сильно захотеть. Да только времени нет. Сильный перегруз в театре. В январе я даже голос потерял. Три месяца молчал, не работал. Мне сделали операцию на связках. В молодости терял голос дважды и через неделю возвращался на сцену. А сейчас лечение затянулось. Но, слава богу, связки восстановились.

Значит, сегодня споете?

— И стихи почитаю. Сочинил к своему юбилею.

Театр вас от себя хоть ненадолго отпускает?

— Ни на сколько. Даже если дома сижу. Готовлю новую роль, ковыряюсь в ней. Люблю побыть в одиночестве, это моя стихия.

А где домочадцы?

— Супруга давно умерла, а дочка в Архангельске живет, в театре кукол работает. У нее два сына, Ванечка и Сашенька. Одному 13 лет, другой учится на хирурга. Увы, видимся редко. Но по телефону общаемся часто.

По интернету еще удобнее.

— Компьютер я тоже пытался изучать. Даже получил диплом об окончании курсов в ЮУрГУ. Ой, компьютер — наркотик, он столько времени вытягивает. Не раз до трех ночи засиживался. «Надо избавляться», — решил я и подарил его дочери моей коллеги Татьяны Скорокосовой. Лучше книжку почитаю. Недавно перечитал «Анну Каренину». Не только из интереса — надеюсь, что еще и для сцены. Вообще-то режиссер Житинкин хотел поставить эту вещь к моему юбилею. Я уже работал над ролью Каренина, но не получилось. Не нашлось у театра средств. Печально. Потом узнал, что ведутся переговоры с главным режиссером театра Моссовета Павлом Хомским, чтобы он поставил у нас «Село Степанчиково и его обитатели». Какая прелесть! Я в свое время видел этот спектакль с Грибовым, позже — с Юрским. Но и этот проект сорвался. Хомский уже старенький, видимо, тяжело ему выезжать.

В молодые годы меня больше западные писатели привлекали, имел огромную библиотеку, потом, правда, ее постепенно растащили. Недавно взялся за «Фауста» Гете. Думаю: дай прочитаю, неловко как-то. С годами все больше тянет к духовной и философской глубине. За зиму с великим удовольствием перечитал «Войну и мир». Потрясающе! И начал читать всего Толстого. Мой любимый сочинитель — Пушкин. Он все охватил. Какой у него легкий, простой, но изящный язык, а ведь так писать сложнее всего. То же у Гоголя. Читаю «Избранные места из переписки с друзьями» — каждое слово отработано, продумано.

Лет 20 назад увлекся исследованиями пушкиниста Бурцева. Особенно захватило то, что критик рассматривает личность Пушкина через призму самоосуществления. Не самосовершенствование, как у Толстого, а подобно тому, как трактуют американцы: self-made men — сделай себя сам. Мне это так понравилось, я решил, насколько это возможно, самоосуществить себя на сцене. Это стало ключом моей профессии. Получилось ли — судить зрителям.

Неистощимость порывов: и Гоголя хочу играть, и Толстого. Неиссякаемость желания снова и снова выходить на сцену. И что, ни одной причины бросить театр?

— Нет, никогда. Знаменитую французскую актрису Сару Бернар, сыгравшую Гамлета, спросили: что главное в ее профессии. Она ответила: «Труд, талант и тщеславие». Оно и меня стимулирует. Коли пошел в актеры, постоянно будь на сцене, являй себя и гордись этим. Приобретаешь новый опыт, шлифуешь мастерство, врубаясь в какие-то тонкости, только при каждодневном пребывании на подмостках.

Какие свои роли считаете шедеврами?

— Ну, зачем так громко! Не шедевры — хорошие работы, оставившие след и в моей душе, и в душах зрителей. Это «История одной любви» Тоболяка, «Берег» и «Иванов» в постановке Игоря Перепелкина. Разумеется, постановки Наума Орлова «Фальшивая монета», «Егор Булычев и другие» (кстати, моя роль Трубача членится в золотом фонде советского театра), «Последние», «Зойкина квартира». И, конечно, довольно свежая постановка Житинкина «Портрет Дориана Грея», который я очень люблю, а также «Французский квартал» и «Внезапно прошлым летом». Наберется с десяток ролей, не более.

Знаете, чего никогда не прощает публика актеру? Неуверенности. Если зритель ее почувствует — все, внимание зала потеряно. Пусть даже зал вежливо молчит, но это не та внимающая тишина, которая свидетельствует о взаимопонимании. Я на своей шкуре трижды за свою карьеру испытал подобное. Это страшно. Потом сказал себе: «Как бы ты ни волновался, Петров, как бы тебя ни трясло перед выходом, на неуверенность ты не имеешь права».

50 лет на сцене и все еще трясет?

— Еще как! Перекрестишься: «Боженька, спаси» — и вперед. Не хочется опозориться перед публикой.

Есть кто-то, кому завидуете в профессии?

— Конечно. Но белой завистью. Я в свое время был знаком с Олегом Ефремовым, десять дней у него на сцене репетировал. Общался с Иннокентием Смоктуновским, Евгением Евстигнеевым. Потрясающие актеры, титаны! Я весь «Современник» знал, весь МХАТ и весь Вахтанговский, который был моим самым любимым театром. В свое время подумывал о работе в Москве, была возможность там показаться. Но струсил: чего я рыпаюсь, там такие артисты работают. Страх меня сдерживал. Сам я многим помог выдвинуться на столичные подмостки. Но не нашлось человека, который бы меня хлопнул по плечу: «А ну, Петров, иди, рискуй!» Выходец из нашего театра Саша Мезенцев лет пять назад звал: поехали в Москву, ты будешь там востребованным. Куда там. По-хорошему и сейчас завидую таким гениям театра, как Инна Чурикова, Маргарита Терехова, Людмила Максакова, Костя Райкин. А также блистательным актерам нового поколения: Женечке Миронову, Сергею Безрукову, Володе Машкову, Максиму Суханову. Так же и мне хочется работать. Но нужен сильный режиссер. Они там, в Москве, их имеют, а у нас на периферии в связи с кризисом финансы наполовину урезали, никого не можем пригласить. Хороший режиссер необходим, как воздух. Он ваяет из тебя нечто лучшее, чем ты был до того.

Сейчас с удовольствием репетирую главную роль в спектакле «Месье Амилькар — человек, который платит» в постановке нашего Михаила Филимонова. Пьеса классная, персонажи интересные. Такой вот отличный подарок сделал мне театр к моему юбилею.

Как думаете, с каким жанром можно сравнить вашу жизнь: с драмой или комедией?

— Со всеми. Все в ней было. Но главную идею могу обозначить одним словом: любовь. Она спасает человека даже в самые грустные, трагические моменты. Благодаря этому я дожил до 70 лет и готов работать на сцене сколько угодно. Мой друг и сосед по гримерке Леонард Варфоломеев частенько +пальцем на меня показывает и хохочет: мол, Петров — единственный артист, кто все время хочет работать. Да, хочу. Сколько Бог даст, столько и буду.

Комментарии
Комментариев пока нет