Новости

Уральские мужчины придерживаются творческого подхода в решении мобильных вопросов.

Есть и «зеленый подарок»: область выделила средства на завершение строительства очистных сооружений.

Власти Кудымкара пока не знают, как будут обеспечивать жителей питьевой водой на время отключения водоснабжения.

Подрядчика для ремонта крыши определит аукцион.

Испекут блины, посоревнуются, поздравят мужчин с 23 февраля.

Вместо 12 месяцев на посту парень может провести два года на нарах.

На базе местного НИИ травматологии и ортопедии планируется открыть еще один нано-центр.

Найден таксист, который превратил своего пассажира в Шрека.

В Омской области неизвестный своим автомобилем травмировал женщину.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Одинокий тополь на ветру

28.04.2012
…Лидия Ивановна Мартынова уже десятый день смотрит в больничное окно. К Лидии Ивановне никто не придет, это она знает точно: детей нет, родственники далеко.

больничное окно. С высоты третьего этажа виден угол больничного корпуса и кусок голубого весеннего неба. Соседки по палате вышли в коридор, ожидая своих родных. К Лидии Ивановне никто не придет, это она знает точно: детей нет, родственники далеко. Вздохнув, пожилая женщина перевела взгляд на деревце: пока еще голые ветки тополя треплют порывы ветра. Как это похоже на ее 93-летнюю жизнь...

Дороги-переезды

Первый удар семья Мартыновых приняла на себя в 1929 году: отца раскулачили, репрессировали, сослали в Ачинск (Красноярский край). 10-летняя Лидочка помнит, как мама погрузила их, четырех детей, на телегу. Поехали на станцию, сели в поезд. Высадились в тайге, где чуть не погибли при пожаре. Попытались бежать из неволи, прятались в заброшенном домишке. Но кто-то донес, и семью сослали в Иркутскую область - на лесозаготовки.

Лида училась в седьмом классе, семья держалась в основном на плечах старшего брата. Он добровольно поехал в ссылку, чтобы не оставлять детей одних, иначе их раскидали бы по детским домам.

После школы Лида поехала в Иркутск и поступила в педучилище. Продержалась только год: кто-то опять донес, и девушку выслали из города. Вернулась в Киренский район, работала пять лет в школе, дослужилась до завуча, продолжала работать и в войну.

Позже окончила пединститут. Проработав учительницей русского языка и литературы с год, перебралась в Ташкент. Четыре года жила в подвале. Хозяин «квартиры» молодой начальник жэка стал «подъезжать». Лида отказала.

- Что, брезгуете, - скривился мужчина. - А у меня жена ведь тоже литераторша...

Ученики-нагрузки

Лида упаковала чемодан и уехала в Миасс. Шел 1952 год. Жила возле талькового комбината в домике на четырех хозяев. Работала в железнодорожной школе № 22. В 1954 году ее избрали депутатом горсовета, была также председателем товарищеского суда. Любимому преподаванию и общественной работе отдавала все время. В школе тянула большие нагрузки: в пятом классе - 41 ученик, в девятом - 39, к каждому нужен подход, каждого надо заинтересовать, «подтянуть», да и внеклассную работу никто не отменял. Решая проблемы других людей, не заметила, как в девках засиделась, переросла возраст «невесты»: ни мужа, ни просто друга никогда не было.

В 50 лет ушла на заслуженный отдых. Заработала звание ветерана труда, болячки (астма, гипертония), пенсию в 100 рублей и на последнем году работы - комнату в «двушке» на улице 8 Марта. Могла бы пораньше и отдельную пробить, не будь столь совестливой. Сколько лет стояла на очереди, все время слышала одно и то же: - «Лидия Ивановна, ну потерпите, вы же одинокая, другим квартира нужнее».

Соседи-подселенцы

Год назад решили воссоединиться с сестрой, проживающей в городе Электросталь. Пожив немного с Лидией, сестра выкупила вторую комнату и вернулась к себе домой. Когда позарез понадобились деньги на учебу внучки, вновь приехала в Миасс - продавать свою комнату. Лидия Ивановна не возражала: ей хватало своих 17 квадратов. Комнату купила сотрудница Миасского центра соцзащиты населения Альфия Фазлиева и стала сдавать ее внаем. Мартынова условие поставила - подселять только женщин без маленьких детей. Тут-то, по словам Лидии Ивановны, у нее и начались проблемы.

Сначала въехала семья из деревни: четыре человека на 14 квадратов. Их сменили 80-летняя мать и 50-летняя дочь-колясочница, больная раком: оправлялась в комнате, нуждалась в постоянном уходе. Тяжелое соседство длилось три месяца.

Уже год на подселении у Лидии Ивановны находится молодая женщина с гражданским мужем, существование которого она поначалу скрывала.

- Они стали донимать меня дымом, - рассказывает Лидия Ивановна. - Курили даже в ванной и туалете. А я до утра потом мучилась с кашлем. Поговорила, но ничего не изменилось. Сложилось впечатление, что меня специально «выкуривают». Как-то прожгли линолеум, а на меня свалили. Молодая со мной не разговаривает, ходим как чужие. Такое отношение обижает. Но скоро пара съедет, мне станет спокойнее. Надолго ли, не знаю. Кстати, с 1970 года я пережила 16 «подселенцев». Альфия прекрасный человек, я согласна и далее иметь с ней дружеские отношения, но она совершенно не умеет выбирать квартирантов.

675-я в списке

Лидия Ивановна пыталась улучшить свои жилищные условия: стояла на очереди в горисполкоме (675-я в списке) и как бывшая репрессированная (51-я очередь). Но цифры говорили сами за себя - не дождаться. Несколько лет назад пенсионерка написала завещание: в случае ее смерти комнату унаследуют сестра и ее дочь.

Готова ли вторая хозяйка - Альфия Фазлиева к такому развитию событий? Может, сама претендует на комнату?

- Я знаю про завещание, - говорит она. - Когда сестра Мартыновой продала мне комнату, написала от руки расписку: «Продаю с условием, чтобы относились с уважением к Лидии Ивановне, а в трудных случаях помогали словом и делом». Сестра также сказала, что в случае наследования комнаты готова продать ее мне. Но я и не сильно претендую на такой вариант. Если не сложится, как и прежде, буду сдавать свою комнату. Ну а жалобы на квартирантов не совсем обоснованные. Лидия Ивановна любит жить одна, у нее крутой характер, потому и случаются напряженные отношения. Она считает, что ее специально травят, когда жарят что-то на кухне или пекут. Но не могут же люди не готовить.

- Вы обязались ухаживать за Лидией Ивановной?

- Нет. Она и сама говорит, что в этом пока не нуждается: готовит, по магазинам ходит, собирает деньги с жильцов, моет подъезды. Как социальный работник я предлагала ей официальные платные услуги, на которые она имеет право. Отказалась. Пользуется только льготами на оплату жилья и приобретение лекарств. Иногда Лидию Ивановну навещают ученики и племянники из Нязепетровска и Еманжелинска.

Одиночество

Встретилась я и с Людмилой-квартиранткой. Та подтвердила, что, хоть и живут рядом, никаких контактов с Лидией Ивановной не поддерживает.

- Вы же знаете, как тяжело с пожилыми людьми: все им не так, всегда кажется, что все их со свету сживают. Но она не падает духом: слышу, в комнате смотрит телевизор, а чаще вслух читает книжки. Шустрая, невзирая на возраст. Но, если честно, мне ее жалко: не дай бог в такие годы остаться одной. Я бы свою бабушку не оставила в таком положении...

Лидию Ивановну я нашла в больнице на поселке Строителей. Мартынову положили в больницу 12 апреля (кстати, здесь она частый гость). За все время ее посетила лишь одна приятельница, которой отдан на хранение ключ от комнаты. Медики сообщили, что проводят комплексную терапию: лечат астму, гипертонию, ноги, больная сохраняет оптимизм, не доставляет неудобств, очень много читает. Несмотря на температуру 37,1, держится молодцом, ни на кого не жалуется. Рассказав корреспонденту вкратце о себе, пенсионерка подытожила с улыбкой:

- Моя жизнь - это отражение истории страны.

Соседки по палате, ставшие невольными свидетелями нашего с Лидией Ивановной разговора (она плохо слышит), восхитились: - Вот это память! Вот это жизнь. Как она держится: «железная леди».

Может быть. Но мне она больше напоминает тот тополек за окном: клонится, клонится под порывами ветра, но не ломается.

Комментарии
Комментариев пока нет