Новости

Дипломат скончался накануне своего 65-летия.

74-летнего пермяка подозревают в совращении школьницы.

31-летний Вадим Магамуров погиб в минувший четверг, 16 февраля.

Местный житель вступал с детьми в интимную переписку, после чего завлекал школьников к себе домой.

Переговоры Министерства строительства Пермского края с потенциальным инвестором замершего проекта прошли накануне.

По данным Минобороны, еще двое военнослужащих получили ранения.

Местный житель заметил пожар в доме у соседей и поспешил на помощь.

Уральские мужчины придерживаются творческого подхода в решении мобильных вопросов.

Есть и «зеленый подарок»: область выделила средства на завершение строительства очистных сооружений.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Сын стоимостью в десять тысяч

03.09.2009
Жительница Южного Урала не только вырастила шестерых детей, но и спасла своего сына из рабства.

Жительница Южного Урала не только вырастила шестерых детей, но и спасла своего сына из рабства.

Виктория Александровна (настоящее имя героиня статьи попросила не называть), вышла замуж в далеком 1970 году. Почти сразу после свадьбы мужа забрали в армию. В его отсутствие родился старший сын Андрей. Прошло время, муж вернулся, и семейство зажило, казалось бы, счастливо. Дети рождались один за другим. Второй стала Светлана. За ней еще один мальчик Владимир. А позже - Сергей, Иришка. Дом был постоянно полон. Но не сложилось, чего-то семье не хватило. Спустя 12 лет отец семейства ушел к женщине, воспитывающей двух дочек. А Виктория Александровна осталась совсем одна с оравой ребятишек. В ее жизни периодически появлялись мужчины, но душа к ним не лежала. Последним стал Дмитрий. Но и здесь не повезло. Характером не радовал, да и выпивал часто. Через год Виктория его выгнала. Однако именно он стал отцом последнего, шестого ребенка.

- Я боялась, что народ будет говорить обо мне дурно, - вспоминает Виктория Александровна. - Поэтому уехала рожать в соседний небольшой городок. Именно там появилась на свет моя младшенькая дочь Женечка. Сначала хотела оставить ребенка. У меня началась паника. Я просто не могла представить, как буду воспитывать шестерых. Однако вскоре я увидела дочурку. Всю ночь плакала, не могла остановиться, а наутро все же решилась.

Виктория увезла девочку домой. Жить было тяжело. Со времен первого мужа еще осталась четырехкомнатная квартира - ее супруги в свое время получили за невыносимый и вредный труд на угольном предприятии. После развода муж периодически платил алименты. Однако этих 100 рублей катастрофически не хватало. Сама Виктория без работы тоже не сидела. Куда только ее не заносила жизнь – какое-то время они стирала халаты и фартуки сотрудников продуктового магазина. Дети постоянно находились при ней. Ребята разглаживали одежду, а затем развозили на велосипедах. Так они трудились целых шесть лет. Нужно отдать должное, что все детки, даже самые маленькие, понимали, как трудно их маме. Они не капризничали, а трудились, не покладая рук. Затем у магазина появились какие-то финансовые проблемы и его закрыли.

Работы в небольшом городке практически не было. Оставалась только общеобразовательная школа. Именно туда Виктория устроилась ночным сторожем. Работа опасная, однако выбирать не приходилось. Так прошло еще несколько лет. Периодически, под лето, подворачивалась еще одна подработка – побелка школьных кабинетов. Работать приходилось с невероятной скоростью. Ведь надо было успеть до открытия летних трудовых лагерей. Белили до четырех помещений в неделю.

- Зарплата очень маленькая, - вспоминает женщина. - Ни на что практически не хватало. Часто задерживались на побелке до поздней ночи. Самая маленькая дочка тоже с нами была. В один вечер она просто уселась на маленький стульчик и спросила: «Мама, а можно я посижу и посплю?». До такой степени ребенок устал, что у меня защемило сердце.

Однако дети и тогда не жаловались. Они красили парты и полы, мыли окна. Заработанные деньги мама всегда честно делила. И что радовало, дети не бежали сразу покупать сладости или игрушки, а тратили финансы с умом – на новый школьный костюм и принадлежности.

Со временем четырехкомнатную пришлось продать и переехать в частный дом. Но и там семья надолго не задержалась – вернулись в многоквартирную постройку.

Квартира спасла сына

Так шестеро детей и их мама жили довольно долго. Подросли старшие дети. Андрея в армию забирать не стали, поскольку тот помогал Виктории кормить и содержать младшеньких.

Следующим на очереди стал Володя. Парень ушел в армию незадолго до наступления нового тысячелетия – в октябре 1999 года. Перед этим мама долго и дотошно узнавала, где будет служить ее сын.

- Я специально ходила на многочисленные родительские собрания, - рассказывает Виктория Александровна. - Я спрашивала всех военкомов, которых к нам присылали – куда? Те с видом знатоков называли различные части России. В те времена, как и сейчас, мало какой родитель хотел, чтобы ребенка отправили на Кавказ. Мужчина в погонах заявил, что никто из южноуральцев на эту мясорубку не отправится. Наверное, они говорят это всем родителям.

Владимир уехал на сборный пункт и пропал на два месяца. От него не было ни единой весточки. И вдруг неожиданно приходит письмо. Парень писал, что его отослали в небольшой населенный пункт под Владикавказом, что в северной Осетии.

- Мама, здесь убивают каждый день, - говорилось в письме. - Вот только день назад говорил со своими друзьями – Пашей и Михаилом, а сегодня их уже нет в живых. Я случайно услышал разговор между нашими командирами. Они говорят, что в скором времени, когда снимут последние урожаи, возможны столкновения между ингушами и осетинами. Нам поручается их разнимать. Однако оружия не выдают. Говорят, не дай Бог кто-то из местных погибнет от нашей пули. А инструкций, как себя вести, нет. Придется разнимать вооруженных людей голыми руками. Так что могу и я погибнуть.

Далее в письме говорилось, что парень сильно разочаровался в армии. Он сообщал, что фактически вместо службы продан в рабство местным дельцам. Вместо занятий по физической культуре его и еще нескольких парней, предварительно заплатив командиру, вывозили на строительство дорог. На 30—градусной жаре ребятам практически не давали пить, а иногда морили голодом. Около них постоянно стояли конвоиры из их же собственной части.

Виктория Александровна была в шоке, ведь, как предполагалось, она отправляла любимого сына совсем не в то место. У знакомых женщина кое-как назанимала денег на дорогу до Владикавказа и обратно. Двое суток в поезде - и она уже в южном городе. На вопрос, где сын, командир части ответил просто - сегодня он роет могилы. Женщина кое-как отыскала Володю. Его невозможно было узнать. Всего лишь за несколько месяцев цветущий парень превратился в старика. Он похудел на 21 килограмм, осунулся, постоянно чесался из-за докучающих вшей.

Пришла пора уезжать, но женщина пообещала, что вытащит сына из этого ада. Она приехала домой и первым же делом направилась в местный муниципалитет. Однако на все аргументы матери чиновники отвечали одинаково – денег нет. Один даже съехидничал: «А что, вы думаете, он один там такой? И, по-вашему, мы всех должны выручать?»

Виктория была в отчаянии. Она не знала, куда ей обращаться за помощью. У нее не было поддержки сильного мужчины, который посоветовал бы обратиться в милицию, военную прокуратуру и другие правоохранительные органы. Спустя какое-то время, посовещавшись с детьми, женщина приняла решение продать единственный дом.

В течение месяца она продала квартиру за смешные по тем временам деньги – 31 тысячу рублей. Торопилась, поэтому и продешевила. Новые хозяева позволили детям остаться в помещении до тех пор, пока мама не вернется из Северной Осетии.

В декабре 1999 года отчаянная женщина с 10 тысячами рублей отправилась на Кавказ. Она приехала в часть и сразу же направилась к местному руководству. Ни имен, ни фамилий не знала. Шла на удачу. Предложила деньги первому же попавшемуся командиру, лишь бы сына отдали. Тот договорился, с кем надо, и парня отпустили в отпуск на 10 дней. И это за треть стоимости квартиры.

- Судя по их разговорам, деньгами он поделился с кем-то из сослуживцев, - рассказывает Виктория. - Мужчины вели себя так, будто у них уже налажена определенная схема. Написал бумагу, что отпускает солдата по семейным обстоятельствам. В поезде я не могла насмотреться на сына. Он постоянно спал. Я гладила его по голове, и у меня текли слезы. Вернувшись, я, наконец, смогла избавить его от вшей. Прошло 10 дней. Начали звонить из военкомата и милиции. Требовали, чтобы выдала сына. А ведь я его и не скрывала. Просто твердо сказала, что не отдам. Рассказала следователям про издевательства. Только про выкуп умолчала. Зачем людей подставлять? Для меня было главное выручить ребенка. По счастливой случайности именно в то время началась амнистия для тех, кто скрылся из воинских частей. Моего сына перевели в Чебаркуль, где он и дослужил до конца положенного срока.

Последний сын, Сергей, как назло также попал на Кавказ, но уже в Чечню. Однако это от матери уже скрывали братья и сестры – страшно было говорить женщине, которая через столько прошла. Письма от сына она получала через Москву, а поэтому ни о чем не догадывалась. Через два года Сергей благополучно вернулся.

Не хочу, чтобы думали про меня плохо

Семья переехала в частный дом, заплатив за него только 15 тысяч из 20. Этих денег хватило на три года. Позже они начали также снимать частные постройки. Часть детей разъехалась в собственное жилье. В итоге Виктории Александровне выделили две комнатушки в общежитии. Здесь она живет и по сей день вот уже шесть лет.

Как признается женщина, условия невыносимые. И все это несмотря на тщательный ремонт, который она сделала при поддержке детей. У нее небольшая пенсия в три тысячи рублей. Иногда она берется за небольшую подработку – силы еще остались.

- Несколько лет назад кто-то из знакомых уверил меня, что я имею право на квартиру по каким-то льготам, - посмеивается Виктория Александровна. - Я пошла в администрацию нашего города и спросила, правда ли это. Мне ответили отрицательно. Так что и дальше буду жить в этой разваливающейся общаге, которая даже непонятно кому принадлежит. Сейчас хочу попробовать заботиться о пенсионерах. Подруга рассказала, что иногда делают так – ты заботишься о пожилых людях, а потом квартира переходит к тебе. Не хочу, чтобы люди думали, что я такая корыстная и плохая. Просто я еще могу что-то делать, для кого-то жить. Но и существовать так, как сейчас просто невыносимо.

Комментарии
Комментариев пока нет