Новости

Есть и «зеленый подарок»: область выделила средства на завершение строительства очистных сооружений.

Власти Кудымкара пока не знают, как будут обеспечивать жителей питьевой водой на время отключения водоснабжения.

Подрядчика для ремонта крыши определит аукцион.

Испекут блины, посоревнуются, поздравят мужчин с 23 февраля.

Вместо 12 месяцев на посту парень может провести два года на нарах.

На базе местного НИИ травматологии и ортопедии планируется открыть еще один нано-центр.

Найден таксист, который превратил своего пассажира в Шрека.

В Омской области неизвестный своим автомобилем травмировал женщину.

Коуч сибирских хоккеистов Андрей Скабелка подал в отставку.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Книгоиздатель сегодня: между бизнесом и миссией

11.12.2013
Есть ли будущее у книжных издательств, и почему покупка книги в магазине экономнее, чем в интернете, рассказывает проректор ЧГАКИ Андрей Штолер.

Нужен ли книгоиздатель современному читателю? Почему местным авторам сложно пробиться на книжный рынок? Как государство может поддерживать книгоиздание? Об этом беседуем с проректором по научно-исследовательской и инновационной работе Челябинской государственной академии культуры и искусств Андреем Штолером, ранее возглавлявшим факультет книжного бизнеса, документоведения и музееведения.

Андрей Владимирович, нужен ли издатель современному читателю?

В 2009 году я участвовал в отраслевой конференции «Современное книгоиздание: стратегии успеха» в Москве. Перед участниками выступал Олег Новиков, владелец и руководитель издательства «Эксмо», которое сейчас фактически консолидировало рынок коммерческой художественной литературы. Он говорил, что современному издателю уже не нужны посредники для взаимодействия с читателем – он может обращаться к нему напрямую.

Тогда можно сказать, что и автор может самостоятельно общаться с читателем, минуя издательство?

В принципе, сейчас в Интернет-пространстве есть огромное количество сайтов, где можно представить свое произведение и получить оценку читательского сообщества. В обществе – огромное количество институций, позволяющих авторам общаться друг с другом, например, литературные конкурсы. Во взаимодействии автора и читателя фигуру издателя можно поставить под некий вопрос. Но практика показывает, что эта фигура оказывается востребована. Ведь создание произведения – это только начальный этап коммуникации. Но оно может создаваться по внутреннему наитию автора: «Не могу не писать», либо с целью адресовать его читателю. И, как правило, осознание цели адресации, выбор читателя – задача издателя. Он решает, в каком формате произведение публиковать, как распространять.

То есть, по сути, издатель, и если брать шире – книгоиздание, выступает неким координатором литературного процесса?

Это институция, которая производит первичный отбор, первичную селекцию литературного потока. И эта функция очень важна. Книгоиздание – это некий фильтр, который позволяет читателю надеяться (в идеале, конечно), что на полке в книжном магазине окажется та книжка, о которой, прежде чем ее издать, подумали, стоит ли это делать.

Эта позиция как-то обосновывается в теории книгоиздания?

Назначение книжных институтов (издательств, книжной торговли, библиотек, библиографии, литературной критики и даже цензуры) – разворачивать процесс коммуникации в историческом контексте. Задача книгоиздания – отбирать и оформлять произведения, которые могут быть востребованы другими поколениями. Эта схема реализуется фактически с момента изобретения письменности.

Первые государства и стали государствами благодаря письменности и накоплению текстов. Это был вариант формирования мудрости. Предполагалось, что владение текстом делает тебя умнее окружающих.

Но согласитесь, что сегодня большинство людей предпочитают покупать и скачивать книги через интернет…

В Интернете так много всего, что это сегодня, скорее, некая мусорная корзина. Подобный вывод, на самом деле, не несет отрицательной оценки. Просто мусор – это предмет, который находится не на своем месте и значит им сложно воспользоваться по назначению. Чтобы пользоваться электронными тестами, надо обладать высоким уровнем информационной культуры. Надо самому уметь экспертировать тексты по их структуре, виду верстки, описанию. Кстати, люди квалифицированные зачастую по внешнему виду книги могут оценить, насколько адекватно произведение.

Разве можно вообще осуществлять какой-то отбор? Мы же лишаем читателей свободы…

Безусловно, можно. Что такое свобода выбора для читателя? Он приходит в магазин или библиотеку и выбирает не из всего разнообразия изданных произведений, а только из того предложения, которое ограниченно ассортиментом магазина или фондом библиотеки. А чтобы он испытывал удовольствие от процесса чтения, ему надо самому уметь генерировать это удовольствие. Наверное, это касается и выбора книг. И если мы не умеем этого делать, то не почувствуем разницу между Бродским и Евтушенко.

А как выбрать произведение, когда мы не знакомы с каким-то жанром или автором?

Есть несколько механизмов, которые позволяют нам ориентироваться в литературном пространстве. Во-первых, те рекомендации, которые дают окружающие.

Не случайно в книжных магазинах любят навешивать ярлычки «Лидер продаж» − бестселлеры лучше продаваемы. Но здесь мы попадаем в категорию массовой культуры, потому что ориентируемся на мнение большинства. Есть сервисы, где общаются о прочитанных книгах и можно выбрать группу людей, с кем у тебя совпадают интересы и предпочтения. И тогда ты сможешь сориентироваться по их рекомендациям. Но это, если мы вплотную подходим к вопросу – что читать. Сначала мы должны понять, зачем мы читаем.

Так зачем?

А вот это чрезвычайно сложный вопрос… Типологизировать, зачем люди читают, можно с известной долей условности. Во многом ответ и выбор произведения ситуативен. Каждый отвечает по-своему. Исследователи пытаются обобщить, но насколько эта информация объективна – вопрос. Я думаю, что человек читает, потому что у него есть потребность в некой новой информации и привычка воспринимать сведения через тексты. И если я покупаю книги в магазине – стопроцентно читаю, а когда заказываю через интернет – только половину из выбранного.

Правильно ли я поняла, что книжный магазин позволяет сделать более правильный выбор, нежели интернет?

В чем особенность любого выбора? Мы всегда выбираем из того предложения, которое есть. Мы не знаем, в большинстве случаев, что находится за его пределами. Большие книготорговые сети вынуждены формировать свой ассортимент под среднестатистического городского жителя, который, в первую очередь, интересуется тем, что американские издатели называют коммерческой художественной и нехудожественной прозой.

Но в книжном магазине и библиотеке выбор будет качественнее, чем в интернете: там работают более подготовленные люди, которые помогут нам выбрать. В глобальной сети мы предоставлены самим себе. Но объем предложения в интернете гораздо больше: это требует гораздо более интенсивных усилий на выбор.

А какого рода литература сейчас процветает на книжном рынке?

Процветание может быть связано с расцветом, а может – и с изменением цвета вследствие грибкового заболевания. Не все что издается − продается. Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям ежегодно публикует доклад «Книжный рынок в России». По количеству продаж на первом месте стоит Дарья Донцова и целый комплект подобных авторов. В общем, коммерческая художественная проза.

На самом деле современная художественная литература по доле выпуска занимает только максимум 10-15% от всех продаж. Снижается и тираж. Чем менее известен автор, тем меньше первоначальный тираж, который издательство готово выпустить на старте. Если в 90-е годы этот стартовый тираж был десять тысяч экземпляров, то сейчас полторы тысячи – почти бестселлер для начинающего автора. Издание современной российской художественной литературы к началу кризиса 2008 года упало. Наши издатели больше доверяют иностранным авторам, нежели отечественным.

Почему?

Во-первых, если издание было успешно за рубежом, издатели надеются на повторение его успеха и в России. Смысл придумывать что-то свое, когда можно использовать чужой опыт? Происходит своеобразная унификация культурных практик.

Говорить о том, что мы имеем некие культурные образцы, сложно, потому что чтение чрезвычайно дифференцировано. Хотя, несомненно, есть произведения, которые обязательны для прочтения каждому образованному человеку.

А вообще сейчас авторам выгодно издавать книги?

Абсолютно нет. Раньше вступление в Союз писателей было принципиальной позицией для автора: оно обеспечивало относительно стабильный доход. Раз в пять лет его произведение должны были печатать, и за издание платили несколько тысяч рублей, в то время как минимальная зарплата была около пятидесяти рублей.

Опытные литераторы говорят, что литература – это не то, чем сейчас можно зарабатывать. Зарабатывает очень небольшой круг авторов. Задача современных издательств – продать как можно больше экземпляров успешного писателя. Выходит произведение Донцовой, его первоначальный тираж – 200 тысяч экземпляров. Начинающему автору такое не светит.

Крупные издательские дома не заинтересованы в притоке новых авторов и в размывании существующего предложения. Для них это коммерческие риски. Наиболее продаваемые и менее популярные книги стоят на рынке примерно одинаково. Это уже вопрос выбора. А в сложившейся практике продвижения на первом месте по популярности – детективная литература. Для этого достаточно телевизор включить…

То есть реклама тоже значима?

Даже не реклама как таковая, а тот образ жизни, который человека окружает. Если полвечера человек смотрит телевизор, по которому показывают криминальные сериалы, то стоит ожидать, что такие же интересы он будет реализовывать и в книжной практике. Финансовые возможности большинства современных издательств, к сожалению, не позволяют заниматься полноценным продвижением книжной продукции.

После работы над научным проектом «Книжное дело в социокультурной среде региона» вы можете сказать, есть ли у южноуральского книгоиздания какая-то специфика?

Картина скорее типичная, нежели обладающая уникальностью. И у нас, и в других регионах основной объем производства и потребления книг приходится на областной центр. Есть литературные силы, которые хотят издаваться, и на это желание находится отклик. Наша территория имеет внутреннюю социально-экономическую специфику, связанную с профилем промышленного производства и условиями жизни людей. Под это дело развивалась и научно-образовательная, и издательская инфраструктура. Не случайно в Челябинске было создано отделение издательства «Металлургия». Но говорить сегодня, что мы какие-то особенные в плане содержания выпускаемых книг и в плане издательских практик нельзя. Особенные − Башкортостан с Татарстаном, где государство в лице национального правительства выделяет по сто с лишним миллионов рублей на выпуск литературы на национальном языке. У нас такого нет и не будет.

А государство должно поддерживать книжный бизнес?

Книгоиздание – это не только фрагмент культуры, но и элемент того, что любят называть креативной экономикой. Предполагается, что сегодня жителю мегаполиса выпустить книгу проще простого. Можно найти как российское издательство, так и зарубежное.

Но вы говорили, что издатели не интересуются молодыми неизвестными авторами...

Та часть издательской сферы, которую можно назвать книжным бизнесом… Примеров подобных бизнес-структур множество, и организованы они могут быть по-разному. Собственно творческий состав редакции может находиться в Челябинске, книжки - печататься в Китае, а распространяться - по всей стране. Это нормальная практика разделения труда. Но одновременно издательское дело – это часть инфраструктуры современного общества, нацеленная на обобществление результатов творческого труда. И часто, даже, точнее, в подавляющем большинстве случаев, это обобществление не преследует коммерческих целей.

Наверное, приоритет культурных задач над экономическими – родовая черта провинциальной книжности. И наше южноуральское книгоиздание, в определенной мере, традиционный пример региональной практики в современной России.

То есть вы не верите в концепцию свертывания книгоиздания?

Сегодня получать лицензию на книгоиздательскую деятельность, как это было в 90-е годы, не требуется. Любая организация может заняться книгоизданием. Назовитесь ООО «Рога и копыта» и делайте. Надо только соблюдать нормативные требования, и − жизнь удалась. Дальше все зависит от вас. Любая типография напечатает любую книгу: челябинские полиграфисты легко предоставят свободные мощности для выпуска книг. За ваши деньги, естественно.

Вообще выпуск книг занимает всего малую часть полиграфического производства – 1-2%. Но издатель, и организационно, и финансово, всегда является единственным ответственным за выпуск книги. Он договаривается с автором, приобретая права на произведение, типографией, книжными магазинами. А поскольку у нас нет государственной книжной торговли, то в Челябинске она представлена в основном сетевыми фирмами, и челябинским издателям попасть туда чрезвычайно сложно. Правда, «Библио-Глобус» это практикует. А вот «Аркаиму» пришлось через Москву согласовывать проведение своей рекламной акции в «Читай-городе».

Значит, у сетевых книготорговых фирм есть некая несвобода?

Да, она есть. Торговый комплекс может предложить книжному магазину аренду по сниженной ставке, в том случае, если его заинтересовать. Например, местные власти предложат снизить этому торговому дому налог на землю, который бы покрывал все издержки, связанные с размещением по сниженной цене какого-то культурного объекта. Главное условие для книжного магазина – чтобы какую-то площадь на полках отвели под издания местных авторов. Наверное, администрировать это чрезвычайно проблемно, но возможно.

В Москве для учреждений культуры, в том числе для издательств и книжных магазинов, снижены налоги за аренду площадей, что входят в собственность субъекта федерации. В среднем ставка арендных платежей для книжных магазинов и для прочих коммерческих структур различается в десять раз.

Часть книжных магазинов освобождают от местных налогов. Во многих регионах действуют областные целевые программы поддержки книгоиздания. Речь идет о том, что принято называть социально значимой литературой. У нас несколько раз пытались запустить подобные проекты, но они не увенчивались успехом, потому что финансирование шло по остаточному принципу.

Социально значимая литература – это что?

Это та литература, которая в силу определенных обстоятельств представляется нужной современному обществу. Применительно к регионам, речь может идти, например, об учебниках по краеведению для школы. Выпуск социально значимой литературы сегодня реализуется в рамках Федеральной целевой программы «Культура России». Можно назвать проекты, которые были поддержаны челябинскими властями. Например, энциклопедия «Челябинская область», «Книга Памяти Челябинской области» были полностью профинансированы областным правительством. Безусловно, это проекты некоммерческие, естественно, что все книги распространялись только по библиотекам. Нельзя категорично говорить, что местные власти не поддерживают региональное книгоиздание. Поддерживают в силу своих бюджетных возможностей.

А какие книгоиздательства наиболее востребованы в нашей области?

В Челябинске и области действует порядка тех десятков издательств. Издательство Марины Волковой, Игоря Розина, «Каменный пояс», «Край Ра», «Абрис»… Да, все издатели, которые пытаются реализовать себя в сфере традиционной книжности, заслуживают глубочайшего уважения. Они, на мой взгляд, в минимальной степени занимаются предпринимательством, зато в максимальной – реализуют культурную миссию.

Очень интересно издательство Марины Волковой. Оно как раз формирует юного читателя, продвигая южноуральских поэтов и писателей именно в эту аудиторию. И это очень важно, ведь если дети читают сейчас, то есть надежда, что они будут читать, когда вырастут.

К вашему тезису о формировании читательского вкуса…

Вообще формирование вкуса сложный процесс. В ЮНЕСКО есть комитет «Информация для всех», и одно из направлений его работы – развитие медиаграмотности. Это попытка научить человека ориентироваться в информационном потоке и отбирать то, что ему необходимо.

Думаете, можно научить выбирать книги?

Выбирать книги несложно. Сложно нести разумную ответственность за то, что ты выбрал. При определенном опыте вы возьмете книгу в руки и поймете, захочется ли вам ее читать или не захочется, просто посмотрев на титульный лист, выходные сведения, оглавление − те сведения, которые позволяют оценить качество издания. Если издатель соблюдает современные стандарты, то мы можем хотя бы косвенно представить себе, уровень его книжной культуры. Хорошая аннотация поможет читателю сложить представление о книге. Адекватные издатели используют обложку книжки для ее продвижения. Оформление позволяет понять, насколько качественно это произведение издано.

А книгоиздательство и инновации – сопоставимые понятия?

Меняются технологические платформы, но основания книжности, по сути, неизменны. Впервые коммерческое книгоиздание возникает в античности, но принцип никак не поменялся: часть денег – переписчикам книги (издательству), часть – автору. Только сейчас издатель начал сам искать автора и предлагать ему публиковать книги, вкладывая в него средства, если это коммерчески выгодный автор, осуществлять какие-то рекламные ходы. И по-прежнему, есть произведение, с которым издатель должен ознакомиться и принять решение, насколько перспективным будет издание этого произведения.

А как определить эту перспективность?

Она определяется тем тематическим направлением, которое реализуется издательством. Когда-то издательство «Аркаим» пыталось выпускать детективы, но не пошло. Не только из-за качества произведений, но и издательство не имело опыта работы с детективной литературой. Общие технологии меняются, а суть остается неизменной.

Как вы относитесь к сервисам в Интернете, предлагающим авторам бесплатно публиковать свои произведения?

Здесь всегда есть вопрос: как выделиться среди прочих. Издательство как раз осуществляет этот выбор. Оно может инвестировать в понравившегося автора. Мы ведь до сих пор к людям пишущим относимся с неким пиететом, с определенным запасом доверия, предполагая, что раз они высказались – значит, им есть что сказать. Василий Розанов кричал, что литературоцентричность − это бедствие России, что мы слишком доверяем литературе.

Сейчас литературоцентричность культуры в нашей стране прошла. Литераторы информационную повестку дня не определяют. Литература – это такой самостоятельный культурный пласт, один из многих в культуре нынешней России.

Каким же вы видите будущее книги?

С позиции книжника я думаю, что книги были, есть и будут. Книжность поменяется во внешней форме. Возможно, бумажные книги для массового читателя «канут в лету». Но по-прежнему будут нужны люди, которые станут профессионально осуществлять селекцию литературного предложения и пытаться для каждого произведения найти своего читателя. Такая схема будет работать, пока человек остается человеком. Подозреваю, что печатная книга будет стоить дорого, станет немассовой, для узкого круга истинных ценителей. Сбудется мечта великого библиофила Ричарда де Бери, оплакивавшего кончину рукописной книги. Есть такая формула, что телевизионные передачи делают люди, которые читают книги для тех, которые их не читают.

Беседовала Надежда Прохорова

Комментарии
Андрей Владимирович, спасибо за добрые слова в адрес моего издательства, но с моей, издательской позиции, ситуация на издательском фронте выглядит совсем по-другому :)
Марина Волкова
18.12.2013 16:35:21