Новости

Девушку искали почти сутки.

К счастью, водителя в машине не было и никто не пострадал.

Еще несколько человек получили травмы различной степени тяжести.

Молодого человека задержали с крупной партией наркотиков.

Палец 7-летнего мальчика застрял в ручке сковородки.

День Защитника Отечества отметят ярко и креативно.

Робот Т800 двигается и отвечает на вопросы любопытных.

Научное шоу «Астрономия» пройдет 25 и 26 марта.

Деятельность подпольного игорного заведения была пресечена правоохранительными органами.

Чудовищные нарушения санитарно-эпидемиологических норм выявила прокурорская проверка.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Звонок из Хельсинки

26.02.2003
Дочь русского и татарки из уральской глубинки стала женой финна

С Юрюзанским Домом пионеров у Лены Кулеминой связаны самые светлые годы детства. Занималась с ребятами здесь женщина, известная всему городу. Для всех - Софья Александровна Ибатулина. Для Лены - просто тетя Соня, родная сестра мамы.
Своим высоким сопрано пела девочка и в "Звездочке", и в "Орленке", и в хоре "Юность", выступала и как солистка.

Дочь русского и татарки из уральской глубинки стала женой финна

С Юрюзанским Домом пионеров у Лены Кулеминой связаны самые светлые годы детства. Занималась с ребятами здесь женщина, известная всему городу. Для всех - Софья Александровна Ибатулина. Для Лены - просто тетя Соня, родная сестра мамы.

Своим высоким сопрано пела девочка и в "Звездочке", и в "Орленке", и в хоре "Юность", выступала и как солистка. После школы и 11-го, педагогического, класса стала воспитателем в детском саду. Училась заочно в педучилище.

Но началась перестройка, поломавшая жизнь многих юрюзанских семей. Иван Степанович, отец Лены, помаявшись от безденежья, подался в соседний Трехгорный, благо мастерски водит любую машину. Из детского сада Лене пришлось уйти. Недолго проработала и в общежитии. В конце концов взяли Лену официанткой и кухонной работницей в харчевню возле автомобильной трассы "Уфа - Челябинск". Уставала за смену страшно. Да и личная жизнь не сложилась: с мужем рассталась, сын Кирюшка рос без отца. Дни тянулись однообразные и тусклые, как стершиеся медяки чекана одного года. И не думала не гадала Лена, что судьба ей готовит неожиданный поворот.

Таави Карвонэн не смог бы даже самому себе объяснить, почему ему так приглянулась эта худенькая миловидная девушка с подносом в руках. Финский предприниматель проезжал мимо Юрюзани по делам службы и заглянул в харчевню перекусить. А потом уже старался завернуть сюда при каждом удобном случае.

Но на все знаки внимания официантка отвечала сдержанной вежливостью. От подарков решительно отказалась. А о том, что творилось в ее душе, знал лишь один человек. Тете Соне привыкла доверять Лена самое сокровенное:

-- Тетя Соня, он меня с собой в Москву зовет.

Софья Александровна понимала, как мучается племянница, но такие дела каждый должен решать сам. Наконец, настал день, когда Лена объявила: "Все, тетя Соня. Кончились мои мучения!"

Она села на заветный диван и стала рассказывать:

-- Присылает он ко мне порученца. Какой-то чех-попутчик передает письмо. Таави пишет, чтобы я собиралась и ехала в Москву. Он уже и квартиру в Химках снял.

-- А я сказала этому послу, - Лена озорно тряхнула головой, - кому нужна пуховая шаль, тот сам в Оренбург едет, а не других шлет. Теперь ни Таави, ни чех этот в Юрюзань больше не сунутся. Все кончилось!

Но через три дня Таави Карвонэн был в Юрюзани.

Иван Степанович Кулемин и супруга его, как и положено родителям, внимательно присматривались к неожиданному гостю, которого привела дочь. Человек вроде бы положительный, но по-русски ни бум-бум. Только через Лену и разговаривают. И когда это она так по-фински научилась?! С уральской прямотой спросили гостя:

-- Таави, неужто в Москве или в Финляндии женщин не нашлось? Почему именно Лена?

Финн с напряженным вниманием выслушал перевод и что-то заговорил на своем языке. Иван Степанович взглянул на дочь. Та тихонько счастливо засмеялась:

-- Он сказал, что меня послал ему сам Бог. Со звезды...

На семейном совете было решено, что дочь поедет в Москву. И родители, и Софья Александровна настаивали, чтобы Кирилл пока оставался в Юрюзани. Но Лена была непреклонна:

-- Нет! - сказала, как отрезала. - Я - мать. Кирилл - мой сын. Он будет жить там же, где и я!

И уехала в Москву с мужем и сыном.

Четыре года супруги Карвонэн прожили в Москве, где работал Таави. И уже четвертый год живут в Хельсинки. В Юрюзань "своим ходом" приезжали не раз. Но в этом году Таави задержали дела, и Елена Ивановна с сыном приехали погостить вдвоем. Я уже знал, что Лена собирается поступать в университет, где преподавание ведется только на финском. И задал ей каверзный, как мне казалось, вопрос:

-- А кто будет платить за твою учебу в университете? Муж?

-- Никто! - просто ответила моя собеседница. - Обучение бесплатное. Даже стипендию мне будут платить, если, конечно, сдам экзамены...

Телефонный звонок из Хельсинки прозвенел поздним вечером:

-- Тетя Соня! У меня все хорошо, я учусь, трудно пока. Знаешь, нам задали сочинение на тему "Ваши корни". Я писала о тебе, о бабушке Лизе, о нашей Юрюзани.

Леонид СУРИН

Комментарии
Комментариев пока нет