Новости

Спортивный объект осмотрел глава Минспорта РФ.

Краснодарский край отметит 80-летие через 200 дней.

Хорошего вечера пожелал президент США участникам предстоящего мероприятия.

Неизвестные злоумышленники вырубили ивы и вязы по адресу: улица Захаренко, 15.

Пассажир отечественного авто погиб на месте.

Через несколько секунд после появления звука ломающихся кирпичей, труба с грохотом рухнула прямо перед подъездом.

Скопившийся мусор загорелся, огонь тушили несколько дней.

Гости высоко оценили качество реализации и масштаб проекта по воссозданию оружейно-кузнечных объектов.

Спортсмены, судьи и тренеры принесли торжественную клятву о честной борьбе.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Он был маршалом тыла на войне…

26.03.2011
Судьба Николая Семеновича Патоличева - как сюжет из романа, из какой-то эпопеи

Судьба Николая Семеновича Патоличева - как сюжет из романа, из какой-то эпопеи.

Казалось бы, жизнь с первых лет так его затоптала - не то, чтобы подняться к вершинам власти, но и не выжить. А поднялся так высоко - до самого Кремля. Чем объяснить это восхождение? Генами? Внешними условиями? Тем и другим?

В истории Патоличева смущает только одно: такое впечатление, что он - без изъянов. Они, конечно, были, у кого их нет, но мне не известны. Попадались люди, которые копались в нем в поисках минусов. Вроде того, что он выкормыш Сталина. Но за их разоблачениями пряталась разве что зависть к этой легендарной личности.

Наверное, за многие годы жизни в «высших сферах» на Патоличева лег некий налет вальяжности и вельможности, но только и всего. Впечатления детства и юности, которые он держал в себе, заставляли его спускать себя с «вершин» к «низинам» жизни, напоминая о том, кто он и откуда.

Патоличев - безусловно, вождь, но «сталь» в нем не чувствовалась. И «саблей наголо» он не пользовался. Там, где от него ждали «силы власти», он обескураживал и покорял вниманием, уважением и добротой. «Сталь» в нем, конечно, была, но не для того, чтобы ломать других, а чтобы не сломаться самому. Уму непостижимо, как он, еще совсем молодой парень и очень «зеленый» руководитель, на вид добродушый и простой, в те военные - суровые, беспощадные, жестокие - годами мог держать в руках такую «заводскую» область, как Челябинская.

Я называю Патоличева маршалом тыла. Не знаю, с кем следовало маршалу Жукову делить свои победы на фронтах - со Сталиным, с русским солдатом или еще с кем-то. Но, в первую очередь, - с Патоличевым. И сам Жуков это понимал лучше всех. Потому что на войне Жуков без Патоличева - ничто.

Николай Патоличев сам о себе и другие о нем.

«Помню, было это как будто бы вчера, а не полстолетия назад. Поехал я в Нижний Новгород. В корзине две большие бутыли с молоком. На Канавинском рынке молоко нарасхват. Две женщины взяли мои бутыли, вылили молоко в свою посуду. Одна из них дала мне 500 рублей, другая сделала вид, что дает мне тысячу, взяла из моих рук «на сдачу» 500 рублей, и они мгновенно испарились. Нетрудно представить, как маленький заплаканный паренек бегал по рынку, спрашивая: «Тетенька, не вы у меня молоко купили?» Такой тетеньки, конечно, не оказалось. Так, без хлеба, без копейки в кармане вернулся домой».

Две тетки Канавинского рынка на всю жизнь преподали урок будущему министру внешней торговли СССР: на рынке не зевай, торгуй так, чтобы тебя, твою страну, не обманули даже акулы капитализма.

До Москвы еще далеко. А пока - Дзержинск, школа ФЗО, и та как подарок. Жизнь на картошке, в лучшем случае. Барак, и то - уголок с краю. Но и - комсомол. Скоро - аппаратчик на заводе. Потом - вуз. Точнее, «химическая» академия, к тому же военная. И сразу - комсомольский секретарь. Летом 1930 года - путешествие по Уралу, как один из 500 городских посланцев комсомола. Уральская Варна.

«Никогда не забыть это время. Сколько бессонных ночей, опасных переездов от села к селу, часто глубокой ночью по зауральской степи. В любой момент может раздаться выстрел».

Уроки Огаркова, тогдашнего секретаря Варненского райкома партии, Патоличев запомнил на всю жизнь.

И однажды, разумеется, пришла она, - любовь. На всю оставшуюся жизнь.

«Входит девушка, стройная, кудрявая, огромные карие глаза. Ребята, говорю, эта глазастая - моя! И Надя тоже признавалась: «Увидев Колю, подумала про себя: это моя судьба!».

Вскоре они поженились. Наденька работала акушеркой, Коля получал стипендию. Академия выделила им крохотную комнатушку в общежитии.

И вот она, никуда не делась, - Москва.

«На другой день, когда я пришел в ЦК, мне сказали, что со мной будет беседовать секретарь Центрального комитета Андрей Андреевич Андреев».

Их беседа закончилась предложением Патоличеву перейти на работу инструктором ЦК ВКП(б).

Москва отправила его в Ярославль, парторгом ЦК на резиновый комбинат. Но - не стала тянуть резину, а через полгода «отдала» ему не только комбинат, не только Ярославль, а всю область. «Было мне тогда 30 лет».

«Когда я ехал на пленум обкома, километрах в трех наша машина на полпути сломалась. На мне шинель и буденовка. Делать нечего - времени в обрез. Бегом по городу. Шинель нараспашку, буденовку держу в руках. Так и прибыл на пленум первый секретарь обкома».

С Ярославлем связаны три предвоенных года жизни.

Март 1940 года. Пленум ЦК. Среди выступивших - Н. Патоличев. В перерыве к нему «подбежал возбужденный генерал А.В. Хрулев: «Так ты Патоличев?» «Да, я Патоличев» «У тебя отец военным был?» «Да, военным» «Командир кавалерийской бригады?» «Да» «Он погиб? Когда? Где?» «В 1920 году на Ровенщине» «Слушай, я же служил комиссаром в этой дивизии». Тут же Хрулев - к Ворошилову, что-то ему сказал. Ворошилов - к Сталину, что-то шепнул. И оба посмотрели в сторону Патоличева. Что за переполох? Оказалось, все трое знали комбрига Семена Патоличева. «Но то, что один из его сыновей - первый секретарь Ярославского обкома партии, состоит в ЦК, участвует в работе пленума, они узнали впервые, и это было для них неожиданным».

В. Андриянов, автор книги о Патоличеве: «Его видели на заводах и стройках, он заглядывал в магазины, не пропускал ни одной премьеры в Волковском театре, его часто можно было встретить идущим по ярославским улицам. На работу в обком, как правило, ходил пешком. Ярославцы здоровались со своим первым секретарем как старые знакомые. Рассказывали, что Патоличев пришел к одному директору завода в часы приема и два часа сидел в очереди среди рабочих, выслушивая их просьбы».

Октябрь 1941 года. Вызов в Кремль, к Сталину. Вместе с группой руководителей прифронтовых областей. Поздний вечер. Разговор у карты о ходе строительства оборонительных рубежей. «Мы пробыли в Кремле почти до утра. На рассвете вышли на Красную площадь. Слышно было, как о мостовую щелкали осколки снарядов, падающих сверху. Наша артиллерия обороняла Москву. Дежурные порекомендовали нам пересечь площадь быстрее».

«В Челябинском аэропорту нас встречают. Первым подошел Леонид Баранов, второй секретарь обкома. Открытое, улыбающееся русское лицо. Сразу повеяло товарищеской теплотой, непосредственностью. Видимся в первый раз, а встречаемся, как друзья. Баранов сказал: «Сейчас подойдет санитарная машина и окажет первую помощь, а пока снимайте сапоги, ноги оттирать будем».

Я оглянулся. И верно, невдалеке стоит санитарная машина. Как мы долетели?!. Но 1 января 1942 года мы были в Челябинске. Указание ЦК выполнено».

Как ни трудна была первая военная зима, ушла.

В. Андриянов: «По весне в скверах, на свободных площадках во дворах, у школ, учреждений копали грядки под картошку.

К четверке Патоличевых прибавилось еще девять человек.

- Сначала к нам приехала мамина сестра, Софья Ивановна, - рассказывает Наталья Николаевна Патоличева. - Она бежала с двумя детьми из Чернигова. Юрочка, младший, на руках, Галя за подол держится. Тетя Софа закрывала детей собой, когда Чернигов бомбили немцы. Потом в Челябинск добралась вторая мамина сестра с тремя детьми, ее муж был на фронте. Приехала папина сестра, Александра Семеновна, с маленькой дочкой. Пятеро взрослых и восемь детей - целый детсад. А жили все на одну папину зарплату да на то, что получали сестры папы и мамы по аттестатам. Так что у нас была своя картофельная грядка. Война осталась во мне чувством голода.

Первое время папа почти не приходил домой, ночевал в обкоме. А если приходил, то обычно под утро, когда в Москве начальники расходились. Говорил: «Я часик посплю».

Как гром среди ясного неба - распоряжение: «…начальника Южно-Уральской железной дороги Малькевича с работы снять и отдать под суд». Подпись Сталина. А суд - трибунал, военный. Пощады не жди. Малькевич, черный от переживаний, пришел прощаться.

А дело было в том, что Сталину каждый день докладывали о выпуске танков, а тут… На перегоне между Миассом и Златоустом эшелон танков с экипажами полетел под откос. Не скажешь, что Малькевич не виноват, но - слишком уж строго.

Патоличев позвонил наркому путей сообщения Хрулеву, секретарю ЦК Андрееву. Оба мялись, помочь не обещали. Тогда… Походил-походил Николай Семенович по кабинету и - поднял трубку. Поскребышеву: «Товарищ Сталин у себя?» «Будет через сорок минут». Через сорок минут - разговор. Патоличев говорил, что дорога изношенная, разбитая, чрезмерно загруженная… И все такое. После недолгих раздумий Сталин сказал: «Ну, хорошо. Подумаем». Думали недолго. Звонок ВЧ - Сталин: «Начальник дороги, наверное, у вас? Передайте ему, что он назначен на Северную дорогу. Пусть поработает там под немецкими бомбами и оправдает себя».

Это было спасением. Впрочем, Патоличев спас многих - своих коллег по Беларуссии С. Притыцкого и П. Машерова, академика В. Купревича, режиссера В. Топтыгина… Спасали и Патоличева. Не обошлось, однако, и без предателей.

Патоличев в Москве. На докладе Сталину. О делах на предприятиях. На стройках. Об урожае. И вдруг Сталин:

- Вы в Златоусте бывали?

- Конечно, товарищ Сталин.

- А как там ведет себя Громатуха?

Николай Семенович не знал, что такое Громатуха. Сообразил, что скорее всего - речка. (Потом выяснилось: приток Ая).

- Нормально ведет себя, тихая речушка.

- Имейте в виду, - сказал Сталин, - это горная река. И может все уничтожить на своем пути.

Как до вождя дошла весть о Громатухе - неизвестно.

«Возвращаюсь домой около 5 утра. Машинально включаю радио. О, боже! Сообщение о капитуляции. Бегом в обком. В зале стоял неимоверный шум. Начались звонки из городов и районов области. Слышались радостные голоса секретарей горкомов Магнитогорска, Златоуста, Копейска, других городов и районов. Запомнился звонок Григория Ивановича Носова. И ему трудно оставаться спокойным. Тепло и сердечно поздравили друг друга с победой».

Через много лет. Челябинск. Беседа с дочерью Патоличева.

- Наталья Николаевна, а Челябинск как помните?

- Помню. Наш день начинался с того, что папа подходил к окну и говорил: опять дождь, урожай не соберем - меня повесят. Потом я сама по утрам глядела в окно: дождя нет, значит, папу не повесят.

- Мне кажется, Патоличев в тылу был, как Жуков на фронте: их посылали туда, где тяжелее всего.

- Да, спасибо за такие слова. Кстати, у меня с собой фотография - Жуков, папа и Цеденбал. Это последний снимок маршала. Был его день рождения. Никто не приехал поздравить, только папа и Цеденбал.

Потом был лежащий в руинах Ростов, сожженная и разрушенная Беларусь, столкновение с Берией, едва не закончившееся крахом, и долгие годы в министерстве внешней торговли. А это - не область, не страна, а весь мир. Торговать - так торговать. А какая торговля без флота? Флот был построен, не без Патоличева. Он первый приучил Европу покупать наш природный газ. Он закупал оборудование для заводов. И целые заводы - Волжский, Камский, десятки других. Собственно, едва ли не весь технический прогресс тех лет - на импорте. Товарооборот при Патоличеве увеличился в 17 раз. А торговля это - что? Это - мир.

В.В. Гусев, токарь ЧТЗ:

- Последняя встреча с Патоличевым состоялась в Москве в 1970 году. Он собрался писать книгу, и ему нужны были какие-то данные.

Беседа продолжалась больше трех часов. Николай Семенович обо всем расспрашивал и сам рассказывал. Спросил: «Как там сосны в городском бору - целы?» «Да, говорю, теперь там разбит парк, челябинцы знают о вашей заботе, примите нашу благодарность».

- Наталья Николаевна, расскажите о последних годах отца.

- В последние годы он сильно болел. И он, и мама. У мамы - рак, у папы - два инфаркта и два инсульта. Каждую ночь ему плохо. Я бросила работу и переселилась к ним. Три года ухаживала за ними. Позже мне разрешили вывезти отца на дачу. Там он и умер.

- Внезапно?

- Да, у меня на руках. Мы с ним всю ночь разговаривали. Потом я ему: папочка, уже утро, люди уже встают, а мы с тобой еще не ложились. Закрой глазки и спи. Он закрыл глаза и умер.

Комментарии
Комментариев пока нет