Новости

Число заболевших гриппом превысило 11000 человек.

В парламенте «незалежной» обсуждают вопрос о восстановлении статуса Украины как ядерной державы.

На Южном Урале вручают нагрудные знаки в память о битве под Москвой.

Он будет доступен для всех учеников города, углубленно изучающих физику.

В Троицком районе местный фермер предстанет перед судом за хищение пшеницы с поля сельхозпредприятия.

На Южном Урале открывают масштабный фермерский рынок.

64-летнюю пенсионерку экстренно госпитализировали в больницу с тяжелыми травмами.

Засверкают Дед Мороз, Снегурочка, петух, терем и огромный самовар.

Южный Урал посетил знаменитый режиссер, народный артист СССР Роберт Стуруа.  

Из 12 конкурсантов лучше всех справился с заданием Артем Чунарев.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Заслужил ли глава "Почты России" премию в 95 млн рублей?






Результаты опроса

На свободу - за рулем

18.04.2003
Заключенные озерской колонии покидают зону на автомобилях

Виктор РИСКИН
Озерск
Зона-юбиляр
Колония строгого режима, дислоцированная в Озерске, по-своему уникальна. В других девяти закрытых городах России пенитенциарных учреждений просто нет. Хотели и эту извести. Лет шесть назад с таким предложением вышел на подполковника Пименова тогдашний глава города Чернышев.
- А я ответил, - говорит Александр Иванович, - что колония - не только место заключения.

Заключенные озерской колонии покидают зону на автомобилях

Виктор РИСКИН

Озерск

Зона-юбиляр

Колония строгого режима, дислоцированная в Озерске, по-своему уникальна. В других девяти закрытых городах России пенитенциарных учреждений просто нет. Хотели и эту извести. Лет шесть назад с таким предложением вышел на подполковника Пименова тогдашний глава города Чернышев.

-- А я ответил, - говорит Александр Иванович, - что колония - не только место заключения. Сотни наших жуликов работают, пользу приносят. На домостроительном комбинате (ДСК) им даже рады: безотказные, исполнительные. Да и куда денешь полторы тысячи уже "пристроенных" уголовников?

Аргумент подействовал. Теперь колония может в нынешнем году без помех праздновать, если такое для зоны уместно, 50-летие своего образования.

В то время в "сороковке" существовало шесть колоний. Пять "приезжих" и одна местная. Более десяти тысяч зеков возводили город ядерщиков. Выстроили улицы, проспекты и разъехались. Осталась одна с нынешним "населением" в 1369 заключенных.

По словам начальника колонии Александра Пименова, его учреждение никаких проблем городу не создает. Хотя бывает всякое. В том числе и побеги. Последний случился в 1994-м.

Ментовский заступник

В озерской колонии собраны почти все "носители" статей Уголовного кодекса - воры, грабители, насильники, убийцы, рэкетиры. Нет разве что обвиненных в государственной измене: режим закрытого города шпионов не приемлет. Еще нет воровского диктата, насаждаемого апологетами зековских традиций. То есть зона по определению "красная" : руль в руках администрации, а не уголовников. Попытки изменить ситуацию, поставить смотрящего, были. Но пресекались в корне. И не только карательными мерами.

-- Один умник жалобами изводил, - говорит Пименов, - в наше управление "телеги" направлял. Дескать, начальник - отпетый рабовладелец, неугодных сотрудников увольняет, меняет. Понятное дело, для чего он это делал. Чтобы нас проверками запушили и мы на жуликов меньше внимания обращали. А они бы свои традиции втихаря взращивали. Я ему говорю: "Какое твое дело до сотрудников? Ты-то откуда знаешь?" Окончательно добил его такой фразой: "Ну понятно, что ты за своих заступаешься. А с чего это вдруг за ментов переживаешь? Вроде не по масти это, не по воровскому принципу. Да, увольняю того, кто заслужил. Так он, что ли, перед тобой душу раскрывает? Ты же из камеры носа не высовываешь!" Не поверите, так пристыдил, что он при мне свою жалобу порвал.

Страшить должна неизвестность

-- Знаете, - сделал неожиданное заявление подполковник, - я против того, чтобы жизнь заключенных показывали на телеэкранах. Кроме того, не сторонник всевозможных экскурсий, когда подростков, склонных к правонарушениям, водят по зоне. Страшить может только неизвестность. Что наблюдает подросток на такой экскурсии? В казармах чистота, аккуратно заправленные койки с белоснежными простынями. В столовой трехразовое питание. Люди, хоть и в одинаковых костюмах, но выглядят приветливо. Все здороваются, грубого слова не услышишь. Да некоторые такого на воле не видали - ни чистых постелей, ни горячего питания. Выйдет "экскурсант" за КПП и подумает: "А ничего страшного-то и нет!" Он не понял главного - здесь нет свободы!

С водкой в колонии туго. Но тест на проверку собственной сущности как-то был проведен. Однажды несколько зеков нашли клей "БФ". Развели, размешали, выпили. Одурев, подобрали монтажки и пошли крушить сантехнику. Просто так, от застоявшейся и долго не реализуемой злобы. И как на этих зверюг может повлиять администрация колонии? Разве в ШИЗО отравить. Но иногда может.

-- Сидел у нас некто З., - рассказывает Пименов. - А в женской колонии Челябинска отбывала срок его жена. Их дочь жила у его матери. Вот такой семейный расклад. Друг друга супруги не забывали, переписывались. По долгу службы эту корреспонденцию приходилось читать. Сколько нежности и любви было в их письмах! Но вот жена освободилась, и писать ей стало некогда, поскольку ударилась в загул. Тогда З. стал получать письма от своей матери, где та подробно обрисовывала похождения супруги. Мужик, конечно, в себе замкнулся. Ясно, что вынашивает черные планы. Вот тогда я встретился с матерью и попросил не будоражить сына своими посланиями. Вы же, говорю, на побег его можете спровоцировать или чего хуже. Бесполезно. Пошел в отряд, попросил ребят на него воздействовать. Сам ему внушал: мол, выйдешь на волю, жену с дочкой в охапку и - подальше от матери. Свою жизнь налаживайте сами. Совместными усилиями убедили. Бывшим сокамерникам он письмо отписал, что поступил, как советовали, и теперь у него все в порядке.

Жулики пашут по-честному

Озерская колония - еще и производственное предприятие. Причем многопрофильное - от выпечки хлеба до выпуска туалетной бумаги. А между этими довольно близкими "аналогами" - камнеобработка, швейная, обувная мастерские, мебельный цех, участок ремонта автомашин, пилорама. Да еще какое-то количество задействовано на ДСК. Так уж повелось с давних пор, когда социализм строили зеки. Кстати пришелся анекдот, рассказанный нам в качестве напутствия начальником Пименовым: "Корреспондент приезжает на БАМ. Спрашивает у мужиков, которые шпалы-рельсы таскают: "Вы кто?" - "Мы - зека!" - "А что это значит?" - "Забайкальские комсомольцы". - "А где ваш комсорг?" - "Вон, на вышке с автоматом стоит".

На участке обработки камня автоматчиков мы не заметили, зато "забайкальские комсомольцы" трудились на совесть и, не побоимся сказать, вдохновенно. Оно и понятно: из бесформенных кусков змеевика после распила, обточки, полировки и массы других промежуточных операций получались тонкого рисунка шкатулки, увесистые письменные наборы. Эта продукция пользуется спросом в Екатеринбурге, откуда и поступают заказы.

Гордость колонии - недавно открытый участок по ремонту автомобилей. Здесь выполняют в основном кузовные работы - от правки, рихтовки помятых боков, крыш и капотов до покраски в лакокрасочных кабинах. У ворот мастерской ждут своей очереди машины - от горбатого "запора" до "мазд", "опелей" и "фордов". Здесь же замечен и автомобиль ГАИ. Кстати, ходят упорные слухи, что иные зеки выходят на свободу не пешком, а уезжают на выкупленных по дешевке и выправленных ими же машинах. Сопровождающий слух не подтвердил, но припомнил, что вроде бы прежде такое случалось, когда на ДСК зеки получали приличные деньги и могли приобрести побитую в аварии машинешку.

Бригадир участка уроженец города Сим Сергей Боровков на эту тему распространяться не стал. Не очень охотно отозвался на предложение рассказать о собственной судьбе.

-- В жизни все бывает, - с тяжелым придыханием намекнул Сергей. - Вот однажды это все и слилось в одну черную точку.

Бывший погранец, бывший водитель грузовика ударом кулака убил человека. Получил девять лет, отбыл уже пять. Дома в Симе его ждут мать Анна Федоровна и 15-летняя племянница Даша. Но клиентов зековской автомастерской волнуют не обстоятельства, приведшие слесарей-ремонтников в это учреждение, а качество и дешевизна исполнения заказа. Если покраска автомобиля обходится на обычной станции технического обслуживания в пять тысяч рублей, то здесь наполовину меньше. И к качеству нет никаких претензий.

В мебельном цехе нас встретил высокий парень с необыкновенно симпатичным, чистым, открытым и немного застенчивым лицом. Максиму Карпову 22 года. Прибыл сюда из Троицка, где совершил тягчайшее преступление - забил насмерть человека.

-- Сиделивыпивалиповздориливсталиподрались, - скупо, одним длинным словом обозначил свои действия Максим. - Я потом ушел, а он умер.

Тогда ему было 19 лет. Когда судили, прокурор просил 13 лет особого режима, получил 10 лет и два месяца строгого. В Троицке у Максима остались отец и мать - сотрудники жирового комбината. А он делает карьеру здесь, в колонии. Пришел без специальности, а выучился на мебельщика. Да так удачно, что назначили старшим, чем-то вроде бригадира. Теперь вот занимается выпуском корпусной мебели, осваивает мягкую - кресла, канапе.

С удивлением заметили мы в цехе современное оборудование - "фирма" от Германии и Италии. Представители компании сомневались, не раскурочат ли уголовники дорогие станочки. Зря сомневались. Сильно меняется и отношение к уголовно-трудовому контингенту. Был случай, когда начальник одного из "вольных" производств напросился работать с заключенными. А что, отвечал он на недоуменные вопросы коллег, с ними проще. На работу их приведут и уведут. Приведут сытыми, здоровыми, трезвыми. Никто не прогуливает, не ворует, не просится пораньше домой, не клянчит премию или материальную помощь.

Честное пионерское от зека Дорожкина

Однако далеко не все осужденные имеют возможность крутить швейную машинку, тачать обувь, собирать мебель или красить автомобиль. Большинство, а точнее две трети, маются бездельем. В этом мы имели возможность убедиться, когда обогнули по периметру корпуса отрядов. На асфальтовых площадках гуляло, сидело, стояло и откровенно скучало множество одинаково черных фигур.

Наше появление не прошло незамеченным. Вот под одобрительные крики из группы заключенных к сетке подскочил разбитной малый с предложением сфотографироваться. Представился: "Осужденный Воронов, пятый отряд, статья 152 ч.2 - кража!" Из дальнейшей беседы выяснилось, что Игорь Воронов родом из Миасса, в колонии не новичок, "посещает" ее в третий раз. Спрашиваем: "Больше не будешь?" "Не знаю, - честно признается Игорь, - это же норма жизни - воровство в России".

Зато другой собеседник надумал по освобождении свернуть с кривой дорожки и даже дал нам честное пионерское. Назвался Дорожкиным Александром Николаевичем, 34 лет от роду, жителем Карталов. Работал там путейцем, а заодно промышлял кражами. Как и Воронов, третий раз попадает в колонию.

Монтажка для обезьяны?

Спору нет, лучше работать, чем прохлаждаться и отдавать пустые пионерские салюты. В такие минуты, растянутые на годы, разное в незанятую голову полезет. Но, увы, спрос на труд заключенных падает. И это понятно: на свободе вон сколько безработных! Однако на воле многое от самого человека зависит. "Сидельцам" же проявлять инициативу не позволено. Об их занятости надо позаботиться. Тем более не о благотворительности речь. Зеки сделают работу быстрее, надежнее и дешевле. На том же мебельном участке собрали армейские тумбочки для бригады гражданской обороны в Новогорном. Вместо 900 рублей бригада оплатила по 420 за штуку. Тот же "Маяк" мог бы увеличить свой заказ на пошив спецодежды до того уровня, каким он был когда-то прежде. Под те объемы и создавался участок. Сколько было трудов усадить мужиков за швейные машинки!

Все-таки колония не производство. Здесь сидят люди с далеко не безупречной репутацией. Прибавьте сюда 35 ВИЧ-инфицированных и 23 "тубика". Конечно, вся эта взрывоопасная масса надежно охраняется. Место солдат-срочников заняли контрактники. Прекратилась текучесть сотрудников. Напротив, выстроилась очередь. Причина банальна и существенна: минимальные оклады с 2-3 тысяч рублей выросли до 5-6. И все же нельзя сбрасывать со счетов пользу труда для заключенных. Если уж он, труд, помог вытащить человека из обезьяньей шкуры, то ему под силу вернуть нынешнему жулику человеческое обличье. И тогда молоток или монтажка в руках заключенного станет не орудием для крушения унитазов, а обычным инструментом. Ну, там забить чего или колесо разбортовать:

Комментарии
Комментариев пока нет