Новости

Хищника вел по проспекту Ленина неизвестный мужчина.

Мама дошкольницы успела отдернуть дочь и льдина ударила по плечу ребенка.

Мило улыбнулись и поздравили с 23 февраля.

Праздничные выходные на День защитника Отечества будут аномально теплыми.

С 23 февраля свердловские гаишники переходят на усиленный режим работы.

Если тенденция сохранится, руководство пересмотрит программу неполной занятости.

В местах компактного проживания возводятся жилые дома, детсады, школы и центры.

День защитника Отечества артиллеристы отметят салютом в Екатеринбурге.

Сейчас проходят смотры, соревнования и выставка «Мужчина–Воин–Охотник в различных этносах».

Приборы для замера выбросов могут появиться при въезде в столицу Южного Урала.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

"Должны быть тараканы в голове"

14.05.2003
Татьяна Синецкая занесла челябинских композиторов в историю

В Челябинске вышла книга "Композиторы Южного Урала". Ее автор, известный музыковед, доцент кафедры истории и теории музыки ЧГАКИ Татьяна Синецкая считает этот увесистый (более 300 страниц) том в известном смысле итогом общения с самими композиторами и их произведениями на протяжении 40 лет. Последние 20 из них существует Челябинская организация Союза композиторов России, которую и возглавляет Татьяна Михайловна.
Монография имеет две части. В первой рассказывается о становлении композиторской организации в нашем городе.

Татьяна Синецкая занесла челябинских композиторов в историю

В Челябинске вышла книга "Композиторы Южного Урала". Ее автор, известный музыковед, доцент кафедры истории и теории музыки ЧГАКИ Татьяна Синецкая считает этот увесистый (более 300 страниц) том в известном смысле итогом общения с самими композиторами и их произведениями на протяжении 40 лет. Последние 20 из них существует Челябинская организация Союза композиторов России, которую и возглавляет Татьяна Михайловна.

Монография имеет две части. В первой рассказывается о становлении композиторской организации в нашем городе.

Вторую составили очерки о самих композиторах (их семь) и глава об исполнителях современной челябинской музыки.

"Композиторы Южного Урала" - очень серьезное историко-культурное исследование. Мы имеем дело с прецедентом, которого давно заслуживает челябинская культура. Кропотливо собранные факты биографий композиторов и обстоятельств бытования их сочинений, большой справочный аппарат, глубокое исследование самой музыки. Но читатель, настроивший себя на серьезный лад, открыв книгу, будет озадачен. На первом форзаце - фотографии младенцев, на последнем - изображения композиторов. И они, оказывается, были когда-то детьми. Это благодарное удивление, кажется, было для Татьяны Синецкой определяющим не только при написании книги, но и для всей ее культуртрегерской деятельности. Шутка ли: большая часть всего, что когда-либо было написано о местных композиторах, принадлежит ее перу.

-- Татьяна Михайловна, почему вы начинаете историю челябинской композиторской школы в Челябинске с 60-х годов? До той поры в Челябинске композиторов не было?

-- Композиторы у нас, конечно, были и раньше. Но стабильная деятельность профессиональных композиторов, которая привела к становлению организации, - это все, думаю, началось с 1961 года, когда сюда приехал по окончании консерватории Михаил Смирнов. А вообще-то я ставила перед собой конкретную цель: эта книга в первую очередь посвящена челябинской композиторской организации. Должна сразу оговориться, что в области живут и работают композиторы, имеющие диплом, но не входящие в Союз. К примеру, магнитогорцы Владимир Сидоров и Рафаил Бакиров, Рагнеда Одинец из Озерска:

-- В чем состоит особенность вашей работы?

-- Работа над книгой обобщила две формы - воссоздание биографий наших композиторов и собственно анализ музыки. Я могу точно сказать, что мои длительные беседы были очень откровенны. Раскрывалось то, что в обыденной жизни было невидным: отношение к людям, семье, детству. Мне важно было понять суть характера, психологии, даже психики, особенности отношения творческого человека к миру, его самоощущение.

Все это помогло мне в анализе новой музыки. Эта часть - самая трудная и ответственная. Ни один музыковед не позволит себе писать о новом произведении с одного прослушивания, с одного взгляда - всегда требуется глубокое проникновение, изучение нотного материала, большая слуховая работа.

-- Действительно, ответственное дело. Ведь вы даете будущим исследователям и просто слушателям вектор понимания этой музыки.

-- Наиболее адекватно замысел произведения воплощен только в голове творца. А уже когда это становится текстом, попадает к исполнителю, а тем более - в голову слушателя, возникает известная степень искажения. Такова особенность творческого процесса. Далеко не всегда представление самого композитора о своей музыке адекватно тому, что воспринимает слушатель. Здесь могут быть несовпадения. К примеру, мне слышится радость, а у композитора - слезы.

-- Такое бывает?

-- Бывает! Так было со второй частью первой симфонии Татьяны Шкербиной. Для меня главенствующая эмоция этой музыки - нежность. Но Татьяна сказала, что думала о другом - о полном опустошении после потери.

-- Это несовпадение нормально?

-- Мышление конкретно, а музыка - это искусство колоссального обобщения. В одном и том же эмоциональном состоянии можно много всего найти, может быть, даже и совершенно разного. И это все будет драматургически оправданно. Разумеется, до известного предела, когда это не приводит к полному переосмыслению самого произведения, его концепции и смысла.

-- Во время написания книги у вас лично были какие-то открытия?

-- Были. Вот, кажется, Михаила Смирнова знаю всю жизнь. И я была поражена его признанием о том, что он очень поздно нашел свой собственный язык, что он долго находился под влиянием интонационного языка Глиэра и Рахманинова, которых очень любил. Он все время с собой боролся, вплоть до того, что заставлял себя писать нечто совершенно противоположное тому, что возникало в голове. И только в Четвертой симфонии обрел самостоятельный язык. Для меня это было открытием и каких-то человеческих черт, потому что композиторы довольно ревнивы в этом смысле.

-- А можно я вам задам такой вопрос: зачем нужна эта книга?

-- Во-первых, творческая жизнь - особая вещь. Она вбирает в себя очень талантливых людей, их не столь много. Они - создатели и носители культурного потенциала, ценностей, и от них должно что-то остаться. Во-вторых, книга - способ просто воздать людям за все то, что они в этой жизни сделали. В-третьих, объектом исследования является не только композитор, но и его музыка. Это конкретное искусство, которое рождено конкретным регионом, природой, социально-динамическими условиями. История фиксируется в очень разных документах. Вот и музыка тоже документ.

-- Но ведь история избирательна.

-- Да, она отбирает какие-то пиковые вещи. Но никогда в жизни не понять этих вершин, если мы не будем знать средних пластов. Я очень люблю это выражение - рыхлители почвы. Большая часть творческих людей - это именно они, создающие среду, ауру, культурный слой. У нас, к сожалению, этим людям уделяется немного внимания. Есть несколько книг у Виталия Вольфовича, делающих попытку восстановить историю культуры в Челябинске и области. Светлана Губницкая, пока не уехала, тоже много лет этим занималась. Но все, что мы сделали, далеко не исчерпывает тех процессов, которые происходят здесь.

-- А почему больше никто этим не занимается?

-- Вот и я всегда задаю этот вопрос. И агитирую коллег и студентов: берите одного композитора, отслеживайте его путь, изучайте, идите в ногу с ним. Причем предлагаю какие-то прагматические вещи: вот они, готовые научные публикации, которые требуют в вузе. Тема - большая и интересная - лежит под ногами:

-- Может быть, людям кажется это не очень интересным. Сегодня так много информации, есть из чего выбирать.

-- Я не понимаю тех, кто говорит, что это не очень интересно, что жалко на это тратить время. Есть простая истина: чтобы получить один раз кайф от концерта, который запомнится на всю жизнь, нужно сходить на 70 концертов. То же самое происходит и с музыкой наших композиторов.

-- Челябинская музыка существует как эстетическая общность?

-- Думаю, нужно именно так говорить. Конечно, это часть общероссийского и даже мирового процесса. Но уверена: подготовленный слушатель сможет понять, что это написано здесь, на Южном Урале. Хотя все очень индивидуально. У кого-то из композиторов региональное проявляется ярче, есть некая творческая предрасположенность. А у кого-то нет. В малой степени была выявлена у Владимира Веккера. В значительной степени - у Евгения Гудкова. Это и литература уральская, и сюжеты. У Михаила Смирнова в какой-то период это очень явно прослеживалось. Он первым предложил кантатно-ораториальный жанр для самодеятельных коллективов. У нас есть ряд прижившихся направлений. К примеру, метод работы с казачьим и заводским фольклором.

-- В конце прошлого года состоялся вечер симфонических премьер. Публика могла слышать современную серьезную челябинскую музыку. У слушателей осталось впечатление, что у наших композиторов довольно мрачное мироощущение. Это так?

-- Чаще всего - да. В частности, в творчестве Михаила Смирнова и Татьяны Шкербиной преобладает это настроение. Впрочем, есть пример Елены Попляновой, которая пишет совсем иную музыку.

-- Наши композиторы - сложные люди?

-- Сложные, да. Было бы даже странно, если бы они были простенькими, всем понятными. У композитора обязательно должны быть в голове тараканы.

-- Вы говорите, что ваша книга есть некий итог:

-- Но может быть продолжение. Главы о композиторах естественно могли бы перерасти в персональные монографии. Было бы правильным в отдельной книге описать процессы исполнительского творчества, которые есть на Южном Урале. За эти годы столько всего прошло интересного, практически нигде не зафиксированного. И тогда можно было бы говорить о третьей составляющей единого процесса - исследовании нашей слушательской аудитории. Триада могла бы представить панораму музыкальной культуры, которую являет сегодня Южный Урал.

Айвар ВАЛЕЕВ

Комментарии
Комментариев пока нет