Новости

Испекут блины, посоревнуются, поздравят мужчин с 23 февраля.

Вместо 12 месяцев на посту парень может провести два года на нарах.

На базе местного НИИ травматологии и ортопедии планируется открыть еще один нано-центр.

Найден таксист, который превратил своего пассажира в Шрека.

В Омской области неизвестный своим автомобилем травмировал женщину.

Коуч сибирских хоккеистов Андрей Скабелка подал в отставку.

Спасатели ведут активный поиск любителей подледного лова, которых замело на водоеме.

Идет работа по присвоению статуса «Памятник науки и техники» уникальному экспонату.

Двусмысленные плюшевые игрушки могут навредить психике детей, считают пользователи соцсетей.

Извращенцы более семи лет совершали преступления в отношении девочки.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Ремонт в ванной, подробное описание здесь.
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Пощечина юрисконсульту

27.05.2003
Отказ проехать с милиционерами суд оценил в 500 рублей

Ирина КРЕХОВА
Коркино
Элла Никитина работает юрисконсультом на одном из коркинских предприятий. Она молодая, симпатичная, социально благополучная женщина. До недавнего времени ей казалось, что поговорка "От тюрьмы да от сумы не зарекайся" к ней не относится. События последних месяцев заставили Эллу проникнуться большим вниманием к народной мудрости.
- 28 марта около 23 часов я возвращалась из гостей, где немного выпила, - рассказывает Никитина свою версию происшедшего.

Отказ проехать с милиционерами суд оценил в 500 рублей

Ирина КРЕХОВА

Коркино

Элла Никитина работает юрисконсультом на одном из коркинских предприятий. Она молодая, симпатичная, социально благополучная женщина. До недавнего времени ей казалось, что поговорка "От тюрьмы да от сумы не зарекайся" к ней не относится. События последних месяцев заставили Эллу проникнуться большим вниманием к народной мудрости.

-- 28 марта около 23 часов я возвращалась из гостей, где немного выпила, - рассказывает Никитина свою версию происшедшего. - По пути встретила знакомых. Они вызвались проводить меня домой. В районе перекрестка улиц Мира и 9 Января стали переходить дорогу. Я оказалась впереди своих спутников, так как один из них остановился, чтобы под фонарем посмотреть на часы. Вдруг передо мной останавливается машина, раздается мужской голос: "Довезти?" Я отвечаю: "Такси не заказывали". Тут из автомобиля, который был без милицейской символики, выходит некто в милицейской форме и начинает хватать меня за одежду: "Поедем, милиция!" Я попросила его представиться, показать удостоверение, заметив, что у меня юридическое образование, права свои знаю. Вместо этого он подхватил меня под мышки и затолкал в машину на заднее сиденье. Сделать это при моем росте - метр сорок восемь - было несложно. Попутчики пытались что-то объяснять милиционерам, но их никто не слушал. Мы поехали, я продолжала возмущаться, спрашивала: "Куда вы меня везете? На каких основаниях?" Ахметзянову (позже узнала его фамилию) это, видимо, надоело, он ударил меня по губе: "Замолчи!" Тогда мне стало по-настоящему страшно. Несколько лет назад наших коркинских парней зверски убили бандиты, переодетые в милицейскую форму. А сколько сейчас информации о подобных нападениях! Я замолчала и настроилась на худшее. Когда машина остановилась у вытрезвителя, даже обрадовалась: значит, все-таки милиция, а не бандиты. Там уже были мама и муж: мой провожатый предупредил их об инциденте по сотовому телефону. Мне предложили пройти медицинское освидетельствование на алкоголь. В качестве понятых привели двух женщин из их персонала, я отказалась, потребовала независимой экспертизы. Повезли в приемник терапевтического отделения горбольницы. Я была в таком волнении, что не могла понять, как правильно дышать в трубочку. В итоге врач написала: "От экспертизы отказалась". Меня повезли дальше - в дежурную часть ГОВД. Продержали минут 40-50, пока составляли протокол. Там было написано: "Задержана для выяснения личности". Я подписала под протоколом: "Документы были при мне, их никто не спрашивал". "Ты много пишешь", - заметил дежурный. Больше я этого протокола не видела - мне отказались его выдавать. А из милиции увезли меня на "скорой" - вегетососудистый криз. Я попросилась в травматологию, чтобы зафиксировать ушиб губы. Это было сделано, но затем следователь пришел к выводу, что губу я могла разбить нечаянно при посадке в машину. Назавтра к нам домой зашел милиционер и сказал, что на меня составлен протокол об административном правонарушении. Я, в свою очередь, написала жалобу в прокуратуру на противоправные действия сотрудников отдела вневедомственной охраны Коркинского ГОВД.

Из закона "О милиции". Сотрудник милиции во всех случаях ограничения прав и свобод гражданина обязан разъяснить ему основание и повод такого ограничения, а также возникающие в связи с этим их права и обязанности.

Кто разъяснял Э. Никитиной ее права и обязанности при "мягкой" посадке в милицейскую машину?

Обратимся к официальному ответу следователя Коркинской прокуратуры С.Кистера. Там картина ЧП на улице Мира, описанная милиционерами, вырисовывается совсем иная, чем в рассказе Эллы. Во-первых, из их слов следует, что молодые люди не переходили дорогу, а "двигались во встречном направлении по проезжей части". (Уже как минимум нарушали правила дорожного движения - есть за что привлекать).

Во-вторых, милицейская машина остановилась возле Эллы не случайно: трое служивых утверждают, что она ударила рукой по "Жигулям", проезжавшим мимо. Правда, старший сержант Д. Сошников показывает, что она "ударила рукой по крышке капота", а прапорщик М. Ахметзянов - "по крышке багажника", но следователя нестыковка не смущает. Хотя где капот, а где багажник? Элла говорит, что она физически не могла ударить: обе руки были заняты, в одной - сумка, в другой - полиэтиленовый пакет. Но, главное, милиционеры видели - им и вера.

В-третьих, слова Эллы о том, что она юрист, знает свои права и у ребят будут проблемы, приобретают в трактовке следователя зловещий оттенок: "Ахметзянов представился (не представлялся, настаивает Элла - И.К.) и предложил прекратить свои действия, а так как Никитина находилась в нетрезвом состоянии, на замечания не реагировала и продолжала оскорблять его (упоминание о правах, конечно, злейшее оскорбление для милиционера - авт.), то Ахметзянов предложил Никитиной сесть в автомобиль и проехать с ним в дежурную часть для дальнейшего разбирательства. На это Никитина ответила отказом и словесно угрожала ему:"

Из закона "О милиции". При применении физической силы, спецсредств или огнестрельного оружия сотрудник милиции обязан: предупредить о намерении их использовать, предоставив при этом достаточно времени для выполнения требований сотрудника милиции. За исключением тех случаев, когда промедление в применении физической силы, спецсредств или огнестрельного оружия создает непосредственную опасность жизни и здоровью граждан и сотрудников милиции, может повлечь иные тяжкие последствия, или когда такое предупреждение в создавшейся обстановке является неуместным или невозможным.

Тот ли случай с Э. Никитиной, который закон рассматривает как "исключительный"?

И последняя цитата из постановления следователя об отказе в возбуждении уголовного дела против сотрудников ОВО: "При беседе с начальником медицинского вытрезвителя г. Коркино Нуриевым Р.Р. было установлено, что у Никитиной было алкогольное опьянение, визуально достаточное для помещения ее в вытрезвитель, но так как мест для женщин не было, то в помещении было отказано". Во как! Зачем милиционерам какие-то экспертизы, если они нас насквозь видят?

Любопытно, что врач Е. Варнавская, дежурившая в ту ночь в приемном покое, при беседе со мной была гораздо менее категорична, чем люди в погонах.

-- Помню ту девушку, она была очень возбуждена, не выполняла наши инструкции, в трубочку дышала неправильно. Состояние ее было близко к истерическому, но характеризовать степень опьянения на глазок я бы остереглась. Потому и посоветовала милиционерам съездить в Челябинск, где проводят тестирование на алкоголь забором крови из вены.

Вместо этого милиция повезла Эллу в дежурную часть. А следователь прокуратуры при разборе жалобы Никитиной ограничился опросом санитарки приемного покоя (?!)

В общем, Элла из потерпевшей быстро превратилась в правонарушительницу. Еще побегала за протоколом несколько дней - то ксерокс не работал, то секретарша была занята. В результате административный протокол она получила только по распоряжению начальника ГОВД. Протокол о задержании не получила вообще.

Из закона "О милиции". Милиция обязана обеспечить гражданину возможность ознакомления с документами и материалами, в которых непосредственно затрагиваются его права и свободы, если иное не предусмотрено федеральным законом.

У Эллы сохранилась ксерокопия первого варианта протокола об отказе "выполнить законное распоряжение сотрудника милиции". Он был так составлен, что суд заставил переписывать как положено, а не разными почерками, с "ляпами" типа - в 0.35 Никитина была в дежурной части, а в 0.40 еще шла по улице Мира. На подобные "мелочи" не стоит обращать внимания, если все разбиравшиеся в "деле" Никитиной (милицейская проверка, прокурорская, мировой судья) игнорируют даже то, что М. Ахметзянов не предъявил служебное удостоверение (он и сам этого до сих пор не отрицал, видимо, считая такие "излишества" необязательными).

-- Я надеялась, во всем объективно разберется суд, - говорит Элла, - но мировой судья Г. Стекольникова лучше слышала милиционеров. Несмотря на то, что я вину не признала, она спокойно пишет в постановлении: "Виновность Никитиной Э.Б. в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.19.3 Кодекса об административных правонарушениях РФ нашла свое полное подтверждение:" и назначает мне штраф в 500 рублей. Кассацию в федеральный суд я подала. Может, он будет действительно беспристрастным?

Звоню свидетелю Оленину.

-- Я не видел, чтобы Элла била по машине. Естественно, не видел, что происходило в машине. Но видел, что удостоверения милиционеры не показывали. Элла пьяной не была. Она спокойно шла, не шаталась, не падала. Ее не за что было задерживать. Так и в суде говорил. Но, похоже, все было предрешено.

Впору еще вспомнить, что суд должен все сомнения трактовать в пользу обвиняемого. Но это у нас тоже так - теория.

Кстати

Р. Нуриев больше не работает начальником Коркинского медвытрезвителя. В Родительский день там произошла трагедия. 20-летнюю девушку забрали из дома после ссоры с сестрой. В вытрезвителе у нее случилась истерика. Она кричала: "Я повешусь!" Милиционеры не поверили. Девушка повесилась на собственном бюстгальтере. ГУВД области ведет служебную проверку. По факту самоубийства возбуждено уголовное дело.

Комментарии
Комментариев пока нет