Новости

10-летняя девочка находилась в квартире у незнакомой женщины.

Показы коллекции осень-зима 2017/2018 стартовали в столице мировой моды 23 февраля.

Смертельное ДТП произошло на автодороге Чайковский – Воткинск.

Благодаря снимку космонавта Олега Новицкого.

Устроили «ледовое побоище».

Став «президентами», много чего пообещали.

Реабилитационную программу для спортсменов организуют в санаториях Сочи.

На Играх разыграют 44 комплекта наград.

Изменение рабочего графика затронуло входящее в группу "Мечел" предприятие "Уральская кузница".

Loading...

Loading...




Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Пятый год в Троицке живет бомж, не способный нормально передвигаться

27.02.2012
Из-за сильного обморожения бродяге ампутировали обе ноги почти до колен и кисти рук

Из-за сильного обморожения бродяге ампутировали обе ноги почти до колен и кисти рук.

Сам себя Рим Шамсуаров называет «человеком без паспорта». О своей жизни он рассказывает охотно. Так ли все было на самом деле, неизвестно, поскольку о прошлом Рима знаю только с его слов, больше узнать неоткуда.

Каждый обитатель мусорной свалки на обочине жизни оказывается либо по собственной воле, либо по независящим от него причинам. У Рима, кажется, обе эти причины слились воедино. Родился он в большой башкирской семье, где было шесть детей. Отца он не помнит, а мама - Зульфия Амировна - жила в Казахстане.

- Так получилось, что в 1994 году меня посадили за квартирную кражу, - рассказывает Рим. - Четыре года я провел на усиленном режиме в тюрьме Кушмуруна. Это такой поселок в Казахстане. Когда освободился, немного поработал. Но денег тогда не платили, рассчитывались мукой, сеном, углем. Остался я без дома и практически один: все родные разъехались, когда я отбывал срок на зоне. Уже потом узнал, что мама перебралась в Удмуртию. Я решил, что мне лучше тоже переехать в Россию, а там видно будет. Пешком пришел в Троицк и решил некоторое время перекантоваться на свалке. Но верно говорится: нет ничего более постоянного, чем временное. Десять лет почти на полигоне живу, пять из них - инвалидом.

- А что с вами случилось?

- Да по пьянке отморозил конечности. Один товарищ оставил меня на морозе, а сам сбежал и бутылку спирта прихватил. Очухался я уже в больнице. Меня спасли, но врачи ампутировали обе ноги почти до колен и кисти рук. После операции меня положили на лечение в туберкулезный диспансер, так как я еще и легкие застудил. Но там я пробыл недолго. Анализы у меня нормальные, туберкулезом я не болею, вот и попросил мужиков, чтобы они меня снова на свалку отвезли. Здесь как-то привычнее.

Я ни к кому не лезу, ко мне тоже никто не пристает. С питанием, спиртным, одеждой проблем нет. Смотришь, чтобы не воняло, и нормально. Попадается и запечатанная колбаса, и полные бутылки водки, сало, да мало ли что люди выбрасывают. Почему бы не взять.

А еще я зарабатываю тем, что собираю медь и пивные банки. За всем этим добром приезжает один человек, расплачивается сигаретами, спиртным, иногда деньгами. Он мне и чистую воду привозит. Так что жаловаться не на что, я привык к такому образу жизни. Одиночество меня не угнетает, чего грустить-то? Уныние - это вообще большой грех.

- А знаете, где рай находится? - После этих слов Рим снял с руки варежку и показал обезображенной культей в сторону кладбища. - Вот где рай. Там спокойно и тихо.

- Вы там часто бываете?

- А зачем? Скоро все там будем.

Мужчина рассказывает, что сейчас остался на свалке совершенно один. Все его друзья-товарищи уже на кладбище: кто-то спился, кто-то в канализационном люке замерз, кто-то сгорел во время пожара. По словам Рима, не забывают о нем и госструктуры. Навещают иногда. Чаще всего приезжают пожарные инспектора. Рассказывают о правилах пожарной безопасности, просят быть осторожнее при курении, проверяют его немудреное жилище. (Рим соорудил себе будку, в которой можно защититься от пронизывающегося ветра с метелью, приготовить горячую еду на буржуйке, найденной здесь же, на свалке, высушить одежду).

- Как-то раз милиция приезжала и с ними какая-то женщина из управления социальной защиты. Сфотографировала меня. Сказала, что на паспорт. Затем меня в туберкулезную больницу отвезли, но я где-то в апреле-мае убежал, - продолжает свой рассказ обитатель полигона бытовых отходов. - От чего мне там лечиться? Вот если бы паспорт сделали и комнату в общаге выделили. А в дом инвалидов я идти не хочу: там, слышал по радио, есть даже камера пыток, над инвалидами издеваются. Я сам могу себя обеспечить и готовить умею. У меня есть и кастрюли, и сковородки. Правда, иногда хочется к нормальной жизни вернуться, но некуда, да и не к кому...

Рим вздохнул, и мне показалось, что в его глазах блеснула слеза. По правде сказать, он удивил меня своим характером, волей к жизни. По сути, каждый день он совершает подвиг, преодолевая на своем пути все мыслимые и немыслимые трудности. Удивило его философское отношение к жизни: Рим довольствуется тем, что есть. Он не ставит себе цель выбраться из ситуации, в которой оказался волею судьбы. Просто живет, как считает нужным.

Пока материал готовился к печати, стало известно, что по инициативе руководства города Рима Шамсуарова в очередной раз поместили в областную туберкулезную больницу № 13. Как сообщил главный врач этой лечебницы Владимир Шишкин, Рима госпитализировали для обследования и подтверждения диагноза. За это время, возможно, ему оформят паспорт.

- Куда деваться и где жить таким людям, как Рим, честно говоря, я не знаю, - признается Владимир Ильич. - Мы его отмыли, обогрели, перестирали одежду, выдали новую пижаму. Правда, судя по его разговорам, он опять хочет тайком убежать. Говорит, что свалка - это его родной дом. Там он двигается, имеет возможность заработать хоть какие-то деньги. А в больнице ему не на что купить даже сигареты. Да мы не можем его содержать до конца жизни, если диагноз не подтвердится. Он ведь еще молодой, всего 41 год.

Действительно, во многих российских городах, где нет приютов и ночлежек, бомжу и инвалиду без документов путь один - на помойку. Если ты ребенок, то и полиция, и социальные службы отвезут тебя в детский приют. А если взрослый, то будь хоть трижды беспомощнее ребенка, выкарабкивайся сам.

Когда я рассказала про Рима директору центра трудовой реабилитации инвалидов «ДАР» Юрию Сафарову, он справедливо заметил: у человека должно быть желание выбраться со дна, зацепиться за жизнь.

- Но, - признает Юрий, - бывают ситуации, когда без поддержки социальных служб и просто добрых людей не обойтись. А если человек остался без документов, считай, пропал. Правда, я в свое время одному такому мужчине помог: отдал свою инвалидную коляску, немного денег. И он уехал в реабилитационный центр Челябинска, где ему обещали даже протезы поставить.

Комментарии
У нас здоровые-то люди никому не нужны, а тут бомж-инвалид. Жалко, конечно, непутевого, но выхода действительно нет.Ему необходима долгая реабилитация,но кто возьмет заботу о нем? Так и будет корячиться на свалке, пока не подохнет...
Читатель
28.02.2012 02:59:01