Новости

10-летняя девочка находилась в квартире у незнакомой женщины.

Показы коллекции осень-зима 2017/2018 стартовали в столице мировой моды 23 февраля.

Смертельное ДТП произошло на автодороге Чайковский – Воткинск.

Благодаря снимку космонавта Олега Новицкого.

Устроили «ледовое побоище».

Став «президентами», много чего пообещали.

Реабилитационную программу для спортсменов организуют в санаториях Сочи.

На Играх разыграют 44 комплекта наград.

Изменение рабочего графика затронуло входящее в группу "Мечел" предприятие "Уральская кузница".

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Следующая остановка - смерть

13.04.2011
Последняя премьера Челябинской академической драмы имени Наума Орлова  оказалась омрачена громким скандалом: режиссеру, сценографу и драматургу постановки не выплатили положенный гонорар. Министерство культуры области не смогло или не захотело оперативно разрешить возникшую проблему ( написал про эту историю в информации , номер за 9.04.2011). Через день после премьеры постановщик спектакля, теперь уже бывший худрук Челябинской драмы Линас Зайкаускас навсегда покинул наш город.

Последняя премьера Челябинской академической драмы имени Наума Орлова оказалась омрачена громким скандалом: режиссеру, сценографу и драматургу постановки не выплатили положенный гонорар. Министерство культуры области не смогло или не захотело оперативно разрешить возникшую проблему ( написал про эту историю в информации , номер за 9.04.2011). Через день после премьеры постановщик спектакля, теперь уже бывший худрук Челябинской драмы Линас Зайкаускас навсегда покинул наш город. Но вопиющие проблемы театра не исчезли вместе с ним. Пожалуй, их даже стало больше.

Давно такого позора не было.

-- Да просто никогда за все девяносто лет театра.

Этот диалог прозвучал в зрительном зале Челябинской драмы сразу же после того, как перед началом премьерного спектакля его режиссер Линас Зайкаускас вышел на сцену, чтобы попрощаться с театром и его зрителями и сообщить, что ему, сценографу Маргарите Мисюковой и драматургу Виталию Осовскому отказано в выплате гонорара, хотя согласно договору это должно было произойти как раз в день премьеры. Отказано без сколь-либо убедительных объяснений.

Самый строгий критик режиссера Зайкаускаса в этот вечер обязан был стать его лучшим другом. Когда на твоих глазах грабят человека (да еще люди при должностях и портфелях), не тянет анализировать удачи и просчеты постановки, хочется просто встать на защиту обиженного. Но все же несколько слов об увиденной премьере.

В своем прощальном спектакле Линас Зайкаускас собрал ведущих актеров челябинской сцены, признанных мастеров: ни одного незаслуженного артиста и целых трое народных. Так сошлось (не думаю, что это задумывалось специально, ведь когда работа над постановкой только начиналась, Зайкаускас еще не собирался покидать театр, все произошло позже и очень скоропалительно), что именно прощальная интонация стала в спектакле главной. История про обитателей забытого Богом, людьми и, кажется, самим временем итальянского местечка (в основе пьесы - проза Тонино Гуэрры) играется как история прощаний: с солнцем, с улетающей птицей, с любовью, с жизнью, наконец. На этой конечной станции с разобранными рельсами все ее обитатели похожи на странных пассажиров, потерявшихся в пространстве и времени.

Есть заявка (не более чем заявка, но и она дорогого стоит) на тонкий, нежный, атмосферный спектакль, с очень мощной культурной традицией, отсылающей, с одной стороны, к старому итальянскому кинематографу, откуда Тонино Гуэрра, с другой, к лучшим образцам литовского театра последних десятилетий (мне вспомнился знаменитый спектакль-путешествие Римаса Туминаса ). В лучшие мгновения постановки , когда, к примеру, все персонажи впервые собираются на общее застолье и молча смотрят в зал или когда герой актера Бориса Петрова по имени Стефано ведет прощальный диалог с дроздом, а вернее, с жизнью самой, в зрительном зале звенящая тишина: примета настоящего, высокого театра.

А заслуженно ли само изгнание худрука из театра? Его приглашали на долгую перспективу (по меньшей мере, на три года), а вынудили уволиться через год, не дав даже доработать сезон.

Зайкаускас получил театр, которому шел девяностый год, и выглядела Челябинская драма не моложе. За семь лет после смерти Наума Юрьевича Орлова обветшание зримо коснулось и здания, и самого искусства Челябинской драмы. Надо признать, что литовскому режиссеру досталась растренированная и разбалансированная труппа, в которой практически нет работоспособного среднего поколения, усталое и растерянное старшее, безликая молодежь. Годы без настоящего творческого лидера и серьезной режиссуры подкосили театр и поменяли состав зрительного зала: новая публика жаждет развлечений в духе пошлой антрепризы, а театр, увы, готов идти у нее на поводу.

Кто сделал Зайкаускас? В общем, то, что должно. Привел в труппу молодых актеров, прежде всего Марину Карцеву и Александра Тихонова. Для Марины был сделан на малой сцене моноспектакль по пьесе 23-летней ученицы Николая Коляды Ярославы Пулинович (один из самых ярких образцов новой драмы), театр с успехом съездил с ним на три европейских фестиваля. Для Тихонова и Карцевой на той же малой сцене львовский режиссер Ярослав Федоришин поставил спектакль-дуэт по польской пьесе с интересным пластическим решением.

Не были забыты и другие актеры. В брехтовском в постановке Зайкаускаса произошло просто-таки рождение настоящей молодой героини, я говорю об Ирине Бочковой в роли Груше (в другом составе ее играла Марина Карцева). В этом же спектакле запоминались актерские работы Бориса Петрова, Владимира Зайцева, Николая Ларионова, Татьяны Вяткиной. В , притче по турецкой пьесе в постановке Зайкаускаса, вдруг открылся дар характерной актрисы у Екатерины Зенцовой, интересные роли получились у дебютантки Елизаветы Сухановой и Степана Арефьева.

Новая драматургия, новые актерские лица, новые зрители (на собиралась очень хорошая, прямо-таки консерваторская публика, увы, немногочисленная, но надо же иметь терпение, со временем ее стало бы больше). Всякое новое сталкивается со старым, с рутиной, обидами, мелочными амбициями. Новый худрук в работе оказался строг, даже жесток. Убрал из репертуара спектакли, уровень которых его не устраивал. Мог снять с роли именитого актера, увы, давно потерявшего достойную творческую форму. Не терпел расхлябанности, пьянства. В общем, попытался быть в некотором роде режиссером-менеджером, а не отцом родным. И театр вдруг утонул в тоске по временам художественной безответственности и актерской вольницы. Письма и походы с жалобами в начальственные кабинеты, заговоры, слухи и сплетни, откровенное хамство в адрес худ-рука и его близких: Апофеоз всего - двухдневное собрание трудового коллектива с выражением недоверия худруку. При том что убедительных обвинений в его адрес в общем-то не прозвучало. Нельзя же считать таковыми вот это: (то есть выполняет свои прямые режиссерские обязанности). Или вот это: (а зачем тогда ставить Шекспира и Мольера, они ведь тоже не из русского психологического?).

Справедливости ради надо признать, что в общении Зайкаускас не всегда проявлял ангельский характер (людям искусства, знаете ли, свойственно жить страстями). И ни один из его спектаклей не имел абсолютного успеха (но, опять же, надо было набраться терпения, дать режиссеру время). К тому же все постановки были клонами сделанного ранее на других сценах, но это не смертный грех.

Этот конфликт (типичный для многих сегодняшних театральных академий) должна была разрешить культурная власть, проявив твердость и волю. И напомнить крикунам, что Челябинская драма - не частная антреприза актера или актрисы А. Но нынешняя культурная власть области больше всего боится шума: пусть лучше будет болото, но тихое. Вскоре после рокового собрания из министерства культуры к Линасу Зайкаускасу прислали клерка с советом уйти.

И он ушел. Тут же получив приглашение возглавить Ульяновскую драму. Туда же уехала актриса Марина Карцева. Актер Александр Тихонов уехал в Тюменскую драму. Посыпался репертуар, полетели гастрольные и фестивальные планы театра, режиссеры, обещавшие Линасу приехать в Челябинск на постановку, теперь шлют отказы.

Бог с ним, с этим скандалом, судя по последним новостям, вернувшийся из отпуска директор Челябинской драмы Владимир Макаров наведет порядок, и режиссеру (уверен, причина случившегося - именно мелочная обидчивость, которую обиженному уместно оборотить на самого себя) кончится пшиком, Линас и его соавторы получат положенные деньги. Подумаем о театре, о Челябинской драме, ее настоящем и будущем. Ни одного режиссера в труппе (даже очередного), все та же проблема среднего и молодого актерского поколения, и в репертуаре (почему налогоплательщики должны дотировать эту пошлятину, антрепризы же они не дотируют?), отсутствие внятной и прозрачной политики власти по отношению к театру (как принимаются решения, кто выступает экспертом, кто несет ответственность за провалы?). Проблемы множатся, и театр все больше начинает напоминать того самого пассажира без цели из спектакля . У таких пассажиров одна и та же следующая остановка - смерть.

Комментарии
Комментариев пока нет