Новости

Благодаря снимку космонавта Олега Новицкого.

Устроили «ледовое побоище».

Став «президентами», много чего пообещали.

Реабилитационную программу для спортсменов организуют в санаториях Сочи.

На Играх разыграют 44 комплекта наград.

Изменение рабочего графика затронуло входящее в группу "Мечел" предприятие "Уральская кузница".

Подозреваемая втерлась в доверие к пенсионеру и забрала деньги, которые мужчина планировал потратить на еду.

Часть ограждения и покрытия крыши были повреждены тающим снегом.

Пока центр функционирует в тестовом режиме.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Последний испытатель

02.09.2011
Целых 32 года Геннадий Матвеевич Томин испытывал ядерное оружие на Семипалатинском полигоне. Сегодня 71-летний ветеран подразделения особого риска насквозь пропитан радиацией и верой, что жизнь прожита не зря: ядерный щит СССР спас мир во всем мире. Как же получилось, что один из героев своего времени оказался бездомным?

Марина Морозова

Копейск

Приказ - не паниковать

Из Казахстана в Россию Геннадий Томин вернулся семь лет назад. С тех пор ветерана, заслужившего право на внеочередное получение квартиры, можно считать бездомным. Временно прописан в рабочем общежитии, ночевать предпочитает у знакомых: мир не без добрых людей.

Целых 32 года Геннадий Матвеевич Томин испытывал ядерное оружие на Семипалатинском полигоне. Сегодня 71-летний ветеран подразделения особого риска насквозь пропитан радиацией и верой, что жизнь прожита не зря: ядерный щит СССР спас мир во всем мире. Как же получилось, что один из героев своего времени оказался бездомным?

Марина Морозова

Копейск

Приказ - не паниковать

Из Казахстана в Россию Геннадий Томин вернулся семь лет назад. С тех пор ветерана, заслужившего право на внеочередное получение квартиры, можно считать бездомным. Временно прописан в рабочем общежитии, ночевать предпочитает у знакомых: мир не без добрых людей.

Свою непростую историю Геннадий Матвеевич рассказывает мне в неуютном фойе одной из копейских больниц. Ему часто приходится обращаться к врачам, лежать в стационарах. За жизнь дозу радиации получил почти в три раза больше максимально допустимой для чернобыльских ликвидаторов. Его организмом поглощено почти 64 сантизиверта (биологического эквивалента рентгена). Оказывается, и после такой дозы жизнь продолжается.

А в 1960 году Гена Томин считал, что ему очень повезло: паренька из Копейска отправили служить на секретный Семипалатинский полигон, в опытно-научную часть № 52605. От командования Уральским округом новобранцы получили наказ: на совесть ковать ядерный щит Родины.

Вскоре лучшим курсантам учебки предложили экстерном сдать экзамен по радиометрическим приборам. Начинались большие испытания, нужны были радиометристы разведки. Томин оказался среди 16 .

-- Ядерный удар, вспышка, прямая, ударная и отраженная взрывная волна. Ко всему привыкаешь, - спокойно рассуждает Геннадий Матвеевич. - Это сначала при взрыве мы сразу ложились, как положено. Потом, стоя, разглядывали происходящее через сварочное стекло. Волна идет сгустком, метров за 50 мы прижимались к земле.

На полигоне испытывали различные модификации зарядов. Бывало, за день радиометристы обслуживали по два взрыва. На опытное поле выходили следом за радиоактивным облаком. И только после них к своим обязанностям приступали специалисты военно-промышленного комплекса.

Экипировка была немудреной: комбинезон с капюшоном, резиновые сапоги, респиратор, медицинские перчатки, очки, КИДы - накопители радиации. По негласной команде любопытствующим солдатам называли заниженные цифры радиации. Но радиометристы-разведчики всегда знали свои дозы и общий фон. Знали, что сослуживцы называли их . Разве что в столовой другие солдаты немного завидовали их усиленному пайку.

Иногда они страдали от страшной тошноты, головокружения, из носа шла кровь - первые признаки лучевой болезни. В такие дни радио-метристам разрешалось не выезжать в поле.

В числе добровольцев молодой Томин принял участие в медицинском эксперименте. Ученые выясняли, как ядерный взрыв может повлиять на зрение. Солдатам выдали карандаши и транспаранты, которые слепые используют для письма. Нужно было неотрывно смотреть на круги, установленные на машинах, и записывать свои ощущения. Августовская ночь зловеще вспыхнула неестественно белым светом, и наступила ужасная тьма.

-- Космическая темнота не отступала минут пятнадцать. Было очень страшно от мысли, что это продлится вечно, - признается Геннадий Матвеевич.

Засекреченная жизнь

Перед демобилизацией ему предложили остаться. Томин почти не колебался. На гражданке в качестве электрослесаря он готовил штольни для подземных ядерных испытаний. В его бригаде были солдаты-срочники. Иногда вахта на полигоне длилась около месяца. В разгар гонки вооружений надо было догонять и перегонять Америку.

Всего в 130 километрах от полигона, где земля от взрывов ходила ходуном, в закрытом городе Курчатове жизнь шла своим чередом. Там у Геннадия Матвеевича были дом и семья. У них с супругой Валентиной подрастал сын Юра. С вахты отец семейства возвращался усталым и опустошенным, с отросшей бородой. Как и все участники страшных испытаний, иногда попадал в нештатные ситуации. О них привыкший к молчанию Томин вспоминать не любит. Хотя сроки всех подписок о неразглашении уже вышли.

Часть его биографии засекречена. В трудовой книжке нет записей о Семипалатинском полигоне. Официально он числился на Ленинабадском химическом комбинате. Одно из медучреждений, где наблюдали за здоровьем испытателей, называлось . После распада СССР данных о профзаболеваниях испытателей вообще не найти. Хотя в Казахстане после выхода на пенсию Геннадий Матвеевич пользовался всеми положенными льготами.

На полигоне Томин прожил долго - 44 года, 32 из них участвовал в испытаниях. Уехать решил, похоронив жену Валентину (она была военнослужащей).

Ему пришлось собирать крохи от урезанной системы соцподдержки. Сначала семипалатинец был приравнен к ликвидаторам чернобыльской аварии, а комплекс его хронических заболеваний вообще не связывали с радиацией. Кто-то из российских чиновников вдруг решил, что виной всему .

Ситуация изменилась после лечения и обследования в Обнинске, в медицинском радиологическом центре у академика Анатолия Цыба. В 2010 году Геннадию Матвеевичу удалось-таки получить справку о том, что пожизненная вторая (а теперь и третья) группа инвалидности - результат исполнения обязанностей воинской службы. Это дало приличные доплаты к пенсии.

Привередливый семипалатинец?

На несколько лет растянулась судебная тяжба с министерством строительства и инфраструктуры. В апреле 2007 года Геннадию Томину выдали жилищный сертификат стоимостью более 600 тысяч рублей. Реализовать его одинокий ветеран не сумел: сначала серьезно заболел, а потом подскочили цены на квартиры.

Позже был и второй сертификат, уже на более солидную сумму, но от него Томин отказался. Он считает, что по закону ему, инвалиду, положено 15 дополнительных . Сейчас семипалатинец уже согласен на любую квартиру, но вместо нее предлагают лишь номер в льготной очереди. С каждым днем тает надежда, что доживет он до новоселья.

Единственный сын Геннадия Матвеевича со своей семьей сейчас живет в Германии. Томин-старший хотел бы воссоединиться с родными, да климат чужой страны ему не подходит. Доктора не советуют уезжать. Однако при мне ветеран подразделения особого риска от отчаяния бросил фразу:

В последний раз я увидела Геннадия Матвеевича в областном госпитале. Измотанный неопределенностью, безнадегой и болезнями человек не забыл напомнить: . Большинство людей его поколения . Ну и что из этого вышло? Неужели так и мыкаться старику по общежитиям?

Комментарии
Комментариев пока нет