Новости

По словам сына актера, Караченцов попал в аварию в Щелковском районе Подмосковья.

По предварительной информации, причиной ЧП стало короткое замыкание электропроводки.

Инцидент произошел около 14:30 около пешеходного перехода на перекрестке Комсомольского проспекта и улицы Пушкина.

42-летний Аркадий вышел с работы вечером 22 февраля, сел в автобус и пропал без вести.

От «Сафари парка» до набережной в районе санатория «Солнечный берег».

Смертельное ДТП произошло на автодороге Култаево-Мокино.

100 специальных станций для зарядки экологичных электромобилей.

Массовое побоище произошло в Советском районе города на Обской улице.

Для детей и подростков, победивших тяжёлый онкологический недуг.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Наемные рабочие войны

28.09.2000
Воевавший в Чечне солдат-контрактник из Челябинска подает в суд на командование своей части

Роман ГРИБАНОВ
Челябинск

Не так давно российские телеканалы показывали волнующий сюжет из Ростова. Группа воевавших в Чечне рядовых и сержантов контрактной службы устроила голодовку прямо перед зданием штаба Северо-Кавказского военного округа. Контрактники не получили обещанную после увольнения зарплату и, устав ждать расчета, решились на беспрецедентный поступок. "Боевые" деньги солдаты получили только после шумихи в средствах массовой информации и благодаря личному вмешательству представителя президента Виктора Казанцева.
- И я мог оказаться среди ребят, требующих свои кровные "боевые", - говорит челябинец бывший рядовой контрактной службы Вячеслав Крещиков.

Воевавший в Чечне солдат-контрактник из Челябинска подает в суд на командование своей части

Роман ГРИБАНОВ

Челябинск

Не так давно российские телеканалы показывали волнующий сюжет из Ростова. Группа воевавших в Чечне рядовых и сержантов контрактной службы устроила голодовку прямо перед зданием штаба Северо-Кавказского военного округа. Контрактники не получили обещанную после увольнения зарплату и, устав ждать расчета, решились на беспрецедентный поступок. "Боевые" деньги солдаты получили только после шумихи в средствах массовой информации и благодаря личному вмешательству представителя президента Виктора Казанцева.

-- И я мог оказаться среди ребят, требующих свои кровные "боевые", - говорит челябинец бывший рядовой контрактной службы Вячеслав Крещиков. - Кстати, многих из них я знал, наши полки были дислоцированы рядом. И с деньгами одинаково обманули, только наши южноуральские мужики не стали ждать, уехали из Чечни, а эти решили справедливости добиваться. Я тоже уехал, но дело с денежным обманом так просто не оставлю. Готов подать на собственное командование в суд. Я уже написал заявление прокурору Челябинского гарнизона и требую призвать Вооруженные силы Российской Федерации к ответственности за невыполнение условий военного контракта.

Вячеслав Крещиков и никто из воевавших на Северном Кавказе контрактников не скрывают, что поехать на войну их толкнуло желание заработать деньги. В военном комиссариате Курчатовского района Челябинска Вячеславу обещали, что в Чечне он будет получать за сутки 810 рублей "боевых" и 110 рублей "полевых", за месяц сулили тройной оклад, 600 рублей "пайковых" и еще 50-процентную надбавку за сложность.

-- Я шофер, думал, послужу, повоюю, деньжат заработаю, а после войны куплю "Газель", работать буду дальше только на самого себя, - говорит Вячеслав.

Примерно с такими же планами на мирное будущее из Челябинской области на войну в 1999 и 2000 годах отправилось 984 человека. Но обещанные государством деньги получили далеко не все.

Сформированное из южноуральских контрактников в феврале 2000 года воинское соединение перед поездкой в Чечню было вначале отправлено на месячные учебные сборы в Шадринск. И уже там появились первые проблемы с деньгами. Вместо обещанных трех с половиной тысяч (подъемные, командировочные и зарплата) солдаты без всяких объяснений со стороны командования получили только половину. Потребовать обещанное Крещиков и его товарищи просто не успели: 18 марта они оказались в Чечне, в составе 42-й мотострелковой дивизии.

-- Служба на войне для меня была в принципе не трудной, - рассказывает Вячеслав. - Я "срочную" на заставе в погранвойсках служил, старая армейская закалка сохранилась. В Чечне поставили водителем бензовоза. Работа "смертника" : любая шальная пуля несет гибель. А у меня 30 выездов в колонне по маршруту Ханкала-Шали и обратно, возил солярку на позиции с боевой техникой, но, слава Богу, на засаду "чеховскую" ни разу не нарывался. Хотя пули вокруг свистели вовсю. И все наши уральцы нормально держались. От контрактников вообще очень многое в Чечне зависело. Современные "срочники"-то ни из автомата стрелять, ни гвоздь забивать толком не умеют, все нам приходилось делать, бывшим "советским" солдатам. И офицеры не очень-то помогали, скорее наоборот. Под Шали разместились лагерем практически в чистом поле, любой снайпер половину личного состава из "зеленки" запросто перещелкает. Окапываться поскорее нужно, а офицеры задумали строевой смотр проводить, форму одежды проверяли, строевую подготовку. Кому нужна на войне эта шагистика? Дальше больше: велели на ночь - это на войне-то! - всем сдавать оружие. Приказу мы, конечно, подчинились, но в своей палатке вырыли яму и прикрыли ее брезентом. Мы там гранаты хранили, чтобы на случай ночной атаки "чехов" безоружными не остаться.

-- А продовольствием как вас обеспечивали?

-- Я во взводе обеспечения служил, крутились как могли, поэтому еды, в общем-то, хватало. Гораздо хуже было с обмундированием. Мы войну в Чечне начали ранней весной, то есть в теплых шапках-ушанках. И до самого лета других головных уборов контрактникам больше не выдавали, ходили кто в чем: один спортивную шапочку нашел, другой кепку откуда-то достал, я голову платком повязал. Мне еще от командира за него досталось: почему, говорит, выглядишь, как бандит? А друг мой Серега поехал раз на броне БТР за камнями, офицеры дорожку в лагере хотели выложить, и попал под обстрел. Кепку пулей с головы сбило, а командир с него потом ее стоимость высчитал. Форму у нас обещали менять через три месяца, но ни разу этого не сделали, а деньги за нее высчитали. Из-за такого отношения и дисциплина в лагере была никакая. Пьянство, "срочники" вовсю наркоманили, один пацан от передозировки чуть не умер, еле откачали. Другой так напился, что из автомата ранил двух контрактников. Еще одного солдата танк задавил насмерть, в какой-то день у нас в полку пять трупов насчитали, хотя чеченцы тогда не стреляли. Наши тоже пили порой до бесчувствия, один контрактник раз напился, пошел ночью в кусты и наступил на мину - ему ногу оторвало. Он ее взял под мышку, сел в машину, в госпиталь мужика повезли. А все пьяные, повернули в другую сторону, хорошо, что на патруль наткнулись, те нужную дорогу подсказали.

Первую "боевую" зарплату рядовой контрактной службы Вячеслав Крещиков получил через два месяца после службы в Чечне. Ее сумма составила 20 рублей! Офицеры объяснили, что якобы эти деньги предназначены исключительно, как говорят в армии, на "мыльно-рыльные" принадлежности, мол, остальные выдадут позже. Выдали: 28 мая солдаты-контрактники из Челябинска, Еманжелинска, Южноуральска и других населенных пунктов получили: еще по 300 рублей. Это за 68 боевых дней! Гуляй, мужики!

-- У большинства наших контракт был заключен на полгода, но после такой "зарплаты" многие захотели его прервать и, пусть несолоно хлебавши, вернуться домой. А я упрямый, решил: дослужу срок, авось перед "дембелем" и выдадут все обещанные деньги. Не тут-то было: без каких-либо объяснений причин мне приказали писать заявление о расторжении контракта по собственному желанию. Вместе со мной заставили это сделать еще 52 человек из полка.

Три дня полсотни уральских контрактников, честно работавших на войне по своим воинским специальностям и уволенных из армии вопреки их желанию, сидели в Ханкале в ожидании "борта" на Моздок. Три дня без воды и пищи ("сухпай" в дорогу полковое начальство забыло выдать), три дня в чистом поле, без крыши над головой (после увольнения контрактники оказались формально "ничьи"). Но через три дня в Моздоке их ждало главное разочарование - итоговая зарплата "за Чечню" составила 4700 рублей.

-- С нас еще за форму высчитали, с повара - за потерянные кружки, а с меня - за аккумуляторы, - говорит Вячеслав Крещиков. - Я с месяц назад прихожу в гараж к своему бензовозу, а аккумуляторы украдены. Но мне же скорее нужно ехать на позиции, солярку везти для боевой техники. Выпросил у зампотеха новые аккумуляторы, рванул и только когда вернулся, написал заявление о пропаже. Знал бы, что меня виноватым сделают, не ездил бы, постояли б танки без моей соляры.

В Челябинске бывший контрактник Крещиков устроился на работу и продолжал требовать свои деньги. Недавно ему пришел официальный ответ от начальника финансовой службы в/ч 64684. Солдату объясняют, что "боевые" за март и апрель ему не выплатили, так как его мотострелковая дивизия была официально включена в состав объединенной группировки войск на Северном Кавказе только с 1 мая 2000 года. До этого она числилась в составе Уральского военного округа. Но УрВО отказывается от своей дивизии с момента отправки ее в Чечню, то есть с середины марта. Два месяца боевое подразделение, сформированное в том числе из челябинских контрактников, якобы было "ничейным", и кто должен платить деньги личному составу - неизвестно.

В военной прокуратуре Челябинского гарнизона Вячеславу Крещикову объяснили, что в связи с невыплатами причитающихся денежных сумм он имеет право обжаловать действия командования в/ч 64684 вплоть до министра обороны либо в суде. Что он и собирается сейчас делать.

Пока солдаты будут судиться со своими командирами, мы никогда не выиграем эту войну.n

Комментарии
Комментариев пока нет