Новости

Дипломат скончался накануне своего 65-летия.

74-летнего пермяка подозревают в совращении школьницы.

31-летний Вадим Магамуров погиб в минувший четверг, 16 февраля.

Местный житель вступал с детьми в интимную переписку, после чего завлекал школьников к себе домой.

Переговоры Министерства строительства Пермского края с потенциальным инвестором замершего проекта прошли накануне.

По данным Минобороны, еще двое военнослужащих получили ранения.

Местный житель заметил пожар в доме у соседей и поспешил на помощь.

Уральские мужчины придерживаются творческого подхода в решении мобильных вопросов.

Есть и «зеленый подарок»: область выделила средства на завершение строительства очистных сооружений.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Женский синтаксис и <лихие девяностые>

02.03.2012
Героиня романа Елены Чижовой  решает, кто она в этой жизни

Елена Чижова года два назад получила  за роман . Там была замечательная история о том, как три старорежимные старухи воспитывали девочку-сироту так, будто бы никакой революции не было и все осталось по-прежнему.

В новом романе старуха одна, беременная, да к тому же терракотовая. Это скульптура-оксюморон, виденная в музее, с которой соотносит себя главная героиня. Татьяна Андреевна - жительница Петербурга, вузовский филолог, в  она, спасаясь от бедности, ушла из профессии торговать диванами.

Героиня романа Елены Чижовой решает, кто она в этой жизни

Елена Чижова года два назад получила за роман . Там была замечательная история о том, как три старорежимные старухи воспитывали девочку-сироту так, будто бы никакой революции не было и все осталось по-прежнему.

В новом романе старуха одна, беременная, да к тому же терракотовая. Это скульптура-оксюморон, виденная в музее, с которой соотносит себя главная героиня. Татьяна Андреевна - жительница Петербурга, вузовский филолог, в она, спасаясь от бедности, ушла из профессии торговать диванами. Это сейчас диванами завалены безлюдные ТРК, а тогда ее хозяин по прозвищу Фридрих не только хорошо ими торговал, но даже их производил. Попутно занимаясь всяким прочим бизнесом и сопутствующими ему деяниями.

Татьяна Андреевна оказалась неплохим помощником, была прагматична и креативна, быстро поняла, как надо разные вопросы решать. Но после одного уж очень нехорошего случая женщина решила-таки завязать. И снова оказалась филологом: теперь, обходя бочком большие машины, она заходит в парадные, чтобы натаскивать на пресловутое ЕГЭ отпрысков тех :

В романе Чижовой много примет 90-х годов, автор старательно переводит их в синтаксис - так, наверное, работает мусороперерабатывающий завод. Впрочем, другой вариант - это, напротив, музейный Плюшкин собирает и собирает память о том времени. Николай Коляда любит такие бантики и тряпочки и развешивает по своим пьесам. Но все же неясно, что с этим наследием 90-х делать? Откуда это все взялось? Почему так? И как с этим жить?

Еще больше в романе рефлексии. Героиня, кажется, ежеминутно занята само-идентификацией. Это делает книгу бесконечно женской прозой. Там, где уместна и даже необходима метафора, у Чижовой - бритва Оккама:

Впрочем, может, в том и умысел? Классическая русская литература, традиционные культурные коды оказываются беспомощными перед лицом новой действительности? Старые сюжеты прорастают на новой почве, проклятые вопросы лишь бронзовеют в своей проклятости, а из каждого второго двора-колодца подмигивают персонажи Достоевского:

Для меня весь этот, казалось бы, очевидный конфликт, увы, остается написанным. Причем на бумаге, и в основном газетной. Литература - это все-таки магия, а инструмент этой магии - язык. Одной начитанностью тут не обойтись. Читателю приходится делать известное усилие над собой, чтобы соотнести образованность автора и ее героини с глубиной русской культуры, на которую нам постоянно дают ссылки. Чуть не носом тыкают.

Я почему-то подумал, что Татьяна Андреевна никогда не преподавала в университете, а была затурканной школьной учительницей литературы. И ей, как это часто случается, не совсем везло с учениками, которым Достоевского и Толстого приходилось скармливать силой.

И вот так жевали они, жевали, а тут - спасительный звонок:

Елена Чижова. , Москва, , 2011.

Книга предоставлена магазином (ул. Цвиллинга, 34).

Комментарии
Комментариев пока нет