Новости

42-летний Аркадий вышел с работы вечером 22 февраля, сел в автобус и пропал без вести.

От «Сафари парка» до набережной в районе санатория «Солнечный берег».

Смертельное ДТП произошло на автодороге Култаево-Мокино.

100 специальных станций для зарядки экологичных электромобилей.

Массовое побоище произошло в Советском районе города на Обской улице.

Для детей и подростков, победивших тяжёлый онкологический недуг.

В ночь на понедельник в Свердловском районе города загорелся двухэтажный жилой дом.

По словам очевидцев, среди ночи они услышали страшный скрежет и грохот ломающихся конструкций.

Накануне 35-летний дебошир предстал перед судом.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

"Окопная война" Ходорковского

25.09.2003
Нефтяной олигарх обижен на "неблагодарное" государство

Михаил ПИНКУС
Москва-Челябинск

Война между силовиками и ЮКОСОМ не закончилась. Отвечая на вопрос корреспондента "Челябинского рабочего", прибывшего в Москву для участия в проекте "Открытая Россия", президент ЮКОСа Михаил Ходорковский охарактеризовал ситуацию тремя лаконичными фразами: "Блиц-криг не прошел. Идет позиционная война. Зарылись в окопы". Судя по всему, ЮКОС и Ходорковский от первого удара оправились.

Нефтяной олигарх обижен на "неблагодарное" государство

Михаил ПИНКУС

Москва-Челябинск

Война между силовиками и ЮКОСОМ не закончилась. Отвечая на вопрос корреспондента "Челябинского рабочего", прибывшего в Москву для участия в проекте "Открытая Россия", президент ЮКОСа Михаил Ходорковский охарактеризовал ситуацию тремя лаконичными фразами: "Блиц-криг не прошел. Идет позиционная война. Зарылись в окопы". Судя по всему, ЮКОС и Ходорковский от первого удара оправились. Олигарх заявил о неизменности своих политических убеждений и намерении оказывать поддержку демократическим силам в лице двух политических партий (их названий в свете грядущих выборов мы упоминать не станем). Напомним: именно на почве политических пристрастий у Михаила Борисовича и возник конфликт с властью. Она усмотрела в поддержке политической оппозиции "заговор олигархов" и опасность государственного переворота.

Подобные обвинения Ходорковский отметает. Участие ЮКОСа в государственных делах, по словам олигарха, ограничивается лоббированием своих интересов на уровне Думы (только по нефтяной отрасли в России ежегодно принимается до 40 законодательных актов). Но как гражданин России Ходорковский считает, что любой олигарх может на личные средства поддерживать любые политические силы.

Говоря о перспективах развития нефтяной отрасли России, олигарх не скрывал обиды на государство, которое оплатило его вклад в развитие экономики страны "силовой монетой".

В 1995 году, вспоминает Ходорковский, во главе крупнейших российских корпораций стояли "красные директора". Промышленность валилась, крупные компании не платили налоги и заработную плату. Директора обвиняли во всем правительство. И в такой ситуации страна шла на выборы президента. А значит, на выборах однозначно победили бы коммунисты. При этом политических рычагов влияния на директоров у правительства не было - они грозили ответить забастовками и легко могли эти забастовки организовать.

-- И тогда правительство обратилось ко всем более или менее известным предпринимателям (нас тогда было человек 30), - рассказывает М. Ходорковский. - И предложило список из 200 предприятий. Речь об их стоимости тогда не шла. Условий было всего два: во-первых, предприниматели должны договориться с "красными директорами" о приватизации предприятий, во-вторых, эти предприятия должны сразу начать платить налоги.

Не все справились с этой задачей. Многие подумали и от этой затеи просто отказались. С директорами договорились только 12 человек. За ЮКОС мы заплатили, по нынешним меркам, смешные деньги (за первую часть - всего 450 миллионов долларов). Но тогда это было, как говорится, "с горкой" - все, что можно было достать.

К моменту приватизации ЮКОС задолжал федеральному бюджету два миллиарда долларов, а заработную плату рабочим не платил уже полгода. Добыча нефти упала на 25 процентов. А такое падение на предприятиях тяжелой промышленности обычно приводит к серьезным технологическим последствиям. Себестоимость добычи нефти составляла 12 долларов за баррель. После развала СССР и ликвидации Министерства нефтяной и газовой промышленности разрозненные предприятия не имели собственных финансовых подразделений, связи с наукой, перерабатывающими предприятиями и торговлей, причем не только внешней, но и внутренней. На пути от скважины до потребителя и назад терялось до 30 процентов реальной стоимости нефти.

-- Было очень интересно выступать перед коллективом, который шесть месяцев не получает зарплату, не имея возможности ее выплатить. Потому что все имеющиеся деньги мы уже отдали в бюджет. Плюс пообещали правительству сразу начать платить налоги.

Сейчас это кажется смешным. А тогда на встречах с уважаемыми иностранными инвесторами мы предлагали им войти в компанию на любых условиях - нужны были хоть какие-то наличные. Никто не согласился!

Сегодня все рассуждают, как дешево мы купили. А тогда мы и "Сибнефть" (Р. Абрамович) предлагали у нас купить хоть какую-нибудь часть. Все отказались.

По словам Ходорковского, у ЮКОСА на момент прихода собственников было две глобальные общероссийские проблемы: низкая квалификация инженерно-технического персонала и повальное пьянство. Когда иностранные специалисты приезжали на предприятие и задавали инженеру вопрос: "Почему ты это так делаешь?", следовал ответ: "Чутье нефтяника подсказывает". Технологии были известны, но массированного применения их на месторождениях не было. Гидроразрыв пласта, изначально изобретенный в Советском Союзе, не применялся только в Советском Союзе.

Борьба с этим злом привела к увольнению почти половины персонала (в то время в ЮКОСе работало около 100 тысяч человек - М.П.)

Для нефтяной промышленности кризис 1998 года - это 8,5 доллара за баррель нефти на внешнем рынке. Себестоимость без транспорта и налогов - 12 долларов. Работали в убыток. Шли на предельно жесткие меры. Я лично приезжал на предприятия и уговаривал коллективы проголосовать за снижение заработной платы. По закону мы сами снизить зарплату не могли. И убедили - снизили ее на 30 процентов. Потом за счет инфляции она упала еще в четыре раза. А после этого нам пришлось откладывать выплаты этого мизера на два-три месяца.

О чем все это говорит? О предельной сознательности людей в нефтяной отрасли. Если бы они повели себя тогда, как угольщики, сейчас бы России как единой страны не существовало. Нефтяники, несмотря ни на что, продолжали снабжать страну теплом, продавать нефть на экспорт, отчислять деньги в бюджет. Именно эти поступления дали возможность России вылезти из кризиса.

Себестоимость добычи нефти удалось опустить с 12 до 1,5 доллара - практически в десять раз. В три с половиной раза это произошло за счет девальвации. А еще в три раза за счет прямого снижения себестоимости. Поэтому сегодня ЮКОС добывает нефть по цене, сходной с Саудовской Аравией. Несмотря на то, что глубины добычи втрое выше, плюс климат и болота. Включая капитальные вложения, себестоимость добычи составляет четыре доллара. Среднероссийская себестоимость держится на уровне шести-семи долларов за баррель.

При себестоимости добычи в 12 долларов нам нет места на мировом рынке. Даже при себестоимости 10 долларов за баррель мы попадаем в зону риска. При падении цен на нефть при такой себестоимости она будет никому не нужна.

Основная проблема отрасли - транспортировка нефти - в среднем обходится в 3,4 доллара за баррель. В два раза дороже себестоимости. И это средняя по России. По железной дороге транспортировка оценивается в восемь долларов за баррель. Прибавьте четыре доллара себестоимости и вы поймете, что даже без капвложений мы рискуем легко вылететь в трубу. Поэтому и кричим: "Труба!" Из 400 миллионов тонн нефти в год порядка 50-70 миллионов приходится везти по железной дороге. Это очень много. А правительство говорит: "Мы подумаем". Если цена на нефть упадет, думать будет уже поздно. Нефтяные компании будут вынуждены отказаться от той части добычи, которую они транспортируют по железной дороге. А это бюджетные потери, безработица, отсутствие инвестиционного запаса. И уж если сами не хотят строить - не мешали бы другим.

"Есть такой показатель - коэффициент извлечения нефти (КИН). В Советском Союзе он составлял 25 процентов. То есть из пласта добывалось меньше четвертой части залежей нефти. КИН в Америке достигает 65 процентов. Средний - 45. Сейчас у лучших российских компаний он - 35 процентов. И мы его можем повышать еще и еще. Однако при высокой стоимости транспортировки нефти, невыгодно добывать затратную часть нефти, потому что при этом растет ее суммарная себестоимость. Однако другого пути нет: повышая технологию добычи, мы увеличиваем запасы.

По советским меркам, у нас было запасов на 30 лет. А по сегодняшним российским - на 45. А по американским - запасов на 60 лет. И это без новой разведки. В советские времена были загублены десятки нефтяных месторождений. Почему в хищнической добыче обвиняют нас?

Михаил Ходорковский высказался и по поводу природной ренты, о которой сейчас говорят все кому не лень. По мнению олигарха, это всегдашняя российская мечта о том, что Иван-дурак может лежать на печи, а в какой-то момент ему кто-то принесет золотой ключик.

-- Общая выручка нефтяных компаний составляет 55 миллиардов долларов в год. Это без затрат. Плюс газовички, плюс прочее сырье. Весь экспорт - 90-120 миллиардов. Плюс внутренний рынок: считайте, столько же. Суммарно 180-240 миллиардов - это все, что вам могут дать сырьевые отрасли. Теперь вычтем себестоимость транспортировки и добычи. Останется порядка 100 миллиардов долларов. Что такое 100 миллиардов на страну? Это 800 долларов на человека в год. Или 50-60 долларов на человека в месяц. Это те же коммунальные дотации, которые каждый из наших сограждан сегодня имеет.

-- Альтернативы тому, чтобы думать головами и прикладывать руки я предложить не могу, - спускается с макроэкономических высот Ходорковский. - Во всем современном мире национальное богатство создается руками и головой. Поэтому самый дорогой ресурс - это люди. Любой выпускник Томского политехнического института, обучавшийся по нашей совместной программе, получает в ЮКОСе десятки тысяч долларов в год. Если мы ему платить не будем, он уедет за границу и будет получать их там. А некоторые получают миллионы. Есть фирма, которая уговаривает зарубежных специалистов приехать к нам на зарплату больше миллиона долларов. И еще не уговоришь! Потому что: "Ой, у вас милиция, ой, у вас что творится:"

К проблеме укрепления государства и развития его экономики нефтяной магнат подходит с тех же позиций, что и к развитию отдельно взятой отрасли или даже отдельно взятой компании ЮКОС. Однако даже в этом свете заявление олигарха о том, что на месте президента он уволил бы треть учителей и врачей, соответственно подняв зарплату оставшимся, все равно выглядит диковато.

Ходорковский считает, что 70 тысяч школ для страны - очень много. За рубежом предпочитают возить детей автобусами за много километров, а не строить для них местечковую школу. В России зачастую бывает наоборот. Да и может ли президент сказать врачам и учителям: "Ребята, вас слишком много". Он сразу потеряет не менее 20 процентов голосов избирателей. Да и куда девать высвободившихся людей в условиях неразвитости малого бизнеса?

В Америке с развитием высокотехнологичного производства крупная промышленность была вынуждена постепенно избавляться от избытка персонала. Высвобождающиеся силы перепрофилировались в малый и средний бизнес, который в итоге начал обслуживать крупную промышленность. Россия, по мнению Ходорковского, должна идти по тому же пути - не выстраивать вертикаль власти и управлять экономическими процессами в стране, а давать ей свободно развиваться.

Другими словами, есть всего два пути. Либо держать на низкой зарплате армию бюджетников и на административном поводке - малый бизнес. Либо сказать людям: "Зарабатывайте!" и отпустить их в свободное плавание, освободив от поводка, а на первых порах и от уплаты налогов, создав в стране нужный предпринимательский климат.

ЮКОС - компания N 1 по добыче нефти в России. Еще до объединения с "Сибнефтью" она обошла "Лукойл". После объединения станет компанией N 1 в мире по объемам запасов и компанией N 4 по добыче. Поэтому, когда Ходорковского спросили: "А когда начнете конкурировать с мировыми лидерами?", он ответил: "А сейчас я с кем конкурирую? В России у меня конкурентов нет".

Послесловие корреспондента

Конфликт интересов "вертикали власти" и крупного капитала, несмотря на редкие проявления, не затухает. Перед выборами могут возникнуть и новые рецидивы. Атака на ЮКОС - предупреждение. Однако это не первый и не последний шаг государства в борьбе за отданную в ходе "блиц-криговой" приватизации власть. С тех пор олигархи выросли как в денежном, так и государственном отношении. Мыслят государственными категориями и не всегда соглашаются с правительством и президентом. Чего "властная вертикаль", проповедующая столь милую сердцу россиянина веру в батюшку-царя, естественно, терпеть не станет. Однако уничтожить на манер Тараса Бульбы порожденную во времена Ельцина олигархическую модель капитализма она вряд ли способна. По словам выступившего в рамках проекта "Открытая Россия" заместителя министра экономического развития и торговли Аркадия Дворковича, атака на ЮКОС уже сыграла роль дестабилизирующего фактора и привела к оттоку капитала на Запад. А значит, стоит искать компромисс. Вот только найдут ли его силы, столь разные во взглядах на государственное устройство?

Комментарии
Комментариев пока нет