Новости

Благодаря снимку космонавта Олега Новицкого.

Устроили «ледовое побоище».

Став «президентами», много чего пообещали.

Реабилитационную программу для спортсменов организуют в санаториях Сочи.

На Играх разыграют 44 комплекта наград.

Изменение рабочего графика затронуло входящее в группу "Мечел" предприятие "Уральская кузница".

Подозреваемая втерлась в доверие к пенсионеру и забрала деньги, которые мужчина планировал потратить на еду.

Часть ограждения и покрытия крыши были повреждены тающим снегом.

Пока центр функционирует в тестовом режиме.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Кузница кадров для "малой земли"

24.10.2003
Ректор Озерского технологического института Юрий Степанов старается сохранить высокий интеллектуальный уровень "запретки"

"Мне прищуриваться не надо"
Обстановка кабинета руководителя Озерского технологического института (филиал МИФИ) Юрия Степанова скучна до невыразительности. Стены не завешаны дипломами и грамотами, в проемах шкафов не видны скульптурные композиции из бронзы и медвежьих клыков. Поневоле приходишь к выводу, что перед нами ученый сухарь, которому все радости жизни, кроме науки, побоку. Да и внешне он вполне соответствует первоначальному представлению: высок, сух, подтянут, а левый глаз вообще смотрит немигающе.
- А он у меня с детства не видит: врожденный вывих хрусталика, - абсолютно непосредственно отреагировал на мелькнувшее в наших глазах любопытство Юрий Николаевич.

Ректор Озерского технологического института Юрий Степанов старается сохранить высокий интеллектуальный уровень "запретки"

"Мне прищуриваться не надо"

Обстановка кабинета руководителя Озерского технологического института (филиал МИФИ) Юрия Степанова скучна до невыразительности. Стены не завешаны дипломами и грамотами, в проемах шкафов не видны скульптурные композиции из бронзы и медвежьих клыков. Поневоле приходишь к выводу, что перед нами ученый сухарь, которому все радости жизни, кроме науки, побоку. Да и внешне он вполне соответствует первоначальному представлению: высок, сух, подтянут, а левый глаз вообще смотрит немигающе.

-- А он у меня с детства не видит: врожденный вывих хрусталика, - абсолютно непосредственно отреагировал на мелькнувшее в наших глазах любопытство Юрий Николаевич. - Зато, - похвастался он, - мне прищуриваться при стрельбе не надо. Есть и другие преимущества перед двуглазыми.

Степанов схватил со стола карандаш и приставил его к носу.

-- Вот смотрите, если обычный человек зажмурится, а потом будет зрительно концентрироваться на этом предмете, определяя место в пространстве, пройдет какое-то время, а я его сразу поймаю:

Некоторая эксцентричность поведения нашего собеседника сразу смела все подозрения в сухости и педантизме. Если уж человек умеет посмеяться, и довольно безжалостно, над собой, то это говорит о многом. В первую очередь об интеллигентности, раскованности, широте характера, независимости, уме, наконец.

Родился Степанов в Свердловске и с первого класса свою дальнейшую судьбу связывал с математикой. На наш вопрос, что ему больше нравилось - складывать, вычитать или делить, ответил, как всегда, неожиданно.

-- Больше всего мне нравилась: физкультура! Я увлекался всем, чем можно. Все делал вперемешку. Мои родители упрекали: ты разбрасываешься. А на самом деле, как сейчас понял, поступал я правильно, поскольку не был фанатом одного действия. Когда человек "фанатеет" - это клиника. Мне было скучно заниматься чем-то одним. На самом деле, я не пошутил, моим любимым уроком была физкультура, а из общеобразовательных - математика. Эта наука, как и шахматы, интересна тем, что надо решать задачу. Да не простую, а какую-то "олимпиадную". Всегда хочется не просто победить, а посоревноваться, чтобы доказать, что ты не хуже других. Особенно такое желание появляется, когда видишь, что у кого-то не получается. Тоже своего рода спорт - преодолевать не только противника, но и самого себя. Это заводило.

Спор с ректором

Заводило, хотя Степанов, по его собственному признанию, не азартен. Поэтому не любит карты. Еще потому, что неусидчив. По этой причине и в "длинные" шахматы играть не может. Не терпит долгодумья. Вот блиц - по его натуре. А когда поступил в Уральский политех, то много времени тратил на спорт за счет военного дела (по уже известной причине армия ему не грозила). Ударился в многоборье и даже стал кандидатом в мастера спорта. Занимался на Уралмаше. Два года выступал за юношескую сборную России по легкой атлетике. Три года кряду выигрывал первенство области на "коронке" - 110 метров с барьерами. Никому не уступал в прыжках с шестом.

С легкой атлетикой пришлось расстаться, когда Степанов поступил в УПИ. Институт тут же потребовал, чтобы первокурсник выступал под его знаменами. Уралмаш, воспитавший перспективного спортсмена, ни за что не хотел его отдавать. Дело дошло до ректора. Он вызвал Юрия и заявил прямо: "Не будешь выступать за альма матер, мы с тебя стипендию снимем". Робкое замечание провинившегося, что, мол, он медалист, что поступал не как спортсмен, что единственный экзамен по математике сдал на пять, что по закону его не то что лишать, а повышенную степуху надо платить и все такое, вызвало гневную реакцию. Ректор бросил зарвавшемуся юнцу: "Законы здесь устанавливаю я!"

-- Пришлось мне хвост поджать, - смеется Степанов. - Но одновременно и решение принять. В итоге я оставил легкую атлетику, чтобы не выступать за УПИ, но и не предавать Уралмаш. Начал баловаться футболом. Добаловался до того, что через год меня взяли в сборную института. Спустя два года мы уже защищали честь России на студенческом чемпионате СССР. Правда, не очень удачно. Это сейчас в УПИ мощная команда. Не по большому мячу, а по мини-футболу.

В науку с: байдаркой

Нашему собеседнику учеба давалась легко. Настолько, что от обязательных посещений математических лекций он был освобожден. Это давало возможность продолжать заниматься спортом и с головой окунуться в новое увлечение - студенческий театр эстрадных миниатюр. Но ни спортсменом, ни артистом не стал, поскольку закончил институт с отличием как раз по основной специальности - математике. Предложили остаться на кафедре. Так началась уже ученая одиссея Юрия Николаевича. Сначала ассистентом, потом аспирантом, доцентом. А потом из тогдашней "сороковки" приехал директор филиала МИФИ Рэм Васильевич Бочаров и поинтересовался, нет ли у них молодого доцента, способного возглавить кафедру.

Не знал тогда Бочаров, что увозит с собой из Свердловска не просто перспективного ученого, а будущего ректора. Не догадывался Бочаров, почему с такой радостью откликнулся на его предложение молодой доцент. А ларчик открывался просто. Ходил Степанов в турпоходы. Один маршрут пролегал вдоль закрытого города. С гор отлично были видны не только строящиеся просторные улицы, но и озера, по которым скользили белоснежные яхты. Для Юрия Николаевича вода и всевозможные плавсредства на ней были очередной "заразой". На плотах и байдарках исходил весь Северный и Приполярный Урал, затем прихватил и Алтай. Свою страсть и: байдарку позже передал сыну Андрею. Кстати, в город Степанов въехал, держа в одной руке чемодан, а в другой байдарку.

Сменил кафедру на завод

Преподавание в МИФИ шло своим чередом, а вот отношения внутри института неожиданно осложнились. О самой ситуации Юрий Николаевич говорит несколько расплывчато, но догадаться о сути происшедшего труда не составит: "Потом были некоторые семейные изменения, в которые влезла наша партийная организация". Выручил тогдашний директор "Маяка" Борис Васильевич Брохович: "Иди к нам, здесь к тебе никто лезть не будет". И предупредил: "Да, ты кандидат, доцент, завкафедрой. Но для производства все это ничего не значит. Пойдешь обычным инженером и докажешь, на что способен".

-- Мне повезло, - признался Юрий Николаевич, - я встретился с интересными людьми, прошел определенную школу. Моим непосредственным руководителем был главный инженер Виктор Ильич Фетисов. Мне дали очень любопытное направление - гибкие автоматизированные производства и предоставили возможность набрать группу. Сначала было восемь человек, через год группа переросла в отдел с народом в полста человек. Но вскоре Виктор Ильич ушел в горком партии, и вся робототехническая деятельность заглохла, как, впрочем, и по всей стране.

Но, как часто бывает, случай опять идет нашему герою навстречу: в институте сменилось руководство, которое и попросило тоже нового директора "Маяка" Фетисова вернуть Степанова в науку и педагогику. Вернулся Степанов обычным доцентом, потом вновь стал завкафедрой. А вскоре случился, по его выражению, разгул демократии и в 91-м обычного заведующего коллектив избрал ректором. Это сейчас доброжелатели, без которых ученый мир немыслим, толкуют, что, дескать, подтолкнула Степанова наверх мохнатая лапа. На самом же деле все было до предела честно: проголосовал народ без всяких толчков. Представили ему четырех претендентов, а он проголосовал абсолютным большинством при одном воздержавшемся за одного Степанова. В какой-то мере, возможно, повлияла непростая биография кандидата, его недавняя опальность (кто на Руси не любит гонимых властью, тем более, партийной?!). Но в основном пришелся он по душе именно открытостью, прямотой и незлобивостью. Ну и, разумеется, качествами истинного ученого, исследователя - трудолюбием, напористостью, глубоким, философским складом ума.

Еще, наверное, привлекло то обстоятельство, что Юрий Николаевич никогда не состоял в рядах КПСС. И это при том, что его отец, кадровый военный, был истинным коммунистом. Но именно он: отговорил сына вступать. Партия, убеждал, уже не та, туда лезут всякие проходимцы, так что тебе там делать нечего.

На другой день после избрания началась: борьба!

-- Борьба за выживание, - подчеркивает Юрий Николаевич. - Федеральные деньги, выделяемые институту, постепенно убывали, за тепло и электроэнергию платить, по сути, было нечем. Тогда мы стали искать пути.

Пути эти известны - платное образование. Но к чести Степанова и его института, коммерческая планка в ОТИ не зашкалила за разумные пределы, не в пример иным другим вузам. Как обучали 500 бюджетников, так и обучают. Другое дело, что способные выпускники школ уплывают из города на "большую землю". Поступают в институты и обратно, за редким исключением, не возвращаются. Ректор Степанов об этой проблеме задумывался, когда еще не был ректором. Но теперь от раздумий он перешел к действиям. Стал ходить по родителям и убеждать, что детям с менталитетом закрытого города трудно будет за его пределами. Кто-то может не выдержать искуса безграничной свободы, а кого-то могут просто отторгнуть более приспособленные, а точнее, нагловатые сверстники. Приводил примеры: того избили в общаге, у другого отобрали деньги, у третьего: А то и просто призывал к патриотизму в пользу славного города Озерска: дескать, вся элита уедет, пустой ниша не останется, придется завозить Караболку: Это такая шутка была: дескать, почему город назывался "Челябинск-40", а потом "Челябинск-65"? Ответ: если мы и дальше будем терять свою элиту, то превратимся в "Челябинск-80", поскольку придется завозить представителей Караболки (в доморощенной шутке приведенные цифры обозначают проценты!).

Но одни призывы срабатывали плохо. Надо было так учить, чтобы и без агитации стало ясно: ОТИ дает такие знания, с которыми не пропадешь ни на "малой", ни на "большой" земле. И Степанов со своими коллегами учит. И гордится своими выпускниками. Не только теми, кто занимает командные должности на комбинате. Но и теми, кто содержит престижные магазины в городе. Значит, научил его институт своих студентов главному - самодостаточности, предприимчивости, уверенности в своих силах и в полученных знаниях. А ведь не менеджеров-управленцев выпускает ОТИ МИФИ, а обычных инженеров. Истинных, надо сказать, инженеров. Они не потеряются ни у реактора, ни в коммерции.

-- Да не это главное, - не соглашается с нами Степанов. - В городе они остались! Вот это и есть то самое главное, чем мы все можем гордиться и просто радоваться.

Виктор РИСКИН

Комментарии
Комментариев пока нет