Новости

10-летняя девочка находилась в квартире у незнакомой женщины.

Показы коллекции осень-зима 2017/2018 стартовали в столице мировой моды 23 февраля.

Смертельное ДТП произошло на автодороге Чайковский – Воткинск.

Благодаря снимку космонавта Олега Новицкого.

Устроили «ледовое побоище».

Став «президентами», много чего пообещали.

Реабилитационную программу для спортсменов организуют в санаториях Сочи.

На Играх разыграют 44 комплекта наград.

Изменение рабочего графика затронуло входящее в группу "Мечел" предприятие "Уральская кузница".

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Ситников лог: Золотая гора

27.12.2003
Высокие шахты для ночных жертвоприношений

Михаил ФОНОТОВ
Челябинск

Золотая гора, она... сырая. Серые осинники.

Высокие шахты для ночных жертвоприношений

Михаил ФОНОТОВ

Челябинск

Золотая гора, она... сырая. Серые осинники. Осоки под ногами, хвощи. Ковры купены. И низкие, но густые, можно сказать непроходимые, вишенники. Не гора, а болотина.

-- Да, на горе есть верховое болото, там жили лоси, - рассказал мне знаток тех мест Л. Черемухин. - И там же, в густом осиннике, я как-то обнаружил сторожку. Она стояла в одичавших зарослях сирени, малины, смородины. Что интересно, рядом с домиком - развалившийся колодец. Значит, на горе есть водоносный слой.

Золотая гора на самом деле - глиняная. Золота в ней всего ничего, а глины - красной жирной глины, в которой попадаются белые кварцевые камни - на всю вертикаль, пронизанную насквозь шахтными стволами. Да и гора ли это, если ей высоты всего-то 270 метров? Подобием холма ее сделали два лога - Сорочий с севера и Ситников с юга. Они-то и вымыли, сколько могли, глину с двух сторон и, сомкнувшись, унесли ее в реку Миасс, а то, что осталось, - "гора".

Хочешь не хочешь, а Золотая гора - жуткое место, где приносили в жертву людей. И, наверное, всегда в ее сырых осинниках будет мерещиться тень Сталина. Когда я впервые поднялся на гору и отыскал в траве узкий колодец с белыми жердяными лестницами, исчезающими в сумраке глубины, оттуда дохнуло затхлой сыростью и тошнотной тоской обреченности. Кто-то стрелял, кто-то падал... Над упавшим опрокидывалось темное небо с вечными звездами, и он проваливался в мрак, так до последнего мига и не поверив, что это - все...

Убивать - чего проще, если бы не морока с трупами. А тут такое удобство - шахты в глине. Мало ли кто смекнул сбрасывать в глиняную прорву "вражеские" трупы... Не там ли покоятся изрубленные при Колчаке Д. Колющенко, П. Тряскин, Ш. Гозиосский, М. Болейко, В. Могильников? И не туда ли стаскали Е. Богданова, К. Дубровина, П. Козлова, П. Колбина, И. Плотникова, а еще В. Пашнина, И. Пашнина, Н. Пашнина, Т. Пашнина, В. Пашнина и других, расстрелянных после Колчака, 18 сентября 1919 года, - "за выдачу рабочих колчаковцам" или "как агентов по снабжению белых банд"?

Позже, в 30-е годы, в расстрельных процедурах был налажен конвейерный порядок. Старожилы Шершней вспоминают, как по ночам из бора выезжала таинственная колонна автомобилей, перебиралась по мосту через Миасс, возникала на улице Трактовой - впереди и позади легковые автомобили, между ними грузовики, фары включены только у первой машины - поворачивала направо, к горе... Их нужно было куда-то спрятать - 11592 трупа, уложенных чекистами области при Сталине.

Казалось, сбросили в шахты мертвых - и никаких следов. Никто никогда не докопается, не доищется, не дознается. Но так не бывает. Через годы нашлись люди - докопались, доискались, дознались. И собрала Золотая гора толпы людей, выставила на глине черепа с пробоинами, подняла над березами и разнесла по белу свету гневные слова родственников, академика А. Сахарова, космонавта Г. Берегового...

Со стороны могло казаться, что эти митинги и шествия - политика пришлая, из Челябинска, из Москвы, что поселок Шершни к ним равнодушен и Ситниковому логу до них нет дела. Да, Полина, дочь раскулаченного казака Григория Сидоровича Ситникова, вступила в комсомол, защищала новую власть на фронте, служила ей после войны... Ее обида как будто утихла. Тем более, что казалось - ничего уже никогда не изменится. Но сам Григорий Сидорович всю жизнь держал свою обиду близко к сердцу и в смертных муках унес ее с собой. И Евдокия Федоровна Самарина (ей осталось два года до ста), дочь которой Надежда всю жизнь учила шершневских детей языку и литературе, так и не признала советскую власть, в колхозе не работала из принципа, председателей колхозов принимала за недругов и дожила-таки до дней, когда можно без страха выкладывать свою ненависть к Сталину.

Нам теперь не понять, в чем смысл преследования своего народа, своего класса, своих соратников, их жен и детей, своих друзей и родных. Признаюсь: я хочу понять Сталина, чтобы его оправдать. Да, я ищу ему оправдания! Я ищу их потому, чтобы смыть красное пятно на 1937 годе, в котором родился. И потому, чтобы исключить из истории моей страны кровавого диктатора, красная тень которого ложится на всех нас. Или хотя бы всю вину свалить на него, сделать его исключением, изгоем, нелепым случаем. И еще потому я ищу ему оправдания, чтобы вообще спасти репутацию людей.

Они есть, оправдания. Жестокость Сталина я оправдываю необходимостью держать всех в повиновении. На примерах самой близкой истории я сопоставляю жертвы сильной власти с жертвами власти слабой и вижу: слабая власть из добрых побуждений (свобода, демократия и тому подобное) способна ввергнуть свой народ в такую пучину страданий и смертей, которые недалеко уходят от сталинских. Получается так: Сталина мы презираем за жестокость, а Горбачева - за мягкость.

Оправданием террора - время. Его время и наше. Оказывается, и тогда, и теперь не нужна вся правда о нем. Не вся правда нужна, а только ее половина. Тогда - красная половина, а теперь - белая. Тогда создавалось впечатление, что "врагов народа" было очень много, а теперь - что их не было совсем. Будто бы все были безвинны. И все оправданы. Однако в статистике сталинских репрессий требуется поправка на число непримиримых врагов советской власти, которые непримиримо с ней воевали и проиграли. Разве не так?

Но с некоторых пор нам внушают, что если и были враги советской власти, то их надо было... пожалеть. Популярные публицисты размашистым жестом отвергают известную горьковскую (или чью?) фразу: если враг не сдается, то его уничтожают. Будто она - сама жестокость, само человеконенавистничество. Простите, но где-то у кого-то почему-то бывают враги? Если бывают, то попадаются ли среди них такие, которые не сдаются? Если попадаются, то что с ними делать? Сдаться на их милость, что ли?

Даже в коллективизации можно найти Сталину оправдания. Например, такое. Польский политический деятель Мечислав Раковский, у которого, кстати, отношения с руководителями СССР складывались весьма непросто, в недавнем интервью "Литературной газете" высказал такую мысль: "История иногда бывает иронична. Сейчас, вступая в Европейский союз, мы имеем огромные проблемы с сельским хозяйством. А чехи и венгры - нет, потому что провели под нажимом СССР коллективизацию. Спустя 50 лет никто уже не помнит, что она была навязана. Но зато эти страны имеют сегодня современные формы ведения сельского хозяйства. А мы, ликовавшие, что благодаря Гомулке избежали коллективизации, мучаемся с проблемой раздробленности: крестьянских дворов - два миллиона, у большинства не более одного-двух гектаров земли".

Да, у Сталина есть оправдания. Как у всякого человека и у любого преступника. Но, увы, на чашах весов перевешивают не оправдания, а злодеяния... Кладбища, подобные Золотой горе, перевешивают все остальное, что бы там ни было.

Среди белых берез на красной глине Золотой горы белеет обелиск. Его грани - будто церковные своды, на вершине которых - луковичка куполка. Над красным закатом к небу поднимается белая печаль жертвоприношений. В воздухе застыли и загустели белые звуки красных выстрелов. В красной глине - белые кости, человеческие...

(Окончание следует)

Комментарии
Комментариев пока нет