Новости

Спасатели ведут активный поиск любителей подледного лова, которых замело на водоеме.

Идет работа по присвоению статуса «Памятник науки и техники» уникальному экспонату.

Двусмысленные плюшевые игрушки могут навредить психике детей, считают пользователи соцсетей.

Извращенцы более семи лет совершали преступления в отношении девочки.

Праздничную акцию проводит МУП «Челябавтотранс» 20 февраля.

На ул. Гагарина столкнулись иномарка и «скорая помощь».

Бабушки и дедушки создают анимационные открытки.

Пожар в заведении "Юнона" произошел в воскресенье в полдень.

52-летний водитель припарковал старенькую "Тойоту" на горке.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Владимир Боже: «Чиновник не должен определять содержание творчества»

02.10.2013
Челябинск - перекресток Урала и Сибири, Европы и Азии. Тут огромное количество разных культур и народов, оказывающих влияние на жизнь города

Владимир Боже занимает особое место в южноуральской культуре. В свое время он, выпускник исторического факультета ЧелГУ, организовал центр историко-культурного наследия Челябинска. В 2000-м стал «Человеком года».

А через какое-то время основатель центра уже не работал его директором и числился научным сотрудником. Затем Боже и вовсе ушел из структуры, которую создал. В последнее время он практически не появляется в СМИ. Что произошло? Неужели знания и опыт этого историка и краеведа больше не востребованы городом?

- Владимир Стейгонович, почему вы занялись краеведением?

- Я считаю, что краеведение - база местной культурной традиции. Она формируется, когда люди знают, что здесь, например, творил писатель Туркин, работал художник Русаков или какие-то исторические люди что-то значимое делали, тот же академик Паллас. Так в каждом деле можно выстроить цепочку.

Местная культурная традиция позволяет сплотить сообщество, показать, чем мы отличаемся от екатеринбуржцев и каких-то других людей

Мне изначально было ясно, что нужны учебники для школы и энциклопедия для взрослых. Возник у вас как у журналиста вопрос - открыли энциклопедию и посмотрели. А транслировать мифы вместо реальных вещей, как это часто бывало, непродуктивно, они не всегда формируют верное представление о том, что было.

- Когда вы начинали, литературы о Челябинске не было. А та, что имелась, была...

- ...идеологической. Говорилось, что до революции Челябинск ничего не представлял, что это был городишко с не очень хорошими местами - публичными домами, трактирами и так далее. Если ничего не было, то откуда взялось в последующем? Культура переходит из чего-то куда-то. В основе ее понимания - обработка земли. И тут - то же самое. Если есть некий побег, значит, у него есть корни. И если ничего не было, то откуда взялось? Что, оно все сюда было привезено? Оказалось, что ничуть не бывало. Город, начиная с XVIII века, играл в истории России заметную роль. Будь то движение на Восток и в Исетской провинции, будь то изучение этого края, академические экспедиции, Транссиб и другие дела. Когда начинаешь на это смотреть, понимаешь, что в любое время есть люди, которые сделали что-то позитивное. Что, например, был Николай Михайлович Чернавский, он первым поставил задачу изучения Челябинска, основал челябинский архив. И мне близки его подходы.

- Как бы вы сформулировали культурно-исторические корни Челябинска и его особенности?

- Челябинск - перекресток Урала и Сибири, Европы и Азии. Тут огромное количество разных культур, огромное число разных народов, которые оказывают свое влияние на жизнь города. Мы наследуем все то, что здесь было и через какие-то руки к нам пришло. Один человек другому так сказал, другому передал, и в итоге эта цепочка разные вещи до нас донесла.

Вот рядом города Челябинск и Екатеринбург, но ментальность у них разная. Здесь такое отношение, а там - другое. А почему так? Тут соцгород был и там соцгород. Тут областной город и там...

- И в чем особенность Челябинска?

- Ну, вот пример. Вы слышали, чтобы Челябинск претендовал на центр Урала? А они говорят: мы можем быть столицей. Уровень притязаний у них большой, а у челябинцев нет. Или улицы. Я думаю, что наши улицы прямые и широкие не потому, что Ленгорпроект сам приехал сюда и это сделал, а потому, что здесь откликнулись на это. А там, несмотря на то, что есть академия архитектуры, все очень сжато: стоит театр, тут такой узенький тротуарчик, улица небольшая. Есть много других отличий. Я не говорю, лучше или хуже. Я хочу сказать, что у нас другое. Когда ты это знаешь, начинаешь больше понимать.

- Что из сделанного вам принесло наибольшее удовлетворение?

- Планы, которые были, реализовались. Издана энциклопедия, появление этого системного труда говорит о развитии населенного пункта. На уровне России признали, что это лучшая городская энциклопедия. Я как составитель вижу море всяких проблем, но первый шаг все равно сделан. Работал над темой школьного дореволюционного мира. Там под тысячу персоналий, очерк и много чего другого. Два тома сделал из трех. Или, допустим, книги «Челябинск неизвестный», это целая библиотека. «Дореволюционный Челябинск в слове современников» - тоже продолжающееся издание.

Одна из моих тем - история церкви, сейчас я ее практически для себя закрыл. А начал ею заниматься, когда еще ничего не было. «Челябка» опубликовала мою первую статью, посвященную Александро-Невской церкви. Вышла книжечка о викарных епископах Челябинских, она даже чуть-чуть общероссийскую информацию поправила. Можно вспомнить многое другое...

- Благодаря всему этому челябинцы стали лучше понимать город, в котором живут?

- Да, сейчас уже по-другому. В рекламе, например, праздновании Дня города и других вещах люди уже пытаются подумать и к чему-то прийти. И в городе у нас что-то новое появилось, какие-то личности дореволюционные - Покровский, Бейвель. У меня есть ощущение, что мы потихонечку двигаемся.

- Но почему же вы ушли?

- Я никогда не стремился к административной работе. Просто в свое время был поставлен вопрос так: ты берешься и делаешь, либо не будет такого центра. Я взялся и больше 15 лет там проработал. Для меня было неважно, буду директором или научным сотрудником центра. Главное - могу что-то реальное делать или нет. Если не могу, но должен находиться на работе столько-то времени, для меня это неподходящий вариант. В 2009 году я стал научным сотрудником и проработал до начала этого года. До тех пор, пока что-то еще мог сделать. Вышел четвертый том «Челябинск неизвестный», другие издания.

А сегодня идет сокращение финансирования. Для кого-то это вполне нормальный вариант: он сидит, никого не трогает, и его никто не трогает - обычная богадельня...

- Наша государственная система отторгает ярких людей.

- Бюрократическая система живет по своим законам. Но чиновник не должен определять содержание творческих процессов.

- У вас такое было?

- Мне в свое время говорили: «А на основании чего вы решили, что надо это издавать?» Я отвечал: «На основании собственного опыта, я этим занимаюсь уже несколько десятилетий». Потом мне сказали: «Надо издать вот такую книгу». Я отвечаю, что это вчерашний день, ее нельзя издавать. «А почему вы так думаете?» - «Хорошо, я создаю редакционно-издательский совет». Предъявляю книгу профессионалам. Они смотрят и говорят, что низкий уровень, никуда не годится и так далее. Приносим, а там говорят: «А что вы нам это показываете, нам это не нужно». То есть сказали делать - делайте. Издается книга, тратятся деньги, но она не решает тех вопросов, которые должна решать.

- Я знаю, что вы теперь фотографируете богомолов и других насекомых…

- Да, в Челябинске этим практически никто не занимается. А мне интересно. И сегодня взгляд стал другим.

Мы не понимаем, что рядом существуют параллельные миры. Если бы их знали, то так легко бы ко всему не подходили. А мы вырубаем пространство, не понимая, что при этом губим целую цивилизацию насекомых. Постепенно от фотографирования насекомых я перешел просто к фотографированию.

Стал снимать городские праздники и многое другое. Например, начал фотографировать челябинцев и понял, что у нас в городе и этим никто системно не занимается. Нужна, допустим, нормальная фотография Николая Семеновича Шибанова, который написал несколько книжек по казачеству, или еще кого-то, тех, кто жил, и тех, кто живет. И у меня такая коллекция растет. Это портреты челябинцев, которые что-то сделали в городе.

-Это можно назвать вашими сегодняшними проектами?

- Безусловно. Мне это интересно и в художественном смысле. В свое время было желание поступить в художественное училище, но в последний момент передумал. Наверное, правильно. Но тяга к художественному творчеству никуда не девалась. Она нашла свое выражение в экспозиционных работах, а сейчас - в фотографии.

- А краеведческие проекты?

- Они продолжаются. Постоянно что-то выходит. Мы с Иваном Купцовым сделали хорошую книжку, которая пока существует в трех экземплярах. Хотелось бы твердый переплет и так далее. Всем известен поэт Борис Ручьев, хотя молодежь не всегда знает. Его отец, Александр Иванович Кривощеков, был учителем, а потом - священником. Он очень интересные труды написал по казачеству. Мы задумали двухтомник, один том уже полностью подготовлен, с иллюстрациями. Осталось найти того, кто заплатит за издание.

На выходе книга очерков о знаменитостях, побывавших в Челябинске, которую я сделал со своей женой. А бывали многие: и императоры, и патриархи, и композиторы, и музыканты. Какой в этом смысл? На мой взгляд, все воздействует друг на друга. Когда очерки собираются в какую-то большую работу, появляется понимание, что мы по-другому должны смотреть на свой город.

- Вашей увлеченности можно только позавидовать. А на что вы живете?

- Я стал получать пенсию как ликвидатор последствий аварии на Чернобыльской АЭС, работаю по договорам. На жизнь хватает...

Полный текст интервью можно прочитать на сайте "Лев Лузин. Гуманитарный журнал"

http://www.levluzin.ru/sos/vnuk-latyshskogo-strelka-stal-kraevedom-i-filosofom/

Комментарии
Комментариев пока нет