Новости

Для детей и подростков, победивших тяжёлый онкологический недуг.

В ночь на понедельник в Свердловском районе города загорелся двухэтажный жилой дом.

По словам очевидцев, среди ночи они услышали страшный скрежет и грохот ломающихся конструкций.

Накануне 35-летний дебошир предстал перед судом.

Выпавший ночью снег создал восьмибалльные заторы на дорогах областного центра.

Награду Анатолию Пахомову вручил замминистра обороны России Николай Панков.

По словам свидетелей задержания, активиста посадили в полицейскую машину и увезли в ОВД Дзержинского района.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Мама челябинской психиатрии

28.04.2004
100-летие Ларисы Александровой отмечают ее коллеги и ученики

В музейной витрине - изящная театральная сумочка, пожелтевший выборный агитплакат полувековой давности и фотографии очень эффектной женщины. Депутат, ученый, видный организатор здравоохранения, Лариса Вячеславовна Александрова была прежде всего невероятно обаятельной женщиной, буквально притягивающей к себе людей.

Вместе с семьей она была эвакуирована в Челябинск в 1941-м. Она была уже высококвалифицированным клиницистом с десятилетним стажем, ассистентом кафедры психиатрии Витебского мединститута, блестящим преподавателем. Казалось бы, нет в медицине более жесткой и тяжелой специальности, чем психиатрия.

100-летие Ларисы Александровой отмечают ее коллеги и ученики

В музейной витрине - изящная театральная сумочка, пожелтевший выборный агитплакат полувековой давности и фотографии очень эффектной женщины. Депутат, ученый, видный организатор здравоохранения, Лариса Вячеславовна Александрова была прежде всего невероятно обаятельной женщиной, буквально притягивающей к себе людей.

Вместе с семьей она была эвакуирована в Челябинск в 1941-м. Она была уже высококвалифицированным клиницистом с десятилетним стажем, ассистентом кафедры психиатрии Витебского мединститута, блестящим преподавателем. Казалось бы, нет в медицине более жесткой и тяжелой специальности, чем психиатрия. Но больные называли Ларису Александрову своим ангелом-хранителем.

Тогда в Челябинске психоневрологическая служба была в зачаточном состоянии, размещалась в деревянном бараке на территории горбольницы N 1. Середину его занимал огромный квадратный полутемный зал, в котором стояли ряды узких железных кроватей. На них лежали больные в длинных серо-черных балахонах, укрытые такими же темными, жесткими, без пододеяльников одеялами. Воздух "черного квадрата" был пропитан специфическим ароматом.

-- Я ничего не преувеличиваю, казалось, ты входишь в ад, - вспоминает кандидат медицинских наук, доцент, заслуженный врач России Римма Алексеева.

Приход в отделение Ларисы Вячеславовны менял весь микроклимат "квадрата". Лариса Вячеславовна подходила к каждому, обязательно до него дотрагивалась, тихо и ласково с ним говорила.

Она и впрямь была здесь ангелом - к белому халату недоставало лишь крыльев. После ее ухода воцарялась атмосфера покоя, умиротворения и согласия.

-- Мне выпало счастье работать с этим удивительным человеком в самые тяжелые послевоенные годы, - вспоминает профессор Наталья Тюрина. - Масса обездоленных и растерянных людей после пережитых ужасов, потерь родных и близких стояла на грани тяжелых душевных расстройств, нуждалась в поддержке сильных личностей. Именно к таким людям, несущим свет, поддержку, веру в успех, и относилась Лариса Вячеславовна. Я могла бы назвать сотни людей, стоящих на грани небытия, которые были спасены и полезны обществу после ее лечения.

Многие годы Александрова была консультантом военного госпиталя. "Ну что, сынок, случилось, давай рассказывай!" - обращалась она к молодым солдатам. Начальник госпиталя полковник медслужбы Л. Винокуров вспоминает такой случай.

В экстренную хирургию из Чебаркульского гарнизона привезли 19-летнего солдата с переломом руки. "Бревно упало при колке дров", - объяснял он нехотя. Был замкнут, ни с кем не общался, сестры не раз заставали его в слезах. Сомнения у врачей вызывал и характер травмы. Потому вызвали психиатра. Лариса Вячеславовна говорила с парнем долго, выписала ему снотворное. Через два дня приехала к нему вновь.

Парень попал в стройбат из горного аула Грузии. С детства пас овец, образование - четыре класса, русский знает плохо. Ни специальности, ни товарищей, лишь тяжелая работа на подхвате, вечный холод и издевательства. Сержант отобрал у него теплое белье, ночью посылал разгружать вагоны с лесом, на сон оставалось три-четыре часа. "Мне тяжело, я устал. Хотел повеситься, но не нашел места", - рассказывал измученный мальчишка доктору. Признался, что уговорил напарника ударить его колотушкой по руке.

-- Меня будут судить? Я не боюсь. Лучше повешусь, но в часть не вернусь!

После лечения в госпитале больной был переведен в психодиспансер. Освидетельствован комиссией и с диагнозом депрессивная фаза маниакально-депрессивного психоза признан негодным к воинской службе. Александрова выяснила, что в Чебаркуле повесился другой солдат, проверила данные заболеваемости в местных воинских частях за три года. И предложила командованию завести своих штатных психиатров. По ее настоянию в военных округах были введены должности главного психиатра округа и врачей-психологов.

Августа Боровинская вспоминает, как познакомилась с Александровой на ночном дежурстве в горбольнице N 1 в 1947 году. Лариса Вячеславовна повела ее в "свое" отделение, предложила перейти работать сюда. Потому что была убеждена: "служение душевнобольным - самое благородное дело в жизни". Эта ее убежденность определила судьбу и Августы Афанасьевны: 57 лет проработала она в психиатрии медсестрой, а затем врачом.

-- Я стала психиатром только благодаря Ларисе Вячеславовне, ее безграничной преданности психиатрии, отзывчивости на чужую беду, - говорит Людмила Позина, психиатр с 45-летним стажем, в прошлом начмед психоневрологической больницы.

А вот воспоминания доцента кафедры психиатрии УГМАДО Анатолия Глинкина:

-- Я познакомился с Ларисой Вячеславовной осенью 1967 года и сразу почувствовал большое доверие, симпатию и любовь к доброму, милому и благородному человеку, благодарением судьбы оказавшемуся консультантом нашей загородной психиатрической больницы в поселке Новогорный. Лечебница располагалась в бараках бывшего тюремного лагеря, и многое напоминало о недавних порядках. Но когда мы слышали чудный голос Ларисы Вячеславовны, все менялось каким-то непостижимым образом: зеленее становилась трава, выпрямлялись горбатые зековские бараки, теряли грозный вид сторожевые вышки.

Праздником для нас были приезды Ларисы Вячеславовны и ее дочери. Эти две красивые и очень похожие друг на друга женщины мягко, терпеливо и с юмором разжевывали нам то, что они называли азами, а для нас было сложнейшей наукой и практикой.

Я помню, как Лариса Вячеславовна целую неделю "возилась" с 16-летней девочкой, которую постигло несчастье после тяжелой психической травмы (теперь сказали бы - "посттравматическое стрессовое расстройство"). Мягкий, задушевный голос доктора Александровой плюс правильно подобранные лекарства быстро сделали свое дело. Такое светлое, любовное отношение к своим пациентам, беззаветное служение им свидетельствовали о высокой степени альтруизма, характерного для этого замечательного человека.

Лариса Вячеславовна, несмотря на мягкость и доброту, отличалась большой терапевтической активностью. Это она учила нас управлять брутальными шоками. Уже тогда мы комбинировали инсулиновые комы с судорожной терапией и зачастую добивались успеха там, где его трудно было ожидать.

Судьба подарила мне много знакомых, друзей, товарищей, но я не знаю ни одного, у кого было бы такое огромное и любвеобильное сердце. Ее дом был всегда наполнен врачами, сестрами, больными и... потрясающими пирогами. Ларисе Вячеславовне всего нужно было много - друзей, оригинальных мыслей, шуток. У меня было впечатление, что эта сама по себе крупная женщина с благородными чертами лица, руководила всем, к чему прикасалась, и все ей было подвластно, все подчинялось ей. В Новогорном она запросто переплывала большое озеро. Однажды спасатели едва разглядели в открытом море одинокую фигурку. Каково же было их удивление, когда они подняли на борт спасательного катера любительницу далеких заплывов, которой в то время было за 70.

Челябинской психиатрии повезло: у истоков ее стоял талантливый педагог, обладающий даром объединять вокруг себя людей. Верность профессии Лариса Вячеславовна воспитала и у своих учеников - более десяти династий потомственных психиатров работают сегодня в Челябинской области. Она и сама стала основателем династии уже в трех поколениях. Ее дочь Светлана Дедкова - психиатр с 40-летним стажем, заслуженный врач России. Внучка Лариса Клименко - известный детский психиатр Москвы. Внук Евгений Дедков тоже работал детским психиатром на кафедре УГМАДО, был начальником ГУЗО, заместителем министра здравоохранения РФ, сегодня заместитель директора президентской клиники.

Сегодня в областной клинической психоневрологической больнице ее коллектив и ученые ЧГМА и УГМАДО проведут научно-практическую конференцию, посвященную 100-летию Ларисы Александровой, и вместе с родственниками откроют мемориальную доску в ее честь.

Нина ЧИСТОСЕРДОВА

Комментарии
Комментариев пока нет