Новости

Неизвестные злоумышленники вырубили ивы и вязы по адресу: улица Захаренко, 15.

Пассажир отечественного авто погиб на месте.

Через несколько секунд после появления звука ломающихся кирпичей, труба с грохотом рухнула прямо перед подъездом.

Скопившийся мусор загорелся, огонь тушили несколько дней.

Гости высоко оценили качество реализации и масштаб проекта по воссозданию оружейно-кузнечных объектов.

Спортсмены, судьи и тренеры принесли торжественную клятву о честной борьбе.

Стайка поселилась в пойме Тесьминского водохранилища.

10-летняя девочка находилась в квартире у незнакомой женщины.

Показы коллекции осень-зима 2017/2018 стартовали в столице мировой моды 23 февраля.

Смертельное ДТП произошло на автодороге Чайковский – Воткинск.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Укрупнение регионов: pro и contra

29.04.2004
Журналист Сергей Блиновских спорит сам с собой по поводу объединения Челябинской, Свердловской и Курганской областей

Сразу после подписания Президентом РФ указа о создании нового субъекта Федерации - Пермского края окончательно стало ясно, что слияние регионов будет продолжаться. Никого не должно пугать ни отсутствие четкого понимания, сколько же их должно в итоге получиться, ни предупреждения экспертов о том, что создание крупных субъектов Федерации может привести к росту сепаратизма. Пермскую инициативу немедленно подхватили на местах. На Урале в роли главного закоперщика региональной интеграции выступил свердловский губернатор Эдуард Россель. Осенью прошлого года он даже заявил, что идея создания нового субъекта федерации на Урале путем присоединения к Свердловской области Курганской и Челябинской якобы уже получила поддержку со стороны Кремля.

Журналист Сергей Блиновских спорит сам с собой по поводу объединения Челябинской, Свердловской и Курганской областей

Сразу после подписания Президентом РФ указа о создании нового субъекта Федерации - Пермского края окончательно стало ясно, что слияние регионов будет продолжаться. Никого не должно пугать ни отсутствие четкого понимания, сколько же их должно в итоге получиться, ни предупреждения экспертов о том, что создание крупных субъектов Федерации может привести к росту сепаратизма. Пермскую инициативу немедленно подхватили на местах. На Урале в роли главного закоперщика региональной интеграции выступил свердловский губернатор Эдуард Россель. Осенью прошлого года он даже заявил, что идея создания нового субъекта федерации на Урале путем присоединения к Свердловской области Курганской и Челябинской якобы уже получила поддержку со стороны Кремля. Реакция соседей не заставила себя ждать. Петр Сумин назвал идею объединения абсурдной и вредной для Челябинской области. А курганский губернатор Олег Богомолов поведал всем о том, что на личной встрече Владимир Путин крайне неодобрительно отозвался о возможности административно-территориальной реформы в границах Большого Урала.

Любопытно, что президентская пресс-служба никак не прокомментировала заявление уральского губернатора, а сам глава государства на публике лишь однажды вскользь коснулся этой темы.

Некоторое время назад "Челябинский рабочий" обратился с просьбой об интервью к Эдуарду Росселю. Мы хотели спросить свердловского главу о том, каким он видит процесс укрупнения уральских регионов. Губернаторская пресс-служба на наши неоднократные просьбы о беседе ответила молчаливым отказом.

"Челябинский рабочий" попытался самостоятельно разобраться, какие последствия может иметь объединение уральских областей для населения укрупняемых регионов, чиновных элит и страны в целом.

За

Хотим мы или нет, но никаких культурно-исторических предпосылок для рождения такого образования, как Челябинская область, в середине 30-х годов не существовало. Сталину в тот момент потребовалось ограничить власть "региональных баронов" из числа своих соперников по внутрипартийной борьбе, и он, не задумываясь, перекроил карту Урала, нарисовав новые границы областей. Сегодня мировые глобализационные процессы вызывают формирование новых культурно-экономических образований, границы которых не соответствуют нынешнему административно-территориальному делению страны. Мы можем объяснить чужому человеку, что такое уральский характер, но никогда не скажем о челябинском или свердловском характере. Речь идет о складывании некоей новой региональной идентичности, в основе которой лежит единая историческая память, общая ментальность и экономическая специализация. Именно поэтому история Урала - это, конечно, не Киевская Русь, но Аркаим.

Исследованиями подтверждено, что уральские предприниматели в большинстве своем предпочитают вести бизнес дома именно потому, что ближе к западным границам страны их коллеги говорят уже немного на другом "языке", оперируют иными понятиями. У стихийной регионализации есть и экономические предпосылки. За годы реформ на востоке страны выросло поколение людей, которые никогда не были в Москве и, возможно, никогда там не побывают. Разумеется, что в этой ситуации они идентифицируют себя не как россиян вообще, а как уральцев, сибиряков, жителей Дальнего Востока.

В современной России идет процесс выделения регионов-лидеров и закрепления их доминирования на прилегающих территориях с общими историей, культурой, ментальностью, образом жизни населения, ландшафтом и экономической специализацией. Одновременно формируются предпосылки их обособления от федерального центра, требования передачи им существенной части его нынешних полномочий. Среди таких лидеров вне столиц можно назвать Мурманск, Екатеринбург, Казань, Красноярск, Пермь, Самару, Краснодар, Хабаровск. Возможно, еще несколько городов.

Оборотной стороной нового регионализма является существование множества таких безнадежно депрессивных регионов, как Курганская область, Калмыкия, большинство республик Кавказа. Но если центры управления капиталом и принятия решений находятся в Екатеринбурге, то какой смысл в сохранении административных надстроек в столицах соседних уральских регионов? Свердловские олигархи Павел Федулеев и Андрей Козицын давно и прочно контролируют Курганскую областную Думу. Собственного политического лица у курганских политиков нет и уже не будет. Все местные предприятия контролируются из Екатеринбурга и, частично, из Челябинска.

Недалеко ушла наша область. По мнению вице-президента консультационной компании "Советник" Александра Подопригоры, на сегодня нет ни одного эффективного челябинского предприятия, управление капиталом которого осуществлялось бы из областного центра. Это либо Екатеринбург, либо Москва, либо даже Лондон и так далее.

Поэтому логичным выглядит вопрос о приведении числа администраций в соответствие с количеством центров принятия решений. Самое сложное для региональных элит - договориться о том, где же именно располагаются эти центры.

Позицию всех региональных лидеров, решающихся публично критиковать идею укрупнения регионов, роднит одно обстоятельство. Долго и обстоятельно перечисляя те негативные последствия, которые несет административно-территориальная реформа возглавляемому им краю (области, республике, автономному округу), его населению и стране в целом, они не обходят вниманием одну мысль. "Если в результате объединения столица нового региона будет на "моей территории", я, конечно, согласен". Тяжела ты, шапка Мономаха, но я справлюсь.

Безусловно, пострадавшей стороной в процессе укрупнения регионов выступают региональные элиты. Никто не хочет терять власть и лишать себя гарантируемых ею личных преференций. Поэтому задача федерального центра, если он захочет провести укрупнение по своему сценарию, будет заключаться в том, чтобы преодолеть сопротивление местных администраторов, гарантировав им неприкосновенность. Здесь можно вспомнить пример Юрия Трутнева, который, успешно проведя на практике идею Кремля о слиянии Пермской области и Коми-Пермяцкого края, пересел из губернаторского в министерское кресло в обновленном правительстве.

По мнению генерального директора аналитического агентства "New image" Евгения Минченко, Уральскую область должен возглавить федеральный политик, обладающий высоким лоббистским потенциалом и совершенно необязательно имеющий уральские корни в родословной. Вероятно, в таком случае это должен быть назначенный Кремлем губернатор. Такое решение позволит закрыть тему губернаторских амбиций лидеров местных элит и сгладить их взаимное недоверие по отношению друг к другу. Исходя из последнего обстоятельства, столица укрупненного региона могла бы располагаться в Челябинске, возможен также вариант, при котором управленческие функции будут распределены между существующими административными центрами уральских областей.

Проблема укрупнения областей за короткий срок получила у нас какое-то почти шутовское звучание. Чем легче управлять, что удобнее администрировать: десять больших регионов или девяносто маленьких? Что лучше для президента и премьера - девять губернаторов, 23 или 95? Истинные предпосылки начинающейся реформы между тем заключаются в том, что в российских регионах сегодня слишком много административных центров и слишком мало центров влияния.

Очевидно, что постперестроечный федерализм, при котором существовало явное неравенство субъектов, не соответствует реалиям времени. Ему на смену должна прийти федерация, состоящая из сильных, экономически развитых регионов, которые не стоят с протянутой рукой. А бывшие регионы-реципиенты займут в новой хозяйственно-административной структуре свое достойное место.

И, наконец, последний аргумент в пользу объединения. Процесс укрупнения неизбежен, так как инициирован непосредственно верхушкой государственной власти.

Против

Ни законодательных, ни явных экономических предпосылок для объединения на горизонте пока не видно. Есть страстное желание Эдуарда Росселя завершить политическую карьеру избранием на еще более "великий" пост и стяжать лавры "собирателя земли русской". Странная репутация для человека, участвовавшего в ее же разъединении по принципу "берите суверенитета, сколько хотите". Есть неуклюжие усилия свердловских прогубернаторских СМИ по всенародной популяризации росселевской инициативы. В местной прессе можно обнаружить сообщения о создании в Курганской области инициативных групп граждан, стучащихся во все двери с просьбой "укрупнить" их к более обеспеченному соседу.

С другой стороны, есть очень сильное раздражение по поводу инициативы Э. Росселя со стороны старой административной элиты Курганской и Челябинской областей. Полностью проигнорировать это обстоятельство не получится, даже если гипотетически допустить, что президент целиком поддерживает Эдуарда Эргартовича в его реформаторских настроениях.

Аргумент о том, что с точки зрения управления 89 регионов - это слишком много, кажется и вовсе надуманным. Уровень развития информационных и компьютерных технологий делает абсолютно непринципиальным вопрос, сколько именно регионов объединены вокруг единого федерального центра: 30, 89 или 110. Наоборот, стоит говорить о возникновении опасности утраты управляемости над огромными территориями Большого Урала или Сибири в случае создания более крупных субъектов федерации. Региональная власть отдалится от народа и станет еще менее демократичной. Тем более что сегодня все управление из центра сводится к выделению трансфертов, хозяйственные и социальные вопросы решаются на местах. И наконец, дань традиции: большинство людей хотело бы и далее жить в Челябинской, Курганской и т.д. областях, а возможность присоединения к другим регионам воспринимает как покушение на, пусть и весьма условный, суверенитет своей маленькой родины. Решатся ли реформаторы переступить и через это?

Экономическая выгода от объединения вообще крайне туманна и не очевидна. Вот, к примеру, первый вице-губернатор Андрей Косилов задается закономерным вопросом: какой резон двум успешным промышленно развитым регионам - Свердловскому и Челябинскому - брать на себя обузу в виде деградирующей Курганской области? Дивиденды в виде федеральных субсидий сомнительны. Более того, ни в одном федеральном законодательном акте не прописаны обязательства Москвы по отношению к объединяемым регионам. Захочет - даст денег, как это произошло с Пермским краем, а не захочет - придется губернаторам, недавно похвалявшимся перед президентом высокими темпами экономического роста, сбрасываться на бедного соседа и общими усилиями вытягивать его из ямы банкротств.

И даже в случае обещания солидных финансовых вливаний со стороны федерального центра совсем не факт, что сразу после слияния достойная их часть перетечет в карман бедного родственника. Не придется ли той же Курганской области довольствоваться подачками уже из рук нового регионального начальства? Своя-то рубашка всегда ближе к телу. Не стоит забывать и о том, что такие вопросы решаются на референдуме. Какие аргументы убедят жителя уральской глубинки в необходимости пересмотра привычных границ региона?

Правы в чем-то те, кто говорит о том, что объединять в первую очередь надо малолюдные регионы. А Свердловская и Челябинская области по своим размерам и населенности в некотором смысле могут служить образчиками того, каким в идеале должен быть регион в составе Российской Федерации. Но даже чисто арифметические параметры (площадь территории, численность населения) не могут считаться основанием для перекраивания границ. Опасной может оказаться попытка присоединить национальные территории в статусе самостоятельных субъектов к соседним областям. Слишком велика вероятность того, что в этом случае руководители таких территорий тут же разыграют националистическую карту.

И что мы имеем в итоге? Отсутствие внятных экономических предпосылок к объединению с одной стороны и бьющие через край амбиции некоторых региональных политиков.

Примечательно, что самой концепции укрупнения регионов России до сих пор не существует. Более того, если возможность создания новых субъектов федерации путем слияния существующих рассматривается как конституционное право живущих на этих территориях жителей, то возможность разъединения субъекта Конституцией не предусмотрена. Обратный путь попросту невозможен.

Комментарии
Комментариев пока нет