Новости

По словам свидетелей задержания, активиста посадили в полицейскую машину и увезли в ОВД Дзержинского района.

По предварительной информации, площадь пожара превысила 400 квадратных метров.

Плакат у участников марша изъяли сотрудники полиции.

Несмотря на случившееся, Касьянов продолжил участие в памятном мероприятии.

Сообщение о возгорании автомобиля поступило на пульт экстренных служб в 05:53 с улицы Буксирной.

Чп произошло минувшей ночью в доме по улице Голованова.

Из-за аварии на энергосетях электричество в домах пропало в ночь на 26 февраля.

С 27 февраля за проезд придется платить 25 рублей.

Спортивный объект осмотрел глава Минспорта РФ.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Урал не отпустил

18.12.2014
В Копейск Георгий Симаковский приехал в декабре 1941 года вместе с Горловским машиностроительным заводом. Думал, скоро вернется на родную Украину, а остался навсегда, прожил до 95 лет, стал легендой Копейска.

В Копейск Георгий Симаковский приехал в декабре 1941 года вместе с Горловским машиностроительным заводом. Думал, скоро вернется на родную Украину, а остался навсегда, прожил до 95 лет, стал легендой Копейска.

По сути, до конца дней своих Георгий Васильевич так и не разлучался с заводом. На пенсию уходил с должности главного инженера, в звании лауреата Государственной премии СССР, с орденом Трудового Красного Знамени, золотыми медалями ВДНХ, всемирной Брюссельской выставки и Лейпцигской ярмарки. И все-таки главный подвиг его жизни - Великая Отечественная война, хотя на фронте не был.

Несколько лет назад Георгия Васильевича не стало, об отце и эвакуации рассказала его дочь Лариса Георгиевна Мешалкина (Симаковская).

•Ты тут панику не сей!

- Родился и рос он в Донецке, в многодетной семье, среди пятерых братьев и сестер выделялся тягой к знаниям. Горнопромышленное училище и Донецкий индустриальный институт закончил практически на одни «пятерки». Направили молодого специалиста в Горловку, на завод горных машин и оборудования.

В воздухе уже пахло войной. На заводе создают «первый отдел», который занимался военной техникой. В 1938 году 26-летнего инженера Симаковского назначают начальником производства секретного спецотдела.

Как ни готовились, война нагрянула неожиданно. Враг стремительно приближался к Горловке. Один из заводских инженеров-метрологов вспоминал, как в эти дни возвращался домой через железнодорожный мост. Поезда шли и шли с запада на восток, везли оборудование.

- Георгий Васильевич, что-то мне все это не нравится. Может, и нам пора готовиться? - поделился он с Симаковским.

- Ты тут панику не сей! - отрезал начальник. А уже на следующее утро заговорил по-другому. Мол, ты там ящики хотел готовить для мерительных инструментов. Давай требования, подпишу…

Новость о том, что назавтра уходит заводской эшелон и ей с дочкой Томарочкой нужно ехать, жена Симаковского Полина тоже восприняла не сразу.

- Скоро фашиста погонят, и буду туда-сюда с ребенком ездить, - сопротивлялась она и собиралась переждать военные события у родных в Донецке.

Муж убедил, и Полина Евгеньевна, работавшая в заводской библиотеке, до самого отъезда паковала книги. Получилось несколько мешков с технической литературой. Из личного - почти ничего, ладно догадалась взять мешок с хозяйственным мылом.

•Секретная миссия

11 октября завод дал прощальный гудок. Два эшелона с оборудованием и людьми отправлялись в тыл, уезжали без Симаковского и еще нескольких товарищей. Им поручили вывести из строя жизнеспособные объекты. Было жалко до слез, когда взорвали бесемеровский конвертор, вагранки, мостовые краны, фундаменты станков. Целыми оставили только здания - были уверенны, что скоро вернутся и все восстановят.

Второй приказ - сдать в Ворошиловграде секретную незавершенку, то есть заготовки для военного продукции. В эшелоны их грузить не разрешили, видимо, в целях безопасности. Вывозили на 17 грузовиках, руководил колонной сам директор завода Иван Тимофеевич Катеринич.

Симаковский задержался - сдавал взорванный объект уполномоченному НКВД. Своих догнал быстро. Осень выдалась дождливой, машины вязли в грязи. Проселочные дороги, по которым добирались, забиты отступающими войсками.

Грузовые машины пропускали только в сторону фронта. Вот тогда Катеринич придумал сделать документы, якобы это эвакуируется военный завод № 25. Приказ сами отпечатали на машинке, позже узнали, что завод с таким номером был в Запорожье.

«Военная» хитрость помогла добраться до Ворошиловграда, а там новый приказ - вывезти незавершенку на Урал. Железнодорожных платформ не хватало, горловчанам дали сломанную, они чинили всю ночь, уснули под утро, проснулись - нет ее, угнали. Всеми правдами и неправдами Катеринич достал другую, места хватило только для части груза - деталей минометов и «Катюш». Их накрыли каким-то чудом оказавшимися в багаже имуществом заводского клуба - декорациями к спектаклю «Сады цветут». За деньги декорированную платформу прицепили к санитарному поезду, поехал сам Катеринич, велев: «Догоняйте поскорей!».

Чтобы вывезли оставшиеся заготовки и грузовики, директор оставил 20 тысяч рублей. Деньги пригодились, с их помощью раздобыли платформы, прицепили к составу, идущему на Сталинград. Выехать оттуда смогли только через две недели. В декабре, через месяц после прибытия первого эшелона, добрались до Копейска. Благодаря привезенным запчастям в том же декабре собрали первые минометы, а у завода появились собственные машины.

Груз был настолько ценным, что прямо на Серго-Уфалейской станции два горловских грузовика забрал директор ЧТЗ Исаак Зальцман. Было распоряжение отдать машины. А вот за те 20 тысяч отчитаться перед бухгалтерией Симаковский не смог, их потом полгода вычитали из зарплаты.

•Симаковская, ты где?

Пока глава семьи выполнял важную миссию, жена и дочка ехали на восток. Куда? Вроде, на Урал, только в конце пути уточнили - в Копейск. В эшелоне была своя лавка, пока стояли, снабженца посылали за триста километров вперед, он закупал продукты. Раз в два дня поочередно готовили горячую еду.

Мыло Полина Евгеньевна обменяла на десяток яиц, дочке жарила по одному, экономила. Однажды вышла на станции за водой и не заметила, как поезд тронулся, уже на ходу заскочила в хвост состава.

- Симаковская отстала, - встревожились в их вагоне.

- Ну, раз моя мама отстала, жарьте мне два яйца, - невозмутимо сказала девятилетняя Тамара.

В Копейск прибыли через сорок дней пути, 6 ноября, в 23 часа. В первую ночь их уложили спать в огромном Дворце угольщиков. Потом разместили по квартирам, квартировали Симаковские недолго. Меньше, чем через месяц, недалеко от завода были построены три барака.

В бараке Полина Евгеньевна с дочкой сильно разболелись, обе слегли с высоченной температурой. Их обнаружили соседи - забирали занесенный к ним по ошибке кухонный стол. (Не все приехали налегке, особо практичные привезли из дома кое-какую мебель и утварь). Позаботились, выходили. Жили эвакуированные дружно, держались вместе.

Полина Евгеньевна, по первой профессии учительница, сразу устроилась в школу. Вдруг встречает ее директор Катеринич: «Симаковская, ты где? Как в школе?! С ума сошла! Через три месяца немца погоним, назад ехать - где тебя будем искать?». Она вернулась на завод, распаковала свои мешки с книгами. Даже в войну библиотека была востребована, пополнялась художественной литературой, в том числе редкими изданиями из Ленинграда.

А Тамара пошла в школу, на большой перемене ребят поили чаем, надо было принести из дома кружку. Посуды не было, мама дала дочке жестяную консервную банку, которую, впрочем, скоро украли.

Воссоединилась семья Симаковских через два с лишним месяца после разлуки. Заботливый муж и отец приехал с вещмешком винегрета (скорее всего, замороженного) из Сталинграда. Позже уточнял - купил винегрет в том самом универмаге, в подвал которого уже будущей зимой посадили фельдмаршала Паулюса.

•Минометы, ложки и комбайны

А пока впереди была почти вся война. Хотя верили, что скоро вернутся в Горловку, люди строили день и ночь, в морозы, при свете прожекторов. Сначала под открытым небом установили станки, потом, не останавливая производство, возвели стены из дерева и кирпича - металл был нужен фронту. Крышами цеха накрыли через три месяца. Зима была суровой, прибывшие из теплого климата грелись у железных печек, что стояли возле станков.

Не всем повезло жить рядом с заводом, многих поселили в бараки с двухэтажными нарами у 20-й шахты, в районе нынешнего поселка Железнодорожный. Вставали в пять утра, укутывались и шагали километры по морозу и ветру. Дисциплина была жесткой. 16-летний паренек по фамилии Эдлин получил взыскание за то, что на обед в столовую пришел на три минуты раньше.

Еще не обжившись на новом месте, горловчане делали минометы, корпуса 250-килограммовых бомб и детали «Катюш». В 1942 году завод впервые принял на ремонт горную технику, а затем полностью перешел на ее производство. Страна нуждалась в электроэнергии, для ТЭЦ нужен уголь, а для его добычи - машины. В войну заводские инженеры создают совершенно новую врубовую машину и угольный комбайн.

В одном из цехов наладили выпуск ложек, ведер, железных кроватей. Обеспечили себя и других, в селах выменивали изделия на продукты. С такой ложкой дитя войны Тамара ходила в столовую ИТР. Папин обед делили: ему - второе, дочке - первое.

По весне организовали подсобное хозяйство, где трудились по очереди, ведь на Украине жили в своих домах, привыкли к садам-огородам. На Урале местные сажали только картошку. У горловчан и здесь росло все: морковка, капуста, лук, свекла.

Не стерпели эвакуированные, чтоб машины вязли в грязи. В разгар войны начинают строить дороги и озеленять территорию завода.

•Так и не уехали

В 43-м, как только освободили Донбасс, люди начали возвращаться. Георгий Симаковский был среди тех, кто оставался. «Вот как хотите, а держит Урал, не отпускает!» - утверждает Лариса Георгиевна. Уже и после войны ему предлагали должности на других заводах, в других городах - ни на что не променял Копейск.

Под руководством Георгия Васильевича завод шел к новым успехам, проводилась реконструкция. Только после войны деревянные конструкции стали менять на металлические. Словом, делали временно, а построили навсегда.

Супруги Симаковские прожили вместе более полувека, вырастили трех дочерей. Тамара, Лариса и Татьяна со своими семьями тоже живут на Урале. На машзаводе стаж династии, идущей от Георгия Симаковского, давно перевалил за двести лет и продолжается дальше.

Комментарии
Комментариев пока нет