Новости

10-летняя девочка находилась в квартире у незнакомой женщины.

Показы коллекции осень-зима 2017/2018 стартовали в столице мировой моды 23 февраля.

Смертельное ДТП произошло на автодороге Чайковский – Воткинск.

Благодаря снимку космонавта Олега Новицкого.

Устроили «ледовое побоище».

Став «президентами», много чего пообещали.

Реабилитационную программу для спортсменов организуют в санаториях Сочи.

На Играх разыграют 44 комплекта наград.

Изменение рабочего графика затронуло входящее в группу "Мечел" предприятие "Уральская кузница".

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Андрей Фурсенко: "Образование не терпит суеты"

21.08.2004
Новый министр осторожен. И не только в вопросах клонирования

Светлана ЖУРАВЛЕВА
Златоуст-Челябинск

От министра образования России Андрея Фурсенко, прибывшего на традиционное августовское совещание работников образования Южного Урала, ждали сенсаций. Ведь это его первый рабочий визит в регион и первый в жизни педсовет. Но Фурсенко был осторожен в словах, понимая, что в нашей стране у руководителя его ранга есть одна презумпция - виновности. Это не значит, что он не раскрыл свою позицию.

Новый министр осторожен. И не только в вопросах клонирования

Светлана ЖУРАВЛЕВА

Златоуст-Челябинск

От министра образования России Андрея Фурсенко, прибывшего на традиционное августовское совещание работников образования Южного Урала, ждали сенсаций. Ведь это его первый рабочий визит в регион и первый в жизни педсовет. Но Фурсенко был осторожен в словах, понимая, что в нашей стране у руководителя его ранга есть одна презумпция - виновности. Это не значит, что он не раскрыл свою позицию. Как раз наоборот. Андрей Александрович отвечал на вопросы "с большевистской прямотой", касалось ли это его отношения к клонированию или главной задачи в образовании. Ее он обозначил четко. "Мы должны понять, кого и зачем учим". Сама постановка вопроса вызвала поначалу "нехорошее" предположение. Уж не хотел ли министр сказать, что нужно учить не всех? К счастью, это оказалось не так. Речь шла о подготовке специалистов.

-- Мы должны иметь перед глазами портрет специалиста, который сране потребуется через пять-десять лет, - пояснил Андрей Александрович. - Значит, нам нужно представлять, какой будет российская и мировая экономика в то время. Американцы, например, уже сегодня знают, что в 2010 году им потребуются специалисты по молекулярным технологиям. А какие специалисты будут нужны нам? Об этом никто не говорит, хотя все критикуют систему образования за подготовку "не тех специалистов".

Жизнь меняется очень быстро. Социальные условия, экономика в том числе. Рассчитывать на то, что, дав человеку однажды хорошее образование, мы решим проблему на всю оставшуюся жизнь, не приходится. Образование сегодня - вещь непрерывная. Каждые пять-семь лет человек должен познавать что-то новое. И так в течение всей своей жизни. Вспомните, полтора десятка лет назад профессия оператора ЭВМ считалась замечательной. Кому сегодня нужен такой специалист?

Вот почему система образования не может сама ставить себе задачи. Заказ должен быть государственным на всех уровнях: от детского сада до вуза. Ведь без решения общих задач мы не справимся толком с нашими конкретными проблемами.

-- Андрей Александрович, могут ли отменить ЕГЭ? С вашим приходом в министерство отношение к нему стало заметно прохладнее...

-- В нашей стране могут отменить все. Но, слава Богу, это не во власти министра. Если вы хотите знать мое отношение к ЕГЭ, то я считаю эту форму прогрессивной. Поэтому ЕГЭ закрывать нельзя. А вот совершенствовать абсолютно необходимо. Идея сделать высшее образование доступным для разных слоев населения сама по себе хороша. И в принципе не отличается от идеи олимпиады. Поэтому, когда мне ректоры, очень уважаемые мною люди, говорят, что ЕГЭ - это очень плохо, а вот олимпиада - очень хорошо, я прошу объяснить: а в чем разница? Если в качестве контрольных материалов, то давайте будем их менять.

Наверное, это было неправильно, что вузы в значительной степени были отстранены от работы над тестовыми материалами. Нужно их привлекать.

В чем я с ректорами полностью согласен, так это в том, что опасно, по крайней мере на первом этапе, избирать только одну систему оценки знаний. Наверное, должны быть и ЕГЭ, и олимпиады, и вступительные испытания, которые проводят сами вузы. Вот балансом между ними мы сейчас и занимаемся.

-- Андрей Александрович, существует ли "черный список" вузов, которые подлежат закрытию? Ведь в связи с демографической ситуацией этот процесс, наверное, неизбежен?

-- "Черных списков" нет, но есть достаточно четкие требования к качеству образования. В настоящее время министерство проводит широкомасштабную проверку всех учреждений высшей школы и филиалов. В 10 процентах филиалов образовательный процесс не соответствует государственным стандартам.

Согласитесь, не может учебное заведение обеспечить качественное обучение, если у него нет помещений, квалифицированных преподавателей и учебной литературы. Меня часто спрашивают: сколько вузов вы собираетесь закрыть? Ни одного, при условии, что все они соответствуют требованиям. Но если не соответствуют, то я считаю справедливым их закрыть. Или дать возможность исправиться. А как иначе?

Вуз взял на себя обязательства подготовить человека к жизни, сделать его более успешным. Эти обязательства прописаны в рамках, кстати говоря, не очень жестких требований. Наверное, в перспективе они должны ужесточиться.

-- Но ведь не только вуз взял на себя обязательства?

-- Совершенно верно. Еще государство, которое финансирует образование. И студент, который обязан учиться. И каждая сторона должна выполнять свои обязательства добросовестно.

-- Андрей Александрович, не секрет, что только 10 процентов выпускников педагогических вузов идут работать по специальности. А ведь проблема кадров стоит очень остро. Как, с вашей точки зрения, нужно ее решать?

-- Напомню, что ничего бесплатного в жизни не бывает. Государство взяло на себя расходы по подготовке педагогических кадров. Если выпускник педагогического института не идет работать по специальности, то он должен вернуть государству деньги, затраченные на его обучение. Это будет честно. Я считаю так.

-- А как вы относитесь к тому, что филиалы наших вузов открываются, скажем, в Казахстане?

-- Мы должны развивать экспорт образовательных услуг. Это может быть одной из очень существенных составляющих нашей экономики. Поэтому надо делать все возможное для развития и продвижения нашей системы образования не только внутри страны, но и за ее пределами. Тем более, когда мы находимся перед новым качественным этапом. Я имею в виду вступление в ВТО. Там мы столкнемся с жуткой конкуренцией, и никакие ссылки на славное прошлое нам не помогут. Правда, у нас есть свои конкурентные преимущества. Это фундаментальность и академичность нашего образования, которые не всегда соответствуют рыночным требованиям. Но, с другой стороны, они и отличают нас от всех других. Поэтому многие наши специалисты сегодня востребованы за рубежом.

-- Ждать ли педагогам в ближайшее время повышения зарплаты?

-- В этом году заложена индексация зарплаты на 20 процентов. Если говорить об оплате труда сотрудников среднего образования, то она ложится сегодня на регионы.

Но я хочу сказать, что мы должны принципиально переходить к другой системе оплаты труда. С большой дифференциацией в зависимости от результата. Чтобы молодой учитель имел возможность получать достойную зарплату.

Вся проблема пока упирается в деньги. В системе образования работает ни много ни мало - шесть миллионов человек. Чтобы средний уровень довести до соответствующего в промышленности, требуется 260 миллиардов рублей. Этих денег в бюджете нет. Поэтому мы считаем, что необходим переход к отраслевой системе, когда все бюджетники не будут завязаны одним коэффициентом.

-- Андрей Александрович, в каком направлении, на ваш взгляд, должна сегодня развиваться система образования?

-- Образование не терпит суеты. Это касается всех нововведений, экспериментов и инноваций. Да, мы будем искать новые формы, но очень осторожно. Чтобы систему не лихорадило. Даже те изменения, которые уже намечены, постараемся внести аккуратно.

А направление у нас такое, чтобы содействовать процветанию страны. К сожалению, у нас на этом пути есть не только победы, но и потери. И мы сегодня должны понять, что нужно делать для того, чтобы не проигрывать.

Андрей ФУРСЕНКО после окончания ЛГУ и до 1991 года работал в знаменитом Физико-техническом институте имени А.Ф. Иоффе. Одно время - под началом нобелевского лауреата Жореса Алферова. Совершенно неожиданно ушел с престижной должности заместителя директора и возглавил региональный фонд научно-технического развития Санкт-Петербурга. Здесь реализовал более 80 высокотехнологичных проектов, для финансирования которых привлек около 13 миллионов долларов. Цифра для российской науки впечатляющая. Известно, что "конек" нового министра - инновации. Они, по мнению многих аналитиков, и сыграли решающую роль при назначении его на пост министра.

Андрей Александрович - доктор физико-математических наук, автор более 100 научных публикаций в российских и зарубежных журналах.

Женат, имеет сына.

Комментарии
Комментариев пока нет