Новости

По словам свидетелей задержания, активиста посадили в полицейскую машину и увезли в ОВД Дзержинского района.

По предварительной информации, площадь пожара превысила 400 квадратных метров.

Плакат у участников марша изъяли сотрудники полиции.

Несмотря на случившееся, Касьянов продолжил участие в памятном мероприятии.

Сообщение о возгорании автомобиля поступило на пульт экстренных служб в 05:53 с улицы Буксирной.

Чп произошло минувшей ночью в доме по улице Голованова.

Из-за аварии на энергосетях электричество в домах пропало в ночь на 26 февраля.

С 27 февраля за проезд придется платить 25 рублей.

Спортивный объект осмотрел глава Минспорта РФ.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Месть "огненной руки"

16.09.2004
Крупная чиновница оказалась в центре настоящего триллера

Айвар ВАЛЕЕВ
Челябинск

:Валентина Ивановна Семинихина вышла из дома в приподнятом настроении. Сегодня у нее именины, день погожий, впереди - приятные хлопоты, букеты цветов и добрые слова сослуживцев. До работы Валентина Ивановна всегда шла пешком: 10 минут энергичной ходьбы на свежем воздухе - залог бодрости на весь рабочий день. Вдруг сердце ее екнуло. На заборе белой краской знакомым аккуратным почерком было выведено: "С днем рождения".

Крупная чиновница оказалась в центре настоящего триллера

Айвар ВАЛЕЕВ

Челябинск

:Валентина Ивановна Семинихина вышла из дома в приподнятом настроении. Сегодня у нее именины, день погожий, впереди - приятные хлопоты, букеты цветов и добрые слова сослуживцев. До работы Валентина Ивановна всегда шла пешком: 10 минут энергичной ходьбы на свежем воздухе - залог бодрости на весь рабочий день. Вдруг сердце ее екнуло. На заборе белой краской знакомым аккуратным почерком было выведено: "С днем рождения". Вчера этой надписи еще не было. "Ну вот, началось", - подумала Валентина Ивановна. Через 200 метров тот же почерк сообщал: "Валька Семинихина - дура". Поворот и новая надпись: "Валька Семинихина - лесбиянка".

А Валентина Ивановна, между прочим, начальник управления в мэрии, человек в городе известный и уважаемый. Да и если бы она была простой работницей трикотажной фабрики - какая разница, любой бы человек оскорбился. К тому времени "огненная рука", словно бы возникшая из мифа о царе Валтасаре, уже полгода преследовала Валентину Ивановну. "Злейшему врагу бы не пожелала такого наказания", - говорит она, и в этот миг энергичная чиновница становится вдруг растерянной и беззащитной женщиной:

На работе Валентина Ивановна боялась глаза поднять. Ей казалось, что люди все уже знают, видели, прочитали, стоит ей выйти и начнут шушукаться. Как она провела этот день, сама не помнит. Вечером дома были гости. Проводив их, Валентина Ивановна с подругой взяли ведро краски, кисти и пошли в ночь:

Всякий раз, когда появлялись надписи, Валентина Ивановна где смывала, где закрашивала их. И добрые люди, бывало, помогали. Но "огненная рука" выводила их вновь и вновь. Причем в самых неудобных местах. Собрала как-то Валентина Ивановна своих специалистов на семинар. Решила показать им некоторые "городские объекты". Приводит людей к зданию школы, а на стене снова: "Валька - проститутка". Он будто бы читает ее мысли и старается ударить побольнее. В какой-то момент Валентина Ивановна подумала, что это похоже на плохое кино: ее таинственный недоброжелатель, словно вырвавшийся на волю злодей из триллера, преследует ее всюду. Кроме того, чем яростнее она закрашивает пакости, тем больше подзадоривает его.

Впрочем, для Валентины Ивановны ее недоброжелатель вовсе не был таинственным. Она была убеждена, что настенная роспись - дело рук Николая Васильевича Маслова, официально числившегося директором муниципальной "Видеобиблиотеки". Ей, кстати, говорили, что один раз милицейский наряд "застукал" Николая Васильевича с баллончиком краски возле одной из гадких надписей. Но тот сказал, что, напротив, замазывает ее, и был отпущен.

Отношения у Валентины Ивановны и Николая Васильевича были прескверные давно. Последний считал, что с ним поступают неправильно, зар-плату не платят и пытаются сжить со света. В Валентине Ивановне он видел идеолога травли. Маслов был убежден, что Семинихина культуру не любила и не понимала. С такими, по его мнению, церемониться не стоило. Тем более, после того как она инициировала процедуру закрытия "Видеобиблиотеки".

У Валентины Ивановны была своя правда. Почему это коммерческое предприятие, не приносящее городу ни копейки, должно быть муниципальным? Кассеты, хранившиеся в "Видеобиблиотеке", были только для частного просмотра, а их выдавали в прокат - это уже нарушение авторских прав. Провести же ревизию директор "Видеобиблиотеки" не разрешал. Однажды милиция во время рейда изъяла здесь кассету с порнографическим фильмом, было следствие, но милиционеры - то ли из-за случившегося некстати ремонта, то ли из-за кадровой чехарды - не успели оформить все должным образом к сроку, и суд дело к рассмотрению не принял.

Тогда Валентина Ивановна решила положить конец беспорядку. Если Николай Васильевич хочет абсолютной свободы, то пусть оставит себе свою коллекцию, но муниципальное учреждение культуры под названием "Видеобиблиотека" должно прекратить существование. Возможно, это было не самое мудрое решение, однако, пожалуй, в той ситуации логичное.

Узнав об этом, Николай Васильевич мобилизовался. Для начала он стал писать жалобы в различные инстанции и в газеты. Выглядело убедительно. Ведь что делает власть - закрывает учреждение культуры. Это никак не хорошо. Остальное - детали, а вдаваться в подробности не у каждого хватит сил, желания и времени.

Опытные сутяжники, конечно, знают о существовании хорошего закона об обращениях граждан. В свое время его приняло Законодательное собрание области. Теперь каждый представитель исполнительной власти обязан ответить любому жителю области письменно на его запрос, если тот имеет под собой хоть какой-то смысл и подписан. Николай Васильевич отправил не меньше десятка воззваний мэру, его заместителям и самой Валентине Ивановне.

Это весьма интересные документы. С одной стороны, в них - искреннее беспокойство за видеоколлекцию, которую он, киноман со стажем, начал собирать задолго до того как на ее основе возникла муниципальная "Видеобиблиотека". Но была и обратная сторона. Николай Васильевич боролся с таким усердием и даже яростью, будто это и не производственный конфликт вовсе, а война на уничтожение. В своих посланиях в инстанции он подозревал Валентину Ивановну не только во всех бедах местной культуры, но и в частых ремонтах ее кабинета, наличии "черной кассы", непрофессионализме, подлоге и даже сексуальных домогательствах.

В одном из обращений мэру Николай Васильевич открывал своему адресату глаза на личность Валентины Ивановны: " : высшее образование получено ею заочно, что не тождественно очному обучению, тем более, что, обучаясь заочно, она не работала в учреждении культуры, а была воспитателем в общежитии, куда ее устроил любовник". "Говорят, - доверительно продолжал Николай Васильевич, - что подвал общежития во время работы Семинихиной был борделем, где любой желающий мог пользоваться Семинихиной как общественным туалетом".

Не у всякого человека хватит фантазии представить такую сцену.

В другом письме мэру Николай Васильевич утверждал, что Валентина Ивановна "недвусмысленно предлагает вступить с ней в интимную связь". На это чопорная чиновница, дама отнюдь не легкомысленного возраста, просто фыркает: "Да он пиджачок свой серый годами не снимает:"

Многие пассажи из этого и других посланий Валентина Ивановна комментировать в письменном виде, разумеется, не будет. Но все свои дипломы и характеристики она уже собрала: закон дает чиновнику лишь месяц на ответ гражданину:

Почему-то Валентине Ивановне кажется, что именно Николай Васильевич мог додуматься писать ее имя на стенах домов. После того как количество надписей стало приближаться к двум десяткам, Валентина Ивановна пришла на прием к одному из руководителей городской милиции. Тот ее внимательно выслушал и посоветовал женщине не беспокоиться. "Этот человек уже попадал в сферу нашего внимания. Но дело с надписями непростое", - резюмировал он. Оказывается, чтобы доказать причастность к хулиганству конкретного человека, нужно его, как минимум, сфотографировать в момент совершения подлости. Возможно, милиция занялась бы фотоохотой, но в городе, к сожалению, происходит слишком много других злодеяний. Валентина Ивановна все это поняла без лишних слов. Даже наняла частного детектива, чтобы тот проследил за Николаем Васильевичем. Неделя такой слежки стоила немалых денег. А Николай Васильевич в это время ничего, кроме жалоб, не писал. "Неужели милиционеры что-то предприняли?" - тихо радовалась Валентина Ивановна.

Радость была недолгой. Однажды ей пришло письмо. Странное и даже, с какой-то точки зрения, смешное. Писал некий молодой человек, признавался в индивидуальных сексуальных пристрастиях. Нравятся-де ему женщины старше его по возрасту, и встретиться он не против.

А спустя месяц на домашний телефон Валентины Ивановны обрушился шквал однотипных телефонных звонков. К ней обращались почему-то "Валя" и спрашивали, не сдает ли она квартиру в центре. В редакции газеты, где было опубликовано объявление, ей помогли найти бланк заявки. Из него следовало, что подала его именно Валентина Ивановна. Но почерк был чужой, хотя снова показался знакомым:

А Маслов все продолжал захаживать в кабинет Семинихиной как ни в чем не бывало. Споры о судьбе "Видеобиблиотеки" иногда звучали странно. Валентина Ивановна хоть и пыталась говорить корректно, бывало, раздражалась. Почему это вдруг Николай Васильевич в деловом разговоре вспоминает сына Валентины Ивановны, да еще в каком-то двусмысленном контексте?

Несмотря на все свое унижение, наша героиня не пишет заявление в милицию. Это, скажем прямо, не лучший пример, который может подать государственный человек остальным гражданам. Будто не верит Валентина Ивановна в возможности органов. У Валентины Ивановны, конечно, есть свои причины поступать так, как она поступила. Ей, к примеру, не хочется, чтобы все эти оскорбления всплыли вновь. Пресса молчать не будет, а есть ведь разные газеты и журналисты.

А дело меж тем идет своим чередом. Недавно в "Видеобиблиотеку" нагрянула милиция. Переодетый сотрудник вновь купил здесь пиратские кассеты, в том числе и с порнографией. Было возбуждено уголовное дело, и теперь милиция считает своим долгом довести его до суда. Как отреагирует на это Николай Васильевич, можно только гадать:

Чиновники сегодня - не самая уважаемая категория граждан. На слуху коррупционные скандалы, на виду - поведение политиков. Государство не всегда достойно ведет себя в отношении своих граждан. Все это правда. Однако если не прибегать к масштабным обобщениям, то описанная нами ситуация менее всего относится к этой теме. Даже производственный конфликт должен иметь свою этику. И данный материал лишь отчасти история одного из таких конфликтов. Чиновники, как ни странно это звучит, тоже люди. И если уж они оказываются иногда беззащитны перед изобретательным хулиганством, то что говорить об остальных?

P.S. Несмотря на то, что эта история происходит на самом деле, имена героев и некоторые детали редакция сочла нужным изменить.

Комментарии
Комментариев пока нет