Новости

Изменение рабочего графика затронуло входящее в группу "Мечел" предприятие "Уральская кузница".

Подозреваемая втерлась в доверие к пенсионеру и забрала деньги, которые мужчина планировал потратить на еду.

Часть ограждения и покрытия крыши были повреждены тающим снегом.

Пока центр функционирует в тестовом режиме.

На 26 февраля запланировано 50 развлекательных мероприятий.

Среди пострадавших – два несовершеннолетних мальчика.

Удар ножом он нанёс в ответ на попадание снежком в лицо.

Открытие автомобильного движения запланировано на 2018 год.

В Пермском крае осудили мужчину, который более полугода избивал несовершеннолетнюю.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Поэт в Озерске больше, чем поэт

19.10.2004
Георгий Кашков еще напишет главную книгу

Виктор РИСКИН
Озерск

Не в Сибирь,  так на Урал
Сам Георгий Георгиевич свои способности в литературе оценивает скромно: дескать, только пытаюсь что-то сказать людям. Но в городе он уже заслужил известность и признание своими довольно откровенными, едкими и занозистыми стихотворными строками. Автор в них присутствует в роли балагура-рассказчика, повествующего весьма свободно, а то и фривольно на заданную, но очень интересную тему. Похоже, автор работает в жанре народного лубка с мотивами твардовского Теркина и филатовского Федота-стрельца. Проскакивают нотки, ассоциирующиеся с губермановскими "гариками", однострочьями Вишневского и рубайями Хайяма.

Георгий Кашков еще напишет главную книгу

Виктор РИСКИН

Озерск

Не в Сибирь, так на Урал

Сам Георгий Георгиевич свои способности в литературе оценивает скромно: дескать, только пытаюсь что-то сказать людям. Но в городе он уже заслужил известность и признание своими довольно откровенными, едкими и занозистыми стихотворными строками. Автор в них присутствует в роли балагура-рассказчика, повествующего весьма свободно, а то и фривольно на заданную, но очень интересную тему. Похоже, автор работает в жанре народного лубка с мотивами твардовского Теркина и филатовского Федота-стрельца. Проскакивают нотки, ассоциирующиеся с губермановскими "гариками", однострочьями Вишневского и рубайями Хайяма. Внешний бытовизм его произведений и легкость слога не исключают серьезного проникновения в проблему.

-- Все, кого вы упомянули, вставьте в этот ряд еще и Иртеньева, большие поэты, - соглашается Кашков, - но я никому не подражаю, не копирую. Наверное, потому, что пишу адресно. Вот, например, своей жене посвятил: "Помнишь, милая, как утро начинали с Камасутра/ И в любой свободный миг/ Мы с тобой в кроватку - прыг:" Или, пардон, говорю правду о нас всех здесь сидящих: "Живот и лысина растут/ А главный орган все слабеет/ И ничего исправить тут/ И лучший доктор не сумеет/ И как уже ни гоношись/ Идет к закату наша жизнь".

Когда беседуешь с творческим человеком, то непременно ищешь корни его творчества. Родители у Георгия были фронтовиками, защитниками Ленинграда, где он сам после войны и родился. В 1949-м отца вызвали в Смольный и сообщили, что партия посылает его на Урал. Кашков-старший отказался, сославшись, что у него только что родился сын. "Не хочешь на Урал, поедешь в Сибирь!" - жестко ответили в обкоме. Так ленинградская семья оказалась в "сороковке". Новорожденного Гошу выкармливали молоком коровы с подворья будущего директора комбината Бориса Броховича.

-- Когда начал писать стихи? - задумался Кашков. - Лет, наверное, в 15. Влюбился и стал изливать свои чувства на бумаге. Но моя возлюбленная высказывала симпатии другому, и переживания, сменившиеся жестоким разочарованием, только подлили масла в поэтический костер. Почему выбор пал на другого? Жили мы бедно, оттого и штанов у меня приличных не было. А мой оппонент щеголял в костюмчике. Я же был вынужден после восьмого класса пойти в техникум, так как там давали неплохую стипендию.

Кому наследие дано:

Угасшее чувство не остудило пробудившуюся страсть к сочинительству. Вскоре у Кашкова накопилось достаточно стихотворений. Автор собрал их в папочку и послал в журнал "Юность". Юному дарованию ответил редактор Андрей Дементьев. Ответил довольно нелицеприятной критикой. От обиды Георгий бросил писать. Но в крови, в душе продолжал бродить поэтический ген, посеянный отнюдь не первой любовью. Его мама Галина Николаевна была известным в городе радиоочеркистом (80 ее материалов прозвучало в городском эфире). А если копнуть глубже, то стихи писал и дед Георгия - Николай Николаевич Образцов. Умел слагать в рифму отец. Но Галина Николаевна пошла дальше всех. В толстом журнале была опубликована ее повесть "Лена", посвященная фронтовым разведчицам. Прототипом главной героини стала сама: в качестве радистки ее дважды забрасывали за линию фронта в тыл врага. Воспоминания печатала "Ленинградская правда". И вот однажды вместе с сыном Галина Николаевна пошла в литобъединение "Синегорье". Там Георгий временно отложил поэтическую лиру и взялся за документальную прозу: написал пару очерков. Один - о своем товарище, кандидате в мастера спорта по боксу. Очерки звучали по радио. Паренька отметили и предложили поступать на журналистику.

-- Но у меня была другая мечта, - делится воспоминаниями Кашков, - я в то время увлекался футболом, работал на 22-м заводе, а играл за сборную города. Хотел стать вратарем, как Лев Яшин. Однако послушался совета и поступил на факультет журналистики. Год проучился, пока не понял, что это не для меня. Короче, отдал себя работе: долгое время был на военной приемке, потом перешел в ОТК на 156-й завод.

От вратаря до капитана

Так, может быть, и получился бы из Кашкова чистой воды технарь, если бы еще в юности судьба не привела его на завод 25. Взяли Георгия не работать, а в воротах стоять, поскольку там существовала сильная футбольная сборная. Одновременно зарождалась и заводская команда КВН. Если в футболе Кашков был вратарем, то здесь, к собственному удивлению, его выбрали капитаном.

-- В первом же сезоне мы стали чемпионами. Моя заслуга, видимо, в том, - предполагает наш собеседник, -что удалось мобилизовать хороших, но разрозненных ребят на результат. А центром притяжения стал сценарий, который написал я. И дальше стал писать для КВНа.

Успех команды, базирующийся на текстах Георгия, помог ему переломить себя и вновь обратиться к поэзии. Стихотворчество стало своеобразной отдушиной, возможностью выговориться в лирическом ключе, поскольку трудовая деятельность нашего героя отнюдь не способствовала самовыражению. Говоря проще, о тонкостях службы Кашков не может, да и не имеет права распространяться. И не только нам, газетчикам, но и близким людям. Его работа скрыта за завесой секретности. В этом, наверное, и смысл известного, слегка видоизмененного постулата: "Поэт в Озерске больше, чем поэт". Невозможность открыто говорить и обсуждать перипетии своей профессии на протяжении десятилетий подвигает человека к иному виду самовыражения. Может быть, поэтому в Озерске больше, чем где-либо, "на душу населения" поэтов, писателей, приверженцев иных жанров культуры. Но Кашков с его оригинальным стилем тут своего рода исключение.

Товарищи по производству ценят в Георгии не столько его чувство слога, ритма и размера, сколько: отзывчивость. Наверное, у половины коллектива есть его стихи, посвященные друзьям по случаю их дней рождений, юбилеев и прочих личных праздников.

Однако есть у него произведения выстраданные. Рождаются они, когда задается вечным вопросом: "Почему у нас не так, как у других народов? Почему чередом идут революции, войны, непонятные перестройки, странные дефолты? Почему мой дед, отец, мать, я и мои дети строили, строили, а созданное нами оказалось в руках кучки хитроватых, жуликоватых, нагловатых личностей?" И тогда рождается такое: "Им бурду бы пить на нарах, они ж коньяк жрут на Канарах!" Или из монолога депутата: "Пить и есть хочу я всласть, потому и рвусь во власть/ Вот займу повыше кресло, буду без проблемы красть/ Ведь уже давным-давно на Руси заведено/ Коль украл муки мешок - тут же попадешь в острог/ Коль украл угля вагон или нефти эшелон - в худшем случае отправят на почетный пенсион/ Ну, а в Думу попадешь, там уже не пропадешь/ Только рот не разевай на кремлевский каравай". В то же время поэту не откажешь в объективности, когда он уточняет, что "Депутатов много честных, неподкупностью известных".

Внутренний удар

Особняком для Кашкова стоит тема войны. Прекрасно помнит, как родители с подчеркнутой торжественностью отмечали День Победы. А свои ощущения он впаял в строчки: "Каждую ночь 45 лет подряд/ Поднимает в атаку своих солдат/ Безногий и безрукий комбат". Из стихов, посвященных матери: "Пуля упала, пуля устала/ С пылью смешалась, мусором стала/ Как ни хотела, не долетела/ не поразила девичье тело/ Ниточку жизни не порвала/ Видно, счастливою мама была". Георгий Георгиевич достаточно пристрастно оценивает свое творчество, признается, что хотел бы достичь той глубины проникновения в поэтический образ, как, например, Роберт Рождественский в его стихотворении о маленьком человеке: "Жил на земле человек маленький:" Мы спорить не стали, лишь отметили, что любое творчество открыто людям, когда автор пишет искренне, сопереживая, не фальшивя и не подыгрывая моде. У Кашкова это очень даже неплохо получается.

-- Иной раз завидую своим коллегам по литобъединению "Синегорье", - признается наш собеседник, - так все быстро у них выходит, такие они плодовитые! Я же так не могу. Мне, чтобы писать, нужен внутренний удар, желание осмыслить происходящее и дать свою оценку. Какое мое самое большое желание? Конечно, написать и издать книгу. О чем она будет? Хотелось бы написать о своем современнике. Еще надо закончить поэму "Озерчане". Все-таки я поэт родного для меня города Озерска:

Комментарии
Комментариев пока нет