Новости

Спортивный объект осмотрел глава Минспорта РФ.

Краснодарский край отметит 80-летие через 200 дней.

Хорошего вечера пожелал президент США участникам предстоящего мероприятия.

Неизвестные злоумышленники вырубили ивы и вязы по адресу: улица Захаренко, 15.

Пассажир отечественного авто погиб на месте.

Через несколько секунд после появления звука ломающихся кирпичей, труба с грохотом рухнула прямо перед подъездом.

Скопившийся мусор загорелся, огонь тушили несколько дней.

Гости высоко оценили качество реализации и масштаб проекта по воссозданию оружейно-кузнечных объектов.

Спортсмены, судьи и тренеры принесли торжественную клятву о честной борьбе.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Пленники озера

25.11.2004
(Окончание.  Начало на 3-й стр.).

Михаил ПИНКУС
Сатка-Челябинск

"Странная" женщина
Первый раз в наших краях Святая Елена появилась восемь лет назад. Пришла на Зюраткуль, прониклась его суровой, простой красотой и осталась.

(Окончание. Начало на 3-й стр.).

Михаил ПИНКУС

Сатка-Челябинск

"Странная" женщина

Первый раз в наших краях Святая Елена появилась восемь лет назад. Пришла на Зюраткуль, прониклась его суровой, простой красотой и осталась. Правда, тогда ее святой не считали. Устроили работать на лодочную станцию, а по совместительству художником-оформителем. Рисовала Елена рекламные плакаты, прославляя красоты национального парка, а в свободное время уходила в тайгу и работала над пейзажами. Исходила Зюраткуль вдоль и поперек, прослыв женщиной "странной". Другими словами, странницей. А когда в Чечне началась война, милиция заинтересовалась проживающей без паспорта и прописки постоялицей, и руководство парка указало ей на дверь. Где пропадала Елена следующие пять лет, работники парка не знают. А только три года назад она вернулась и поселилась на заброшенном кордоне. Дирекция поначалу завозмущалась. Даже о выселении подумывала. А потом поостыла.

Без людей кордон быстро ветшал и разрушался. В народе говорят: душа ушла. А с новой постоялицей подобрался, встряхнулся. Над тайгой взвился дымок. На огонек стали заходить егеря и рыбаки. В безлюдных местах появилось место, где в стужу прохожий может обогреться и выпить стакан горячего чаю. Кому от этого плохо?

Сергей всю свою сознательную жизнь провел на Зюраткуле и с историей Святой Елены знаком не понаслышке. Знают друг друга еще с той поры, когда она была просто Еленой. Поэтому он частенько гостит на кордоне. А в этом году даже прожил там две недели, помогая заготовить дрова на зиму.

Чай без чая

Над возвышающимся на горке срубом еле заметная струйка дыма. "Значит, чаек у них горячий!" - по-таежному радуется наш проводник. Черный от времени дом срублен из толстых сосновых бревен и оказывается намного больше, чем казалось с берега. Строили раньше на совесть. В доме легко можно разместить большую крестьянскую семью или, что гораздо актуальнее сегодня, группу застигнутых непогодой туристов. Этим летом хозяевам Шаровского пришлось принимать на ночлег аж 19 человек. Не оставлять же людей в ливень под открытым небом.

Про гостеприимство Святой Елены ходят легенды. На кордон может прийти любой "проходимец" и жить месяцами. Не так давно Елена выходила жителя Миасса, который ушел в тайгу от запоя. Жил на кордоне полгода, поправил здоровье и вернулся в город. Другой парнишка - из разряда путешественников - ушел из дома и гостил у отшельников, пока его не разыскал отец.

Приют здесь оказывают даже не по закону тайги, а по прихоти Елены, уверенной, что все люди - заблудшие странники. И ведет их Господь по одному ему известному пути. А потому сетовать на судьбу - значит, выказывать неуважение Создателю. У самой Елены к 49 годам за спиной длинный "послужной" (от слова "служение") список, который вместе с ней пришлось разделить и ее семье. По словам сыновей (хозяйки дома не оказалось - ушла относить писанные на заказ иконы), сколько себя помнят, переезжали из города в город. Мать постигала искусство иконописи по работам старых мастеров. Кочевала по стране. Довелось сыновьям пожить в Москве, Киеве, Казани, практически во всех древних городах, хранящих шедевры русской иконописной школы.

Поскитались по свету. Всякого повидали. Вот только учиться не получалось. У здоровых смекалистых парней за спиной три класса начальной школы. О геометрии слыхом не слыхивали. Красоты литературы постигали по древнеславянским книжным памятникам. У матери целая коллекция старых церковных книг - псалтыри, сборники церковного песнопения. По-старославянски парни читают бегло. Читать на кордоне больше все равно нечего. Да и мать следит, чтобы сыновья молитву отправлять не забывали.

Разговариваем за чашечкой ярко-красного свежезаваренного чая. Вместо заварки зюраткульские отшельники используют брусничник, чагу, смородиновый лист, розовую родиолу и бог знает что еще. С дымком получается вкусно, однако недостаток заварки все же ощущается. На обед у мужиков - вареный горох. Ваньку, с удовольствием налегающего на выставленное к чаю варенье из дикой малины, братья поругивают: "Пореже мечи, для гороха место оставь!" Однако на блаженного, слабоумного паренька окрики братьев производят не большее впечатление, чем потрескивание дров в камине. Да и братья не особо усердствуют.

-- Чего с него взять? Они с матерью оба "отмеченные", голоса слышат. В своем "виртуальном" мире живут, - сообщает за чаем Андрей, объясняя на современный лад природу семейной странности.

Мастеровой Андрей, которому в этой жизни довелось поработать на зернотоке, попасти колхозных телят и послесарить на заводе, решает насущную семейную проблему - пытается в кустарных таежных условиях изготовить арбалет. Деревянный приклад почти готов. Осталось из тракторной рессоры "лучную" часть соорудить. Да наконечники для стрел в кузне выковать. Мяса в лесном рационе сильно не хватает. А с ружьем - целая проблема. Пока в Ижевске жили, можно было за бесценок купить, а как без документов? Егеря вряд ли одобрят. Арбалет дешев и сердит. Особенно, если на мелкого зверя идти. Выращивают на кордоне все что растет. От хрена, редьки и брюквы до картошки, капусты, огурцов, свеклы и лука. С хлебом напряженка. Напекли на обед пресных лепешек из бездрожжевого теста. Муку завозить приходится. Хлеборобством отродясь не занимались. Навыка нет, да и пахать нечем. Правда, пригнали в прошлом году из Бакала старенький мотоцикл "Урал". Стоит на приколе, как крейсер "Аврора". Ездить-то по бездорожью некуда, а как мотоплуг в хозяйстве может сгодиться - дури-то в нем много. Наш проводник Сергей гасит улыбку и хмыкает, а мужики заводятся - погоди, сам увидишь, как на следующий год пахать будем.

Картинный промысел

Две из трех комнат в срубе отведены под мастерские. Одна - Елены - сплошь уставлена иконами и картинами. Живопись, на первый взгляд, какая-то лубочная - вычурная, простецкая, на манер митьковского андеграунда. А в комнате, куда свет проникает только сквозь закрытые полиэтиленом окна, от ярких красок и "светлых ликов" уютно, как-то спокойно и светло.

Первое, на чем останавливается глаз, большая, еще не законченная картина, написанная на холсте. Все остальные, как и положено иконам, - на деревянных досках. Эту картину Святая Елена, по словам сыновей, пишет уже не первый год. Пишет "Врата рая", найденные ею на Зюраткуле во время скитаний. Об этих вратах в заповеднике говорят много разного. Считают их магическим местом. Но при этом всякий, кто бы о них ни рассказывал, называет свое собственное. Самая расхожая история о ровной площадке между двух скал высоко в горах с чем-то вроде перекладины между ними, откуда открывается удивительный вид на округу. Такой, что на закате дух захватывает. А перед глазами - дорога из красных солнечных лучей в небо уходит. Ступай, и прямая дорога в рай! Так оно, наверное, и есть. А только на картине Елены совсем другой сюжет. Расступается перед солнцем озеро. На берегу сказочная жар-птица, а чуть поодаль контуром намечены фигуры Богоматери и младенца.

-- Это не Дева Мария. Это мать себя и Ванюшку рисует. Они там вдвоем были, - рассказывает о картине Петр.

В мастерской он чувствует себя хозяином, поскольку большую часть досуга тоже проводит за рисованием и резьбой. В соседней мастерской начатая скульптура девушки из цельного ствола дерева. Здесь вместе с картинами матери выставлены и его.

-- Это у нас семейное, - показывает Петр портрет рыжеволосой красавицы с увитой змеями головой. Такой ему представляется медуза Горгона. - От матери передалось. И Андрей рисует, когда один остается.

В одиночку на кордоне остаются не часто. Только Елене в первый год после возвращения самой зимовать пришлось. Сыновья весной приехали. Да Андрей как-то раз две недели "дичал". Питался чем Бог пошлет, пока мать за продуктами в Бакал ездила. И ничего - выжил. Вообще историй о божьем промысле, помогающем семье Юриных, братья могут рассказать много. Особенно напугал мать Ванька. Ушел однажды в тайгу и пропал на четверо суток. Где только не искали. А он погулял и вернулся.

Говорит, под елочками ночевал. Зачем по тайге бродил и, главное, как дорогу назад нашел, неизвестно. Видать, бережет Бог блаженных.

Елена отвечает верой. Под ее кистью даже портрет семейного старосты, деда Назара Антиповича, вернувшегося с войны слепым, больше похож на икону. Столько в лице седого старца с завязанными белой тряпицей глазами светлого понимания и спокойствия. Такими видит людей Елена. Такими и люди видят ее.

Покидаем кордон со смешанным чувством жалости и уважения. За три года святая отшельница, живущая в таежной глуши со своими сыновьями, уже стала чем-то вроде визитной карточки Зюраткуля. В плохую погоду, когда туристов нельзя вывести на маршрут, их ведут к Елене и показывают, как таежную диковинку. Не исключено, что скоро экзотические туры для поклонников сверхъ-естественного организуют. Чем не бизнес? Парни стать достоянием национального парка совсем не прочь. Глядишь, и жизнь побогаче пойдет. А мать привычная - любым гостям рада.

Комментарии
Комментариев пока нет