Новости

Если тенденция сохранится, руководство пересмотрит программу неполной занятости.

В местах компактного проживания возводятся жилые дома, детсады, школы и центры.

День защитника Отечества артиллеристы отметят салютом в Екатеринбурге.

Сейчас проходят смотры, соревнования и выставка «Мужчина–Воин–Охотник в различных этносах».

Приборы для замера выбросов могут появиться при въезде в столицу Южного Урала.

Мэр: «Гости должны запомнить курорт чистым и благоустроенным».

Ребенка с тяжелым переломом стопы экстренно госпитализировали на карете "скорой помощи".

Пугающую статистику приводит Пермьстат.

В регионе малый бизнес все активнее выходит на международные рынки.

Четыре тысячи билетов продано на южноуральский этап Кубка мира по фристайлу.

Loading...

Loading...




Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Каир слезам не верит

11.03.2005
Челябинскому журналисту удалось сделать уникальные снимки в самой охраняемой  тюрьме Египта

Наша газета не раз уже писала о судьбе челябинца, гражданина России Александра Лавриченко, оказавшегося в секретном блоке арабской тюрьмы для иностранцев "Аль Канатор Хария". После последней нашей публикации "Мне в России бояться нечего..." ("ЧР" от 28.

Челябинскому журналисту удалось сделать уникальные снимки в самой охраняемой тюрьме Египта

Наша газета не раз уже писала о судьбе челябинца, гражданина России Александра Лавриченко, оказавшегося в секретном блоке арабской тюрьмы для иностранцев "Аль Канатор Хария". После последней нашей публикации "Мне в России бояться нечего..." ("ЧР" от 28.10.2004), где мы познакомили читателей с материалами внутренней дипломатической переписки, ставящими под сомнение виновность нашего земляка, ситуация несколько изменилась.

В этом году к проблеме Александра Лавриченко подключилось Российское телевидение. Съемочная группа программы "Вести" РТР приехала в Челябинск. Вместе с мамой Александра Лавриченко Галиной Николаевной побывали на приеме в Администрации Президента России, МИДе и Минюсте. А главное, посетили Каир, где сумели впервые за годы заключения негласно сфотографировать Александра в центральной тюрьме Египта. В конце марта спецрепортаж о трагедии челябинца Александра Лавриченко будет показан в воскресном итоговом выпуске "Вести за неделю".

Подробнее об этом - в материале журналиста Филичкина.

Каир

Столица Египта - одно из самых густонаселенных мест в мире. На территории так называемого "Большого Каира" проживает четвертая часть всех египтян, это почти 20 миллионов человек. В некоторых районах города плотность населения достигает рекордного показателя в 120 тысяч человек на квадратный километр. Все это, естественно, сочетается с катастрофической бедностью. Отсюда - экстремистские настроения. Здесь поголовно поддерживают палестинскую интифаду и иракских партизан. Практически не скрываются духовные лидеры формально запрещенной в Египте организации "Братья-мусульмане" Халеда Исламбули. Жутковатую картину завершает чрезвычайное положение, действующее в Арабской Республике Египет более четырнадцати лет. Сразу же после убийства президента Египта Анвара Садата в стране приостановлено действие Конституции, свернуты гражданские права. Агенты госбезопасности контролируют все происходящее в столице. Особый контроль, естественно, осуществляется за иностранцами, чье поведение хоть в чем-то выходит за стереотипные рамки поведения типичного туриста.

В Каир Галина Николаевна Лавриченко везла из Челябинска неподъемные сумки с продуктами. Из писем она точно знала, что Александр в тюрьме голодает. Вечно занятые неотложными делами дипломаты из каирского консульства посещают его нерегулярно и крайне редко. Месяцами он не имеет возможности хоть как-нибудь внести разнообразие в свой тюремный рацион. Египет - бедная стана, большая часть населения здесь не знает, что такое мясо. По словам наших дипломатов, сотрудник полиции или госбезопасности получает ежемесячное жалованье в 40 египетских фунтов (немногим более шести долларов). Вот почему на египетских курортах наши земляки чувствуют себя поистине богатыми людьми:

Подступы к тюрьме

РТР откомандировало в Каир военного журналиста Олега Сафиулаева, побывавшего на четырех войнах. В Сербии его брали в заложники и даже раз пять инсценировали его расстрел, добиваясь признания, что он шпион. Мы с ним понимали друг друга с полуслова. При первом "разведывательном" выходе в "Аль Канатор Хария" мы определили, что тюрьма тщательно охраняется. В радиусе как минимум двух километров люди в штатском, солдаты и полицейские жестко пресекают любую попытку видео- и фотосъемок. Седой господин? похожий на престарелого Шона Коннери, чуть не разбил объектив казенной фотокамеры, когда Олег, изображая из себя туриста, решил поснимать на память дешевые кофейни поблизости от тюрьмы. На хорошем английском языке он потребовал, чтобы мы убирались отсюда вон. Нашей же целью было сделать снимки в самой цитадели.

Внутри

В тюрьму первый раз мы проходили на общих основаниях. Рано утром выстроившись в очередь местных жителей. Три рубежа тщательного поверхностного досмотра. Один рубеж контроля с рентгеновской установкой и металлоискателем. Галине Николаевне запрещают передачу сыну всех консервов с надписью на русском языке. Наши телефоны и камеры изымаются, и по требованию охраны мы отдаем их на сохранение торговцу из продовольственной лавки у входа в тюрьму. Несомненно, осведомителю госбезопасности. Охрана работает не за страх, а на совесть. Прощупываются швы нашей одежды, пересчитываются все деньги. Все подозрительные и непонятные предметы показываются людям в штатском. Не теряя времени, пробую передать охране скромный "бакшиш", но все попытки "подкупа" отвергаются. Запоминаю охранников. Привычно прикидываю их "психотипы". Пробую установить доверительные отношения, разговорить.

Галина Николаевна близка к эмоциональному шоку. Сына не видела более пяти лет. И, возможно, допускала, что не увидит больше никогда. Всех прошедших контроль загоняют в каменный бетонный барак, похожий на общественную баню прошлых лет. Местные бурно жестикулируют, громко говорят на различных диалектах, тут же пьют чай. Женщины в нарядах шахидок сидят прямо на бетонном полу. Грязные босоногие дети шумно играют:

В особо охраняемый блок к Александру мы попадаем последними. Сетчатый вольер во внутреннем дворике спецблока. С нескольких точек за нами наблюдают охранники и люди в штатском. От безысходности стараемся приучить египтян к себе. Разговариваем с ними. Демонстрируем открытость и искреннее почтение. Стремимся установить психологический контакт на будущее. И это срабатывает. К нам привыкли.

Момент истины

И вот последний день нашей командировки. И последний шанс сделать фотографии. Мы приходим в тюрьму ближе к концу рабочего дня. Начальство уже разошлось по домам. До ворот тюрьмы нас сопровождает российский дипломат, хорошо говорящий на местном диалекте. Демонстративно сдаю охране видеокамеру и мобильный телефон. Но у меня есть еще фотоаппарат. Для него я загодя приготовил хитроумный тайник, о котором говорить подробнее не буду даже сейчас. Пока охрана читает "фирман" на арабском языке, замечаю перемены в ее поведении. Они уже знают, что у нас много денег. Они не против небольшой добавки к своей мизерной зарплате. Отвлекая внимание охранниц от Галины Николаевны, провожу с ними сеанс "сверхщедрости" :

Александр выходит в вольер. На нем синяя, больничного вида пижама на голое тело. Это - "всесезонная одежда" арестанта. Зрелище встречи сына и матери очень тяжелое. Оба плачут. Очевидно, пять лет далекой неволи дают о себе знать. Полная изоляция. Во-первых, потому что нет ни радио, ни телевизора, ни газет. Во-вторых, в египетской тюрьме для иностранцев Александр чужой для всех. Заключенные собираются в землячества, а он - один из России. За эти годы стал понимать английский и арабский, но поговорить по душам не с кем. Питание - хуже некуда. О мясе можно лишь мечтать, основная еда - непонятная кашица, на вид напоминающая клейстер. Помыться как следует просто невозможно: вместо душа здесь кран с холодной водой. Побриться удается раз в месяц. В камере Александра 24 заключенных. Спят на полу, головами к стене, ноги вытянуть невозможно, чтобы не упереться в соседа. Многие заключенные "подрабатывают". Александр рисует маленькие миниатюры вроде открыток. Еще плетет шариковые ручки из бисера. Это можно продать охранникам. Выручка - копейки, но можно заработать на лепешку. Я тактично отхожу в сторону, когда мать с сыном начинают разговаривать. Смогут ли они свидеться еще когда-нибудь?

В какой-то момент, спрятавшись за висящим на сетке листком с непонятным объявлением, я незаметно достаю фотокамеру и делаю сразу не менее двадцати кадров. Тут же получаю годовую норму адреналина. Ясно, что если бы меня заметили, то разговор был бы очень коротким и кто знает, не оказался ли я бы вмиг соседом Александра по камере:

Зачем?

Никогда не забуду взглядов дипломата и ожидавших нас в гостинице московских журналистов, увидевших фотографии, сделанные только что на одном из самых охраняемых объектов Египта. Задание руководства РТР выполнено. В подготовке спецрепортажа поставлена последняя завершающая точка. Скоро весь мир узнает о трагедии челябинской семьи Лавриченко. Возможно, мировое общественное мнение на этот раз подтолкнет руководство России к более активным действиям по вызволению "египетского узника" из спецблока египетской тюрьмы для иностранцев "Аль Канатор Хария". Собственно, для этого все и делалось.

Его оставили медленно умирать?

Челябинца Александра Лавриченко, задержанного 7 ноября 2000 года в порту города Александрия, агенты спецслужб обвинили в перевозке четырех килограммов кокаина из перуанских портов Салаверси и Каллао в Египет. Правосудие над нашим земляком в губернаторстве Александрия осуществлял суд госбезопасности, отдаленно напоминающий наш военный трибунал тридцатых годов прошлого века. Все судебное заседание велось на арабском языке и длилось не более двух часов. На основании заявлений четырех старших офицеров уголовного розыска александрийской полиции, ссылок на показания засекреченного осведомителя и пространную оперативную информацию, якобы полученную спецслужбами еще "с моря", 25-летний челябинец был приговорен к пожизненному заключению и крупному денежному штрафу. Только весной 2001 года родители Александра, челябинские пенсионеры, абсолютно ничего не знавшие до того о судьбе сына, получили официальное извещение от российского консула в Египте. Они узнали, что высший гуманизм египетских властей и вся деятельность российских дипломатов проявились в том, что Александра, виновного в "самом тяжелом преступлении против народа Египта", не повесили, как того требуют суровые местные законы, а отправили медленно умирать, наверное, в самое страшное место на планете - арабскую каторжную тюрьму. Челябинский адвокат Александра Лавриченко до сегодняшнего дня лишен возможности даже ознакомиться с материалами египетского уголовного дела N 596/2000. Мать Александра Галина Николаевна, уставшая за пять лет неопределенности от неприкрытой лжи и отписок работников российского внешнеполитического ведомства, чиновников Генпрокуратуры и Министерства юстиции, твердо убеждена, что родное государство предало и ее, и ее сына.

В приемной Министерства иностранных дел России представительный дипломат говорил нам: "Вот вы тут пишете о провокации спецслужб, а надо писать иначе. О нарушении египетским судом норм международного права:" В Министерстве юстиции доброжелательно расположенные к нам женщины долго выясняли, сколько раз и кто обращался в их ведомство. Кто конкретно был автором ответов. Порекомендовали через областное управление судебных приставов добиваться от аналогичных федеральных структур выдачи Александра на Родину. "Грамотнее" всего сработали чиновники в приемной Администрации президента. Запретив видеосъемку, они забрали наши документы, отказавшись, однако, принимать приложенные к ним газеты "Челябинский рабочий" с публикациями об Александре. "Президент и так читает все газеты", - заявил нам безликий вышколенный клерк из окошечка.

Комментарии
Комментариев пока нет