Новости

Дипломат скончался накануне своего 65-летия.

74-летнего пермяка подозревают в совращении школьницы.

31-летний Вадим Магамуров погиб в минувший четверг, 16 февраля.

Местный житель вступал с детьми в интимную переписку, после чего завлекал школьников к себе домой.

Переговоры Министерства строительства Пермского края с потенциальным инвестором замершего проекта прошли накануне.

По данным Минобороны, еще двое военнослужащих получили ранения.

Местный житель заметил пожар в доме у соседей и поспешил на помощь.

Уральские мужчины придерживаются творческого подхода в решении мобильных вопросов.

Есть и «зеленый подарок»: область выделила средства на завершение строительства очистных сооружений.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Воспитание элит от Андрея Ильницкого

07.04.2005

Сергей БЛИНОВСКИХ
Челябинск

Приезд в Челябинскую область заместителя директора образовательно-просветительских программ "Открытой России" Андрея ИЛЬНИЦКОГО почти совпал с "революционными" для региона муниципальными выборами. Старые элиты уходят - на смену им идут молодые и энергичные. Так прокомментировали итоги выборов местные эксперты.
Андрей ИЛЬНИЦКИЙ - один из немногих людей в современной России, для которых воспитание новой политической элиты и профессия, и часть мировоззрения одновременно. Он уверен, что уже в самое ближайшее время на Южном Урале начнет работу, вероятно, самый амбициозный из его проектов - школа публичной политики.

Сергей БЛИНОВСКИХ

Челябинск

Приезд в Челябинскую область заместителя директора образовательно-просветительских программ "Открытой России" Андрея ИЛЬНИЦКОГО почти совпал с "революционными" для региона муниципальными выборами. Старые элиты уходят - на смену им идут молодые и энергичные. Так прокомментировали итоги выборов местные эксперты.

Андрей ИЛЬНИЦКИЙ - один из немногих людей в современной России, для которых воспитание новой политической элиты и профессия, и часть мировоззрения одновременно. Он уверен, что уже в самое ближайшее время на Южном Урале начнет работу, вероятно, самый амбициозный из его проектов - школа публичной политики. Журналиста "Челябинского рабочего" Андрей ИЛЬНИЦКИЙ попытался убедить в том, что начинания фонда, финансируемого лично Михаилом Ходорковским, крайне востребованы в "путинской" России.

-- Андрей Михайлович, зачем все это? У нас в народе политиков и так, мягко говоря, не слишком привечают.

-- Потому что политический класс у нас существует как бы сам для себя. Но это же недоразумение какое-то. Он должен работать на общество, а его профессиональный и нравственный уровень соответствовать ожиданиям граждан, неравнодушных к судьбе страны. Идея создания школы публичной политики сводится к тому, что общество, не способное обеспечить публичность политики, обречено на полную зависимость от воли высокопоставленных бюрократов.

-- В регионах от вас не шарахаются при упоминании фамилии Ходорковского?

-- Есть настороженность. Наверное, это нормально. Фамилия руководителя проекта и название компании ЮКОС не вселяют в людей оптимизма. Но мы никогда не заходим в регион через заднюю дверь. Объясняем элитам, кто мы и с чем идем. После этого подозрения, что мы продвигаем какую-то идеологию или лоббируем чей-то интерес, как правило, отпадают.

Да, случалось, что руководители региона отказывались с нами встречаться. Это неприятно, поскольку присутствие в школе представителей власти крайне значимо. Но мы никогда не спрашиваем разрешения у властей, мы предлагаем им партнерство. И рано или поздно они принимают наше предложение.

У первых лиц вашей области мы встретили полное понимание наших устремлений. И теперь у меня нет сомнения в том, что школа публичной политики будет открыта в Челябинской области в течение 2005 года.

-- Специфика региона отразится на тематике школы?

- Безусловно. У вас очень живой регион и продвинутые элиты. Да, здесь нет столь жесткого перманентного противостояния в публичном поле, как в соседнем Екатеринбурге. Ваша область - более толерантный в политическом плане регион. Но и здесь есть с кем работать.

-- На такой вывод вас натолкнуло общение с первыми лицами области?

-- Я был очень признателен первому вице-губернатору Андрею Николаевичу Косилову, когда услышал от него заказ на конкурентность как желательную тему будущих семинаров. За время нашего общения он говорил о своем видении конкурентности местных элит, региона на фоне других субъектов Федерации, об успешности власти в глазах общества. Меня радует, что руководство области задает столь интересные вопросы. Это признак сильной власти.

-- Кстати, качество региональных школ зависит от их географического положения?

-- Самым парадоксальным образом. Наиболее слабые школы в Подмосковье. Москва выедает повестку дня и кадры. И чем дальше от столицы, тем интереснее. Для себя я объясняю эту тенденцию историческими предпосылками. Вспомните, где в прошлые века оседали самые активные, независимые люди? На окраинах империи - там, где не приходилось рассчитывать на опеку со стороны государства. Молись и работай! Таким был жизненный принцип этих людей.

Кроме того, успешность наших школ часто совпадает с успешностью региона. Возьмите карту инвестиционной привлекательности страны, и вы поймете, в каких ее субъектах живут наши самые продвинутые слушатели.

-- На кого рассчитана ваша программа?

-- Это, конечно, не школа юного политика. Мы работаем с людьми состоявшимися. Средний возраст - 35 лет. Самая сложная и интересная для нас аудитория - это представители бизнеса. Они составляют до 30 процентов групп в каждом регионе. Мы считаем, что бизнес - это основной ресурс для ротации политического класса. Сегодня в отечественной политике чувствуется катастрофический дефицит людей с проектным уровнем мышления, способных брать на себя ответственность. Конечно, работать с ними трудно. Очень сложно убедить людей, у которых каждый день расписан по минутам, что им нужно потратить пару дней на обсуждение, казалось бы, таких абстрактных тем как гражданское общество. Но это и самая плодотворная аудитория.

Следующие по важности категории - законодательная и исполнительная власть, затем - СМИ и представители некоммерческих объединений.

Принцип формирования групп един для всех регионов - наличие рекомендации плюс конкурсный отбор. В ближайшее время в Челябинской области будет сформирован наблюдательный совет региональной школы публичной политики. Уже можно назвать имя ее будущего куратора. Это Андрей Валентинович Некипелов, исполнительный директор регионального отделения СПС.

-- Зачем учиться публичной политике? Есть политтехнологии, которые помогают войти во власть и удержаться в ней. Разве этого мало?

-- Увы, но уровень образованности политического класса в стране низок. Это в равной степени относится к политикам всех идеологических спектров. К управлению обществом допускаются люди без элементарного политического образования. Мы пытаемся заполнить собой эту лакуну. К сожалению, конкуренции не встречаем.

-- Академию госслужбы в расчет вы не принимаете?

-- Она, скорее, готовит чиновников. Хотя в последнее время у нас и появился тренд на то, что политик должен быть тождествен чиновнику. Но надеюсь, что это только тенденция, а не свершившийся факт.

Во всех европейских странах есть институты, работающие на повышение эффективности политического класса. В Германии, на опыт которой сегодня модно ссылаться, государство финансирует общественные фонды, готовящие кадры для партий.

Пусть это прозвучит нескромно, но реализуемый "Открытой Россией" проект школы публичной политики - единственный отечественный проект столь высокого уровня. Как по качеству экспертов, так и по уровню поддержки элит на федеральном уровне.

У нас читают лекции глава креативного совета "Родины" Михаил Делягин, руководитель "Либеральной миссии" Евгений Ясин, политологи - от Марка Урнова и Георгия Сатарова до Георгия Маркова и Александра Ципко. Спектр очень широкий. Это самые образованные люди современной России.

-- Павловского не пробовали экспертом пригласить?

-- Пробовали. И сделали для себя вывод, что единственной лакуной в экспертном сообществе, которое мы с особыми усилиями пытаемся собрать вокруг школы публичной политики, являются представители федеральной власти.

Мы даже писали письма Грызлову, Суркову и Павловскому с просьбой предоставить экспертов, отстаивающих позицию власти на площадках школы. Ответа не получили.

К сожалению, публичность у представителей федеральных властей и руководства "Единой России" сегодня не в чести. И это очень опасно.

Потому что если власть не будет разговаривать с обществом, не будет публично отстаивать свою позицию, то получит очередную монетизацию льгот.

-- Но есть и примеры успешных преобразований в экономике в условиях жесткого политического режима. Например, чилийские реформы.

-- А вы знаете, что автор пенсионной реформы в Чили Хосе Пинейро три года еженедельно выступал по телевидению с разъяснениями смысла готовящихся преобразований. И это при тоталитарном ресурсе правительства Пиночета! Власть сочла необходимым поработать с обществом, прежде чем начинать шоковые реформы.

-- Так, может быть, гражданское общество не для нас? И у России - некий свой, особенный путь?

-- Устойчивость любого сообщества - это на самом деле устойчивость треугольника "власть - бизнес - общество". Но власть всегда будет захватывать пустоты, которые ей оставляет общество, и наезжать на бизнес. Он же всегда будет строить бензоколонки на детских площадках и минимизировать собственные издержки. Обществу в этом раскладе неизменно отводится роль аутсайдера. И эту ситуацию нужно как-то исправлять. Программа школы публичной политики призвана способствовать росту институтов гражданского общества.

Кому это надо? Власти. Иначе через некоторое время за лампочки в подъезде у нас будет отвечать Путин. Бизнесу. Хотя бы для того, чтобы не повторилась ситуация, когда 70 процентов сограждан приветствуют весть о преследовании лучшего бизнесмена страны и еще кричат вслед: "Ату его!"

Мировая тенденция говорит о том, что время сообществ, выстроенных по иерархическому принципу, уходит в прошлое. На смену им и в бизнесе, и в общественной жизни идут горизонтальные структуры как более устойчивые и успешные.

Европа становится Европой регионов. Принятие все большего числа решений, определяющих жизнь простых людей, происходит там на уровне региональной или местной власти. И если мы хотим сохраниться как единое государство, нам не уйти никуда от этой тенденции. Наш шанс - в создании экономических и политических кластеров на уровне регионов. Именно местный патриотизм может служить основой для возрождения и объединения страны. Только давайте не путать размытую любовь к родине с чувством ответственности за место, где ты живешь. "Это моя земля, я тут хозяин, я за нее отвечаю!" Если в политику пойдут люди, исповедующие такую систему взглядов, у нас есть шанс обустроить Россию.

-- А нет ощущения, что все ваши усилия по воспитанию в России демократии и гражданского общества оказываются, мягко говоря, напрасны. Вот уже и губернаторов назначают, на очереди - отмена выборов глав мегаполисов...

-- Конечно, есть тенденция на построение пресловутой "вертикали власти", на унификацию общественного устройства и схлопывание публичной политики. Но есть и тенденция, суть которой в движении по направлению к гражданскому обществу.

Мне кажется, в Кремле понимают, что в отсутствие независимых партий и неких публичных площадок, где можно обсуждать самые больные для общества темы, люди просто выйдут на улицу. И это будет страшно, потому что украинский вариант у нас не пройдет. Я убежден в этом абсолютно.

В этом смысле востребованность проектов "Открытой России" колоссальная. В том числе, со стороны власти. Просто надо отдавать себе отчет в том, что в России не может быть быстрых решений. Есть системные и довольно эффективные решения, но они имеют поколенческий масштаб. Мы идем по этому пути.

-- А не проще ли тогда просто профинансировать пару-тройку демократических партий на базе СПС или "Яблока"?

-- А что дальше? Нужно, как зерна, проращивать своих сторонников. Создавать в регионах среду из людей активных, неравнодушных, поддерживать и обучать их. И не так уж важно, откуда они: справа, слева или из политического центра.

-- И денег хватит?

-- Знаете, слава богу, есть один "сумасшедший", ныне несправедливо гонимый предприниматель. Только на программу школы публичной политики Михаил Ходорковский выделяет 6,3 миллиона долларов ежегодно. Я подчеркиваю: ни финансово, ни организационно фонд не зависит от компании ЮКОС. Это личные средства Михаила Борисовича. Увы, но никто более - и один человек, структура и тем более государство - не тратит сегодня такие средства на образовательные проекты. Конечно, эта работа не гарантирует скорой отдачи.

-- А вы уверены в успехе?

-- Знаете, проект "Демократия в России", как и свободу слова и собраний, еще никто не отменял. Случится такое... Ну что ж! Кто-то уедет, кто-то построится и пойдет туда, куда ему прикажут. Я еще помню, как это было. Жить можно. Только скучно.

Комментарии
Комментариев пока нет