Новости

Скопившийся мусор загорелся, огонь тушили несколько дней.

Гости высоко оценили качество реализации и масштаб проекта по воссозданию оружейно-кузнечных объектов.

Спортсмены, судьи и тренеры принесли торжественную клятву о честной борьбе.

Стайка поселилась в пойме Тесьминского водохранилища.

10-летняя девочка находилась в квартире у незнакомой женщины.

Показы коллекции осень-зима 2017/2018 стартовали в столице мировой моды 23 февраля.

Смертельное ДТП произошло на автодороге Чайковский – Воткинск.

Благодаря снимку космонавта Олега Новицкого.

Устроили «ледовое побоище».

Став «президентами», много чего пообещали.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Сатира, стоившая жизни

07.12.2000
Предчувствие преждевременной смерти не обмануло молодого миасского журналиста и писателя Олега Зуева

Валерий ЕРЕМИН
Миасс

"Бытовуха" или...
В октябре Олегу Зуеву, автору нескольких книг сатирической прозы, бывшему редактору многотиражки "Строитель Миасса", исполнился бы 41 год. Его убили после новогоднего вечера, причем на теле несчастного судмедэксперт насчитал 34 раны, нанесенные ножом, вилкой и неизвестным колющим предметом.

Предчувствие преждевременной смерти не обмануло молодого миасского журналиста и писателя Олега Зуева

Валерий ЕРЕМИН

Миасс

"Бытовуха" или...

В октябре Олегу Зуеву, автору нескольких книг сатирической прозы, бывшему редактору многотиражки "Строитель Миасса", исполнился бы 41 год. Его убили после новогоднего вечера, причем на теле несчастного судмедэксперт насчитал 34 раны, нанесенные ножом, вилкой и неизвестным колющим предметом. Морозным январским днем прошлого года проститься с Олегом пришло немало народа. Почти все были потрясены и ошеломлены гибелью известного в городе литератора: его интеллигентность и сдержанность никак не увязывались с пьяной ссорой, называвшейся в качестве причины убийства.

В последний год жизни Олег Зуев выпускал газету "Ветеран", оппозиционную по отношению к городской власти. Газета во многом выражала интересы сторонников Валерия Боля, тогдашнего директора ООО "Миасский комбинат хлебопродуктов", выступавшего за отзыв мэра Михаила Жмаева с занимаемой должности.

-- Никаких улик, свидетельствующих о заказном характере преступления, - говорит рассматривавшая это уголовное дело судья Ирина Емельянченко, - следствие не представило. И в процессе ничто не подтвердило эту версию, отброшенную еще на первом этапе расследования как несостоятельную.

Дело пришло в суд довольно "сырым", - продолжает судья, - с обвинительным заключением, вызывавшим вопросы. Серьезным препятствием к объективному разбирательству явилось наличие двух заключений судебно-психиатрических экспертиз обвиняемого. Первая, проведенная амбулаторным методом, признала его невменяемым. Вторая, с помещением его в стационар, пришла к противоположному выводу. К тому же подсудимый не признавал свою вину, говорил, что у него не было причины убивать Зуева, что ввиду сильного опьянения плохо помнит все, что происходило в тот вечер.

...Праздничное застолье началось в 18 часов. В девятом вечера одним из последних покинул комбинат главный инженер. Охранникам он сказал, что в административном здании остались еще двое, перебравшие лишнего и уснувшие. В двенадцатом ночи оттуда вышел слесарь А. В куртке не по росту, с двумя пакетами в руках. Требовал доставить себя домой, не то, говорил, еще что-нибудь натворит. После его ухода охранники, обходя здание, в одном из кабинетов обнаружили "корреспондента" в луже крови. Сообщили об этом директору, находившемуся дома. Тот немедленно выехал на поиски А. и на автобусной остановке, применив газовый пистолет, задержал подозреваемого.

Свидетели рассказали, что в начале вечера Олег веселился, шутил, забавы ради отжимался на одной руке. Потом заметно охмелел, и его перенесли спать в кабинет исполнительного директора. А вот слесарь А., который пришел на вечер незваным и уже изрядно выпившим, много пил, вел себя, по словам отмечавших праздник, вызывающе: приставал к женщинам, придирался к мужчинам. "Прицепился" и к Олегу, хватал его за одежду, тряс, выкрикивал угрозы.

Я не называю фамилию осужденного, учитывая, что ни следователя, ни судью он не пытался ввести в заблуждение. Говорил, как помнил: напился "до чертиков" и вследствие этого не отдавал отчета в том, что делал. Припомнил момент, когда находился рядом с окровавленным Зуевым, а вокруг никого не было. Оделся в его одежду машинально, без умысла на кражу, сгреб в пакеты без разбора все, что нашел в кабинетах. Этого человека отчасти даже жаль. Он служил в составе ограниченного контингента в Афганистане, имеет награды. На войне был контужен. По словам сожительницы, алкоголем спасался от постоянных и сильных головных болей.

Сбывшееся пророчество

Недавно миасские журналисты поминали коллег. На кладбище долго стояли возле могилы Олега Зуева. Отметили, с какой любовью придуман мраморный памятник в виде креста и раскрытой книги. Он как бы символизирует духовное единство родственников с покойным, столь редкое ныне на наших погостах.

Я взялся за эту статью не только для того, чтобы донести до всех знавших Олега "судебную версию" трагедии. Хочется просто вспомнить этого замечательного человека. Олег окончил филфак Челябинского госуниверситета. Работал в газетах "Строитель Миасса" и "Миасский рабочий". Много лет плодотворно занимался литературным творчеством. У него было особое "чутье" на пороки и недостатки человеческой натуры, в том числе порожденные идеологией советского режима. Над "маленьким человеком", "стукнутым" Системой, посмеивался добродушно и сочувственно. Может, оттого, что и в себе ощущал двойственность. Хотел жить по совести, но в поисках временных заработков после закрытия газеты "Строитель Миасса" по своей доверчивости нередко попадал в нежелательные переплеты. Участвуя как журналист в политических кампаниях исключительно ради хлеба насущного, хорошо видел их "изнанку", глубоко и скрытно страдал, угадывая в иных "соратниках" персонажи своих сатирических вещей. Об этом мы говорили с его матерью, Таисией Сергеевной, которую я навестил. Она сказала, что многое, написанное им, до сих пор не увидело свет. В том числе стихи. Они поражают, с одной стороны, искренней верой в Бога, с другой - пророчеством собственной гибели.

"Оставлен, покинут, ограблен, забыт. Меня словно нету, я словно убит..." n

Комментарии
Комментариев пока нет