Новости

23-летний парень не хотел расставаться с иномаркой, которую пришли арестовывать за долги.

ДТП случилось вечером 4 декабря на четвертом километре автодороги Новые Ляды-Троица около поворота на деревню Куликовка.

Вместе с квартирой на Ялтинской пермячка "унаследовала" и долги бывших владельцев.

Таким образом, 76-летняя пенсионерка оплатила «налог» за обещанную денежную компенсацию.

Судебные приставы согласны вернуть хозяйке «Мерседес» только в обмен на оплату долгов.

В Москве боксер-профессионал Денис Лебедев госпитализирован с тяжелыми травмами.

По версии следствия, мужчина задушил приятельницу после того, как она отказалась дать ему денег на бутылку.

ММК возглавил рейтинг энергоэффективных компаний Челябинской области.

Йохан Гроуен: «Мы рады иметь такого организатора, как Россия».

Loading...

Loading...




Свежий номер
newspaper
Заслужил ли глава "Почты России" премию в 95 млн рублей?






Результаты опроса

Роль шута получается только после бессонных ночей

15.09.2005
Алексей Мартынов на полпути к вершине

У Алексея Мартынова интересные внешние данные, хотя красавцем в привычном понимании этого слова его не назовешь. Главное - он обладает бесспорным сценическим обаянием, органично существует в самых различных режиссерских построениях. У него завидное чувство партнера, он никогда "не тянет одеяло на себя", он интеллигентен, умен и ироничен. Это артист большого творческого потенциала, и сейчас он всего лишь на полпути к вершине, которая, мне кажется, у него впереди. Главное, чтобы ему и дальше везло и режиссеры "видели" его в своих спектаклях.

Алексей Мартынов на полпути к вершине

У Алексея Мартынова интересные внешние данные, хотя красавцем в привычном понимании этого слова его не назовешь. Главное - он обладает бесспорным сценическим обаянием, органично существует в самых различных режиссерских построениях. У него завидное чувство партнера, он никогда "не тянет одеяло на себя", он интеллигентен, умен и ироничен. Это артист большого творческого потенциала, и сейчас он всего лишь на полпути к вершине, которая, мне кажется, у него впереди. Главное, чтобы ему и дальше везло и режиссеры "видели" его в своих спектаклях.

Алексей из Саратова, там же закончил театральное училище. До поступления в училище год проучился на историческом факультете Саратовского университета, мечтал стать археологом. Но годы занятий в экспериментальном театре-студии при консерватории взяли свое, и он все же решил стать артистом.

Когда выпускался, у него были приглашения в столичный театр у Никитских ворот к Розовскому, сниматься в кино, но в силу разных причин этого не случилось. Тогда на периферии Алексей знал три театра, о которых много писали, говорили, - в Новосибирске, Омске, Челябинске. Имя Наума Юрьевича Орлова было широко известно в театральных кругах. Да и жена Алексея уже здесь работала. Мартынов приехал, прошел собеседование, от спектаклей был в полном восторге. Ему прислали вызов, и он стал челябинцем, ни на секунду не задумываясь.

-- Вы учились на режиссерском факультете института культуры на курсе Орлова, но спектаклей не ставите, как это делают другие его ученики, почему?

-- Наум Юрьевич сам предложил мне поступить к нему на курс. Но какого-то алчного, тщеславного желания стать режиссером у меня не было: поэкспериментировать, поставить и написать на афише свое имя. Мне было просто бесконечно интересно то, что Наум Юрьевич говорил неформального, непротокольного о театре. Диплом я не защитил, хотя попытка была. Но приехал режиссер Аркадий Фридрихович Кац, и я получил роль Глумова. Я сказал Орлову: у меня же диплом, нужно делать спектакль. На что Наум Юрьевич ответил: выпуск бывает каждый год, а Кац - не каждый. Кац, я считаю, - это легенда русского театра, он открыл для него Вампилова, воспитал множество актеров, с ним поработать, пообщаться было очень интересно и полезно для меня как артиста и человека. На следующий год история повторилась: Кац вновь приехал, и я опять получил большую роль. Тогда я плюнул и решил, что все, что я хотел получить от занятий режиссурой, я получил и что диплом, в конце концов, для меня не так уж важен.

-- Что чувствуешь, когда получаешь главную роль?

-- В принципе, каждый актер перед распределением примеряет на себя, что он может сыграть. И когда распределение уже висит, назначение на роль никогда восторга не вызывает, даже если до этого было предположение, что именно я ее получу. Ведь за этим стоит напряженная работа - с автором, зачастую с незнакомым режиссером, партнерами. Даже на уровне текста: мое восприятие - это одно, а то, как пьеса будет решаться режиссером, - совершенно другое. В восторгах я всегда очень осторожен. "Ох, наконец-то мне Гамлета дали, я как выйду, как сыграю - все обомрут". Такого никогда не было. Назначение на роль, особенно главную, - это прежде всего ответственность. Я всегда сразу думаю, как я это буду играть, что смогу принести на сцену своего. И в жизни я тоже осторожно отношусь ко всему, что вокруг меня происходит, потому что знаю, чем это чревато, в разговорах участвую тогда, когда меня занимает тема. Тем более что есть вещи, по поводу которых я не вступаю в диалог ни с кем. Вообще-то я пытаюсь ко всему относиться с иронией, в том числе к себе. Ирония заложена, воспитана во мне с детства, может быть, бабушкой. Она меня спасает в жизненных ситуациях, за ней я скрываю свои чувства, потому что если бы я серьезно ко всему относился, то не выжил бы.

-- Часто артисты в интервью декларируют: театр - это моя жизнь. Но ведь жизнь - это не только работа.

-- Когда спрашивают, что для вас театр, на этот вопрос нормальный человек практически ответить не может. Если бы мне не нравилось, я бы, наверное, в театре не работал, нашел что-то другое. Если я вижу, зачем артист выходит на сцену или режиссер ставит спектакль, то этот вопрос не возникает. Когда у артиста спрашивают: "как спектакль прошел, хорошо?", отвечать надо: "прошел, и хорошо".

Есть люди, которые любой разговор в конечном итоге сводят к театру. Вспоминают о людях, которых знали, ролях, которые играли, своих учителях, обсуждают спектакли других театров, актерские и режиссерские работы - всегда только об этом. Я не могу себя к ним отнести, круг этот разрываю, нахожу для себя какие-то отдушины, могу поехать на дачу, посадить там дерево, разметить, где построю баню, мне интересно заниматься машинами, поменять машину, поехать на малую родину на этом автомобиле. Конечно, все равно это заканчивается подходом к новой работе, новой роли с позиций опыта, накопленного вне театра. Мы с Наумом Юрьвичем очень много говорили об этом. Я часто провожал его до дома, от него было невозможно оторваться. Я говорил: вот вы вышли из театра, прошли через переход и - дома. Вы же не видите, что делается вокруг, в троллейбусе ни разу не сидели сколько лет. Он отвечал: "Пойдем, я тебе покажу. Вот проходим мимо городской администрации, через дорогу банк, следом еще один театр, потом переход, в нем бабушка нищая сидит, мужчина преклонных лет играет на аккордеоне мелодии старых песен, смеется группка молодежи с пивом и сигаретами. Я вижу все за этот короткий промежуток". Вот в чем дело. Ему этого круга хватало, чтобы начать новую работу. Это он меня научил не смотреть вокруг, а видеть.

-- Еще Михаил Чехов, да и не только, говорил, что артист никогда не будет культурным на сцене, если не будет культурным, образованным человеком. Вы к новому спектаклю готовитесь теоретически?

-- Если это требует исторической точности, узнать, например, с кем и как общался Людовик ХIV, то это необходимо сделать, а если это будет только мешать в работе, я думаю, что этим заниматься не надо. Диана Пуатье по истории была очень нехорошей женщиной, а автор, скажем, ее возносит, романтизирует ее отношения с Людовиком, зачем в этом случае мое знание истины? Или мы ставим какую-нибудь сербскую комедию. Это не значит, что я должен прийти и сказать: вы знаете, сербы едят левой рукой. Надо быть внутренне готовым к работе, желать ее, и тогда, если это надо, ноги сами пойдут в библиотеку, можно, впрочем, залезть и в Интернет. Когда я работал над ролью Кинга, я не ходил на парикмахерские курсы, хотя режиссер хотел меня направить. Играть ради того, чтобы показать, что я умею профессионально стричь, - зачем?

-- В работе над ролью шута в спектакле "Король забавляется" помогла ли ваша ирония?

-- Наверное, нет. Были и депрессии, и эмоциональные срывы. Я могу представить, как эту роль мог бы сыграть тот же Михаил Чехов. Но крайнюю напряженность душевной жизни, доходящей до сумасшествия, эмоцию в чистом виде сейчас выдать очень тяжело. Мы стали более рациональными, закрытыми. Здесь на тщательно продуманных, интересно придуманных внешних приспособлениях не "проскочишь". Если внутри ничего нет, то твое пребывание на сцене будет похоже на кривляние. К тому, чтобы сказать в финале: "я убил свое дитя" и упасть замертво, надо прийти постепенно в течение большого отрезка сценического времени. Это до какой степени надо себя вогнать в эту ситуацию! Перед "Королем" я могу не спать ночь до того и после, и даже близким друзьям трудно вытащить из меня какую-то эмоцию, чтобы я улыбнулся или посочувствовал кому-то. Но все равно хорошо, что я через это прошел, что в моей жизни это было.

Татьяна ЖИЛЯКОВА

Комментарии
Комментариев пока нет