Новости

Бабушки и дедушки создают анимационные открытки.

Пожар в заведении "Юнона" произошел в воскресенье в полдень.

52-летний водитель припарковал старенькую "Тойоту" на горке.

Из-за инцидента движение  в сторону проспекта Энгельса оказалось частично заблокировано.

По данным Пермьстата, обороты заведений общепита резко просели.

Добычей безработного пермяка стали 5800 рублей.

23-летний Анатолий вышел из дома 10 февраля и больше его никто не видел.

В Арбитражный суд Пермского края обратилась компания "Росстройсервис".

В ближайшие сутки на территории края ожидаются снегопады и метели.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Твари и чудаки "Реального театра"

22.09.2005
Екатеринбургский фестиваль  как зеркало театральной России

...В предпоследний вечер VIII всероссийского фестиваля "Реальный театр" был сыгран, на мой взгляд, его главный спектакль. Чеховский "Вишневый сад" Омской драмы (лучшая актерская труппа провинциальной России) в постановке Евгения Марчелли.

Екатеринбургский фестиваль как зеркало театральной России

...В предпоследний вечер VIII всероссийского фестиваля "Реальный театр" был сыгран, на мой взгляд, его главный спектакль. Чеховский "Вишневый сад" Омской драмы (лучшая актерская труппа провинциальной России) в постановке Евгения Марчелли. В последнее время стало общим местом театральных рецензий называть "Вишневый сад" "усталой пьесой", отдохнуть бы, мол, ей, отдохнуть от новых интерпретаций. И действительно, даже в гениальной постановке Эймунтаса Някрошюса (ее видели челябинцы), даже в недавнем мхатовском "Вишневом саде" с дивой и ньюсмейкершей Ренатой Литвиновой в роли Раневской (режиссура Адольфа Шапиро) чувствовалась эта усталость материала. А у Марчелли спектакль свежий, живой, стремительный (хотя, как написано у Чехова, идет в четырех актах с тремя антрактами), с ломкими интонациями молодой Раневской (Ирина Герасимова), небанальными Гаевым (Валерий Алексеев), Лопахиным (Михаил Окунев), Симеоновым-Пищиком (Моисей Василиади)... На почти пустой сцене - большой экран, куда в первых трех актах проецируется разнообразное видео (самый модный ход современной сценографии). В начале четвертого действия Лопахин, новый русский столетней давности, выпроваживая из купленного им имения бывших его хозяев Раневскую и Гаева, без особой любезности напоминает им: "Господа, имейте в виду... через двадцать минут на станцию ехать. Поторапливайтесь". И здесь происходит вот что: экран превращается в табло (как на спортивном матче), безжалостно отсчитывающее минуты и секунды. Как последние мгновения жизни. Не будет ни одной знаменитой мхатовской паузы, но в этом стремительном прощальном ритме успеют сыграть все, так что вместе с четырьмя нулями на табло придут полное эмоциональное опустошение и эстетический восторг.

Тема времени уходящего, меняющегося и меняющего нас, как кажется, вообще была главной темой "Реального театра" номер восемь. Быть может, потому, что это фестиваль с прошлым, с биографией, как оказалось, старейший российский театральный фестиваль, ему шестнадцать лет, есть что вспомнить, о чем забыть. Фестиваль авторский, его директор Олег Лоевский бродит по всей театральной России и, как Диоген с фонарем, ищет спектакли для своего фестиваля. Диоген, как известно, искал человеков, а находил все больше свиные черепа. Лоевскому везет больше (везение - результат огромных усилий и редкого профессионализма), и в кучах театрального шлака он находит истинные жемчужные зерна (полудрагоценные и даже просто поделочные камни тоже попадаются). Недаром на нынешнем "Реальном театре" чуть ли не в полном составе присутствовал экспертный совет национальной премии и фестиваля "Золотая маска", екатеринбургский фестиваль давно считают ее провинциальным этапом, хотя спектакли из двух столиц сюда тоже приезжают. Но открытий ждут от глубинной России. Каждый фестиваль Лоевский заводит песню, что нынешний "Реальный театр" последний. В это давно никто не верит, считают эти страшилки личным пиаром Олега, но все же возможность прощания, конца, исхода, как в том самом четвертом акте "Вишневого сада" Марчелли, придает всем фестивальным впечатлениям некоторый драматизм. Вот некоторые из этих впечатлений.

(Окончание на 5-й стр.)

Комментарии
Комментариев пока нет