Новости

Еще двум школьницам, за которыми охотился извращенец, удалось убежать.

Собрание депутатов выберет его из кандидатов, представленных конкурсной комиссией, и тот возглавит местную администрацию.

Обвиняемый, согласно материалам дела, по фиктивным договорам продал имущество фирмы и забрал деньги.

Владельцы пытаются продать аттракционы в горсаду имени Пушкина.

40-летнего Александра не могут найти с 3 марта.

ДТП произошло на перекрестке Свердловского проспекта и улицы Курчатова.

Как сообщает ТАСС, в ночь на 24 марта было совершено нападение на воинскую часть в станице Наурской.

Запись из окна соседнего здания распространило информационное агентство NewsFront.

Новый выпуск ПАО «ЧТПЗ» вызвал широкий интерес со стороны всех групп инвесторов: банков, физических лиц,управляющих и инвестиционных компаний.

По предварительной информации, в квартире взорвался телевизор.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Кто загрязняет воздух в Челябинске?






Результаты опроса

Остров Хомякова

08.06.2006
Нашего главного органиста мы теперь будем любить на расстоянии

Айвар ВАЛЕЕВ
Челябинск
Владимир Хомяков - человек и музыкант, без которого трудно представить историю челябинского органа. Для многих это просто синонимы, даже единая сущность. И вот теперь все будет иначе. Музыкант уезжает из Челябинска. Новое место жительства и работы Владимира Хомякова - Калининград.

Нашего главного органиста мы теперь будем любить на расстоянии

Айвар ВАЛЕЕВ

Челябинск

Владимир Хомяков - человек и музыкант, без которого трудно представить историю челябинского органа. Для многих это просто синонимы, даже единая сущность. И вот теперь все будет иначе. Музыкант уезжает из Челябинска. Новое место жительства и работы Владимира Хомякова - Калининград. В сентябре там после реконструкции открывается старинный кафедральный собор, в котором в эти дни начинается монтаж самого большого органа в России. А Владимир Хомяков будет его штатным органистом и мастером.

Нам, конечно, можно посочувствовать. Мы поймем, что теряем, не сразу, но непременно. Стоит ли надевать траур? Конечно, веселого мало. Челябинску трудно нарастить культурный жирок: сколько талантливых людей уехало и еще уедет! Впрочем, не будем пессимистами. Это естественно, что в жизни происходят изменения. Поэтому этим материалом лучше напомним, что приобретает славный российский Калининград, он же старинный европейский Кенигсберг.

Этим можно заниматься всю жизнь

Предложение из Калининграда поступило Владимиру за год до юбилея челябинского органа. В 2007-м будет 20 лет, как у нас появился инструмент немецкой фирмы "Ойле". Когда Челябинск стал миллионником, он удостоился чести иметь свой орган. Он получился не просто удачным - качественно и с любовью сделанным. Для него в городе нашелся идеальный зал. Хомяков вспоминает, как немецкие мастера, производившие интонировку, подчас блаженно замирали, внимая звуку, выпущенному из мощных органных труб и медленно затухающему где-то под куполом: Это была настоящая удача. В то время, да и сейчас, пожалуй, нигде на просторах Советского Союза не было такого инструмента. За исключением, может, органа в Домском соборе Риги.

-- Иногда иностранные музыканты называют наш орган поэтичным, другие говорят, что это - как "Мерседес", настолько комфортно на нем играть, - говорит Владимир. - Почему еще это важно? Есть мнение, что орган - лучший учитель для органиста. Привыкнув к тембрам, которые здесь почти совершенны, я приезжаю в другое место и невольно пытаюсь подражать этому инструменту. И все отмечают: "Ой, как ты мягко, необычно регистрируешь". А потому что у меня в ушах идеал. Просто стараюсь к нему приблизиться и тем заставляю другие инструменты звучать необычно:

К такому состоянию внутренней музыкантской убежденности приходят долго и далеко не все. Кто-то даже склонен говорить о судьбе. Ее следы Хомяков то и дело находит, хоть и не увлекается подобными обобщениями. После консерватории, как всякий порядочный выпускник вуза, Владимир пошел в армию. Новобранцев посадили в поезд, и только по приезде на место они узнали, что попали в Челябинскую область. Полтора года Хомяков играл в Чебаркуле, в гарнизонном оркестре, на альте и большом барабане. А под конец службы получил письмо от своего консерваторского педагога: "В Челябинске собираются устанавливать орган, разузнай". Место органиста оказалось свободным. После "дембеля" Владимир учился на органного мастера и внимал Гунару Далманису, знаменитому органисту Домского собора в Риге.

-- Мощный и увлеченный человек, Гунар Далманис открыл мне такой мир, что я понял: этим можно заниматься всю жизнь, и не надоест, - вспоминает Владимир.

"Новое органное движение"

11 апреля 1987 года Хомяков вышел на работу. Для него первые годы прошли в каком-то нереальном ощущении полного счастья: "Я занимаюсь любимым делом, а мне за это еще и деньги платят". Деньги - это 90 рублей в месяц. Такое мальчишество продолжалось довольно долго. В первые годы нашего органа в Челябинске побывали практически все концертирующие органисты страны. А вот жена Ольга и маленький Володя мужа и папу просто потеряли:

Из профессионального общения вскоре получилось то, что потом назвали "Новое органное движение". Первый фестиваль с таким названием (а потом еще два из восьми проведенных) случился в Челябинске в марте 1992 года. Наш город стал центром какого-то очень важного культурного бурления. Дух вольности в стране породил не только последующие безобразия, но и романтический порыв молодых музыкантов. Теперь это Имена - Даниэль Зарецкий, Вячеслав Муртазин, Алексей Шмитов, Алексей Панов, Людмила Камелина, Александр Титов, Юрий Крячко, Анастасия Сидельникова, Виктор Ряхин и многие другие.

В их деятельности было не простое желание ровесников общаться. Когда железный занавес пал и советские органисты стали выезжать на западные фестивали, выяснилось, что при всех технических навыках они не понимали сущности органной музыки.

-- Знаменитый наш органист Олег Янченко в 1988 году привез на семинар в Пицунду немецкого органиста и педагога Лео Кремера, - вспоминает Владимир Хомяков. - И тот рассказал о современном взгляде на исполнение музыки Баха. Это был шок, народ выпал в осадок. Я это знаю, увы, по рассказам. У меня уже был в кармане билет на самолет, а здесь случилась какая-то партконференция. Мне строго сказали, что я должен сыграть для делегатов. В 500-местный зал пришло человек двадцать. Но зато я поехал на следующий мастер-класс в Риге:

А произошло в истории музыки вот что. Органный репертуар в значительной степени составляет музыка эпохи барокко. С ХIХ века ее исполняли в трактовке романтиков, которая утвердилась на долгие годы. Поскольку записей не было и свидетелей, разумеется, не осталось, то это стало данностью. Примерно с середины прошлого века в Европе стали изучать трактаты с описанием старинной техники исполнения. Случилась настоящая революция. Барочная музыка зазвучала по-новому, открывая свою душу. Запоздалое желание научиться "историческому подходу" - вот в чем был смысл "Нового органного движения".

Благодаря этому фестивалю в нашем органном зале священнодействовали такие мэтры европейского органа, как Ги Бове, Людгер Ломанн, Зигмунд Сатмари, Дэвид Сенгер. И еще они учились выговаривать слово "Челябинск".

Клеймо

"Новое органное движение", выполнив важную миссию, постепенно превратилось в обычную музыкантскую дружбу. А для искусства настали тяжелые времена. Кто-то уехал на запад. Кто-то, как Олег Янченко, увы, ушел в мир иной.

К органу тем временем в Челябинске привыкли. Появились постоянные слушатели - человек 10-15 на миллионный город. Артисту Челябинской филармонии В.В. Хомякову дали звание заслуженного. Занятия, концертная сетка, оклад, задержки зарплаты, попытки улучшить жилищные условия, начальственная чехарда. Наверное, это нормально, да?

-- Работа в провинциальной филармонии - это такое клеймо, - говорит Владимир. - Люди, кто быстрее, кто медленнее, изнашиваются. Опускаются профессионально. Выступая по красным уголкам, овощным базам и школам, зарабатывают "палки", чтобы закрыть зарплату. Особенно это касается пианистов, скрипачей, вокалистов. 99 процентов музыкантов в конце концов просто не узнать, какую бы они консерваторию ни закончили. Примеров таких сколько угодно.

Мы привычно рассматриваем людей искусства как неких не от мира сего чудиков. А между тем они - такие же люди, как и все. Лишь есть внутри какой-то неистребимый, по счастью, зуд. И богатейший золотой запас мирового культурного наследия, куда можно окунуться даже для того, чтобы забыть о бытовой тине. И о том, что в зале сидят единицы, которые способны услышать твои открытия, плод многолетнего ученичества, интуиции, опыта и таланта. С этим надо как-то мириться.

-- Есть удобная позиция для органиста, - размышляет Хомяков. - Он владеет эксклюзивным инструментом и выступает в роли просветителя. Знакомит людей с музыкой, которая не звучит отовсюду. Он - хранитель какой-то тайны. Есть еще одно сильное успокоение - убежденность, что занимаешься действительно хорошим делом. Исполняя музыку какого-то композитора, ты напрямую общаешься с ним. Идет диалог с очень умным человеком. Играя Баха, я разговариваю с Бахом. В каком-то смысле музыкант может и не играть для публики. Он может играть для себя и чувствовать удовлетворение.

Бах и рок

Владимир говорит, что Бах - это хлеб, главное питательное вещество для органиста. Его музыка неисчерпаема и способна рождать неожиданные наблюдения. Самое интересное из них то, что по духу и даже стилю Бах близок современной музыке, включая джаз и даже рок. Это открытие Хомяков сделал несколько лет назад, когда параллельно своим академическим штудиям занялся импровизацией.

-- В юности я немного увлекался рок-музыкой и джазом. Играя теперь классику, сразу реагируешь, когда встречаешь что-то похожее. Этот знаменитый шагающий бас в джазе - он ведь в барокко сплошь и рядом! Смотря как его сыграть. А играя Баха, я пытаюсь свинговать. И свинг у меня идет почти по-джазовому. Просто кайф ловлю. Утрировать не нужно, чуть-чуть, намеком - и музыка совершенно по-другому звучит. А возьмите "Времена года" Вивальди - там такой драйв! Думаю, в свое время это воспринималось публикой, как сейчас "Раммштайн".

Сейчас трудно представить, а ведь когда-то наш Владимир Викторович играл на главной танцплощадке Феодосии, мучил Ионику в ансамбле с такими же недорослями-школьниками. Народ, говорит, верещал, когда слышал что-то вроде "Иисус Христос - суперзвезда". А в 17 лет, параллельно учебе в Симферопольском музучилище, наш герой работал от Саратовской филармонии в ВИА "Импульс". Ездили на гастроли в Белоруссию, по Крыму, Северному Кавказу и Краснодарскому краю.

-- Вот это безобразие мне очень даже пригождается сейчас, - смеется Хомяков. - Многие академические музыканты не теряли времени, как я, а выгрызали гранит науки. Но теперь их взгляд на музыку узок. Даже если захотят джаз играть, то внутри чего-то нет. Свободы, навыков импровизации, спонтанности:

Шилклопер и Ганновер

До поры до времени органная импровизация для Хомякова была чем-то вроде баловства. Но однажды организатор Архангельского джазового фестиваля и замечательный музыкант Владимир Резицкий почему-то захотел импровизирующего органиста. Ему посоветовали Владимира Хомякова.

-- Пообещали свозить меня на Соловки, и я согласился. Концерт прошел классно. Там я впервые услышал джазового валторниста Аркадия Шилклопера, который меня потряс. Позже я случайно встретился с ним в аэропорту и предложил сыграть вместе.

Эта музыкальная встреча состоялась в конце 1999 года на фестивале "Прощай, ХХ век!" в органном зале Челябинска. В это же время Аркадий Шилклопер уже был звездой современного джаза. Он играл вместе со Стиви Уандером, Лайонелом Хэмптоном, Элвином Джоунсом и другими легендарными музыкантами. Такое "знакомство через одного", безусловно, поднимало и Владимира Хомякова. Но, что еще важнее, у нашего органиста появилась убежденность: то, что он делал интуитивно и едва ли не стыдясь, оказывается, самый актуальный музыкальный тренд. Это не могло не воодушевить.

-- За месяц до конкурса "Джаз на церковном органе" в Ганновере летом 2001-го мы сыграли с Аркадием концерт в Саратове, очень удачный. Я еще не остыл от него, был раззадоренный. А тогда я существовал в двух ипостасях: академический музыкант - это один человек, джазовый - совсем другой. Переходы были долгими. А тут мне попал в руки буклет конкурса. Если бы я не был разогрет тем концертом, я бы просто не попал в Ганновер.

Это тоже, наверное, судьба. На том памятном конкурсе, впервые обозначившем в таком формате тему джаза на органе, музыкант из Челябинска занял первое место. Владимир и сам не ожидал от себя такого. Американка Рода Скотт, признанный авторитет в джазовом мире, сказала ему на торжественном ужине в честь победителя: "У тебя джаз внутри, важно не какие ноты ты играешь, а как ты это делаешь".

-- Конечно, было приятно услышать такой комплимент, - вспоминает Владимир Хомяков. - Но я помню свои ощущения: меня взял ужас! Это был слишком щедрый аванс, который теперь нужно будет подтверждать концертными программами. А у меня всего-то музыки дай бог на полчаса игры.

Коробка пластилина

Ганноверское жюри Хомяков поразил своей "Июльской импровизацией". Теперь это сочинение стало знаменитым, где бы он его ни играл, всюду публика остается в восторге. А ведь это "баловство" в компании челябинских друзей-музыкантов могло быть забыто на следующий же день. Почему-то осталось и стало любимым его произведением.

-- Это в прямом смысле импровизация, и это особая энергетика. Импровизация пробивает любую стену. "Июльская импровизация" - она живая. Иногда дурнеет, иногда хорошеет. То усложняется, а то становится проще. Бывает жутко мрачной и очень светлой. Я могу сыграть ее и за четыре минуты, а могу за пятнадцать. Сознательно не фиксирую ее в нотах. Мне нравится такой материал, который я с собой вожу, как коробку с разноцветным пластилином. Приезжаю, достаю его и начинаю лепить. Сейчас у меня такое настроение - получается так. Потом совсем другое, и музыка другая, хотя название то же. Недавно в Перми у меня чуть ли не истерика случилась прямо на сцене, настолько увлекся этим делом. Слезы на глазах, челюсть трясется. Открылся полностью. Этого вообще-то не надо делать. Как Шаляпин говорил: "Я пою: "Я умираю", публика рыдает, а я думаю: черт, сапоги скрипят:"

Адреналиновая музыка

Владимир Хомяков, исполняя "Июльскую импровизацию", почти всегда оговаривается: "Это не совсем джаз". Действительно, этому феномену теоретики еще придумают какое-то красивое словечко. Екатеринбургский джазовый трубач Сергей Пронь предложил пока называть это условно "новой импровизационной музыкой". Хомяков пригласил Проня сыграть вместе в декабре 2002-го. Это был первый из цикла концертов, вяло обозначенных в афише "Картины музыкального пространства". "Челябинский рабочий", описывая то, что происходило в зале, назвал это "родами музыки". Музыканты, имея на руках двухминутную тезисную запись, нотный протокол о намерениях, пускались в открытое море импровизации. Они по-настоящему рисковали. И адреналин, активизирующий музыкантский опыт, рождал тут же, на глазах слушателей, новую музыку. Потрясающее впечатление чего-то живого, даже физиологического и в то же время возвышенного и умного. Позже в течение сезона к дуэту трубы и органа присоединились саксофон Игоря Паращука и ударные Сергея Захарова. А новая импровизационная музыка перестала быть экспериментом, превратившись в явление:

Культурная витрина России

Так почему же Хомяков уезжает из Челябинска? Наверное, я не имею права говорить обо всем, но этот бодрый конспективный отчет о 19 годах музыканта не совсем полон. Потому что были в них не только успехи и находки. Были разочарования, сомнения, даже затяжные депрессии. По-настоящему творческому человеку необходимо движение вперед. И возраст 46 лет для мужчины рискованный. Некоторые бросают работу, семьи, обзаводятся молодыми женами и маленькими детьми. Ищут внятного подтверждения того, что они живы.

Надо сказать прямо: Челябинск - замечательный город, но он даже при всех благоприятных условиях, которые создает (а часто просто не пытается) среда (начальство), не способен дать крупной личности многого. Это тема отдельного разговора. То, что сейчас предлагает Владимиру Хомякову Калининград, конгениально масштабу этого человека. На самом верху принято решение развивать этот эксклав как европейскую витрину России. Главный культурный его проект - кафедральный собор, построенный в 1333 году на острове Кнайпхоф, известный сейчас как остров Канта - здесь покоится прах великого немецкого философа. В этом кафедральном соборе немецкая фирма "Александр Шуке" строит орган, сыграть на котором почтут за честь многие мировые знаменитости. Когда-то здесь стоял довоенный орган, барочный фасад которого упоминается во многих книгах как пример стиля в органостроении. Этот фасад (правильное название - проспект) будет почти полностью восстановлен, а за ним заживет мощный современный инструмент. Но это не все. Кроме главного органа в соборе появится еще и хоровой орган, меньшего размера. Оба инструмента будут соединены оптоволоконным кабелем. Играя на одном, музыкант сможет использовать возможности второго. Уже сейчас этот органный комплекс сравнивают с органом Домского собора в Риге. В Домском 117 регистров и 6 тысяч труб, в Калининграде будет совокупно 123 регистра и не менее 7 тысяч труб. "Хозяином" этого органа и станет наш Владимир Хомяков.

Окончательно закончить монтаж этого чудо-инструмента планируют за два месяца до новых президентских выборов. А хоровой орган зазвучит уже 1 сентября этого года:

-- Для меня единственно привлекательным местом в Челябинске, обладавшим какой-то волшебной аурой, был этот зал на Алом поле, - признается Владимир Хомяков. - Он удивительно расположен - как бы в центре города, но одновременно спрятан за зеленью. Как будто остров. Моя юность прошла в Крыму, наверное, во мне осталась эта "островная" психология. Безбрежная Сибирь, где по тайге можно полжизни шагать, была бы мне неуютна. Хочется ощущать границу, как стены дома. А Калинин-град ведь тоже в каком-то смысле остров:

P.S. Ровно через неделю Владимир Хомяков даст свой "прощальный" концерт в знак благодарности всем тем, кто эти 19 лет так или иначе поддерживал его. Друзья, коллеги, музыковеды и просто "те слушатели, которые были на моих концертах больше одного раза". Показателен выбор главного произведения - органная месса Баха. Это произведение Хомяков начал учить солдатом в Чебаркуле, закончил спустя 21 год, в марте 2006-го. А в апреле подписал контракт с Калининградом.

Комментарии
Комментариев пока нет