Новости

Пожар в заведении "Юнона" произошел в воскресенье в полдень.

52-летний водитель припарковал старенькую "Тойоту" на горке.

Из-за инцидента движение  в сторону проспекта Энгельса оказалось частично заблокировано.

По данным Пермьстата, обороты заведений общепита резко просели.

Добычей безработного пермяка стали 5800 рублей.

23-летний Анатолий вышел из дома 10 февраля и больше его никто не видел.

В Арбитражный суд Пермского края обратилась компания "Росстройсервис".

В ближайшие сутки на территории края ожидаются снегопады и метели.

В ближайшее время жестокий убийца предстанет перед судом.

Отца двоих детей искали двое суток.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Бюрократический роман

23.06.2006
Как ветеран бодался с Пенсионным фондом

Гром среди ясного неба
14 мая 2004 года приходит письмо на имя моей жены Нафисы Халиловны Казиуллиной. На конверте штамп управления Пенсионного фонда (ПФ). Вскрываем, а там требование N 74 от 29 марта 2004 года об уплате Пенсионному фонду 1747 рублей и 340 рублей пени. Мы в шоке: откуда, как, почему появилась такая задолженность? На следующий день еду в Кунашак в управление ПФ узнавать, в чем дело.
"Ваша жена была предпринимателем и за 2002 год не уплатила страховые взносы", - объясняют мне.

Как ветеран бодался с Пенсионным фондом

Гром среди ясного неба

14 мая 2004 года приходит письмо на имя моей жены Нафисы Халиловны Казиуллиной. На конверте штамп управления Пенсионного фонда (ПФ). Вскрываем, а там требование N 74 от 29 марта 2004 года об уплате Пенсионному фонду 1747 рублей и 340 рублей пени. Мы в шоке: откуда, как, почему появилась такая задолженность? На следующий день еду в Кунашак в управление ПФ узнавать, в чем дело.

"Ваша жена была предпринимателем и за 2002 год не уплатила страховые взносы", - объясняют мне. "Но ей 67 лет, она тяжелобольной человек, уже шесть лет, с 1998 года, ничем заниматься просто не может, - доказываю я, - а вы взносы требуете за 2002 год". "Она стояла на учете как предприниматель до 20 декабря 2002 года. Вот и надо было сразу после прекращения деятельности сниматься с учета в налоговой инспекции", - говорят мне. "Мы не знали о таком порядке, тем более, сотрудница налоговой Л. Бичурина нам советовала не сниматься с учета, а раз в год сдавать нулевые отчеты, - вставляю я свое слово, - что мы и делали четыре года, с 1999 по 2002-й. И пока не обращались в ПФ за назначением дополнительной пенсии".

Тут вступает в разговор начальник отдела ПФ Н. Нургалеев. "Вы не зря не снимались с учета, видимо, имели от этого выгоду", - говорит он. "Какую же выгоду мы могли иметь? - возражаю я. - Мы же не подпольные торговцы паленой водкой или браконьерской рыбой. Мы занимались выращиванием и откормом бычков и реализацией мяса. Это тяжелый труд. А сейчас не только откармливать бычков, но и одну корову содержать становится проблемой, так как возраст и здоровье уже не те".

Закон о ежемесячных страховых взносах в размере 150 рублей, перечисляемых предпринимателями в Пенсионный фонд, вышел 15 декабря 2001 года. А требование его исполнения пришло к нам лишь 14 мая 2004 года. Почему о нас вспомнили лишь два с половиной года спустя после выхода данного закона? - с таким вопросом я обратился к начальнику управления ПФ Т. Гаттарову и юристу С. Багаутдинову.

"Раньше требования были другие, - отвечают они мне. - А потом исполнение положений закона в вашем отношении выгодно для вас же: во-первых, добавится стаж, а во-вторых, увеличится пенсия". "На сколько?", - задаю встречный вопрос. Т. Гаттаров подсчитал и отвечает: "На 13 рублей в месяц".

Да, большая прибавка! Чтобы вернуть уплаченную сумму, надо прожить не менее 13-14 лет. А если человек больной и старый?

Не удовлетворившись подобным ответом, я обратился в Кунашаке в адвокатскую контору. Адвокаты, да и специалисты налоговой инспекции в один голос мне ответили, что ПФ не имеет права требовать с нас уплаты страховых взносов, так как пенсию моей жене добавили только за 1997-1998 годы, когда страховые взносы перечислялись. А за 1999-2002 годы ей начисления на пенсию не производились, в трудовой стаж эти годы не включены. Тем более, мы сами не просили о перерасчете пенсии и по этому поводу никуда не жаловались. После консультаций я успокоился. И зря.

В конце июня 2004 года приходит нам письмо со штампом мирового судьи. В конверте копия от судебного пристава. Оказывается, нас без нашего участия судили и постановили взыскать с Казиуллиной Н.Х. 2087 рублей в пользу Пенсионного фонда и госпошлину в размере 46 рублей 74 копейки. Это был уже второй удар грома.

На другой день еду к мировому судье. Судья принимает мой протест и 12 июня 2004 года отменяет судебный приказ о взыскании страховых взносов.

Но в конце сентября жену вновь вызвали в суд. Так как она серьезно больна, волноваться ей нельзя вообще, едем в Кунашак к нотариусу и оформляем на меня доверенность на право представлять ее в суде, оплатив 136 рублей. 28 сентября приезжаю в Кунашак, начинается суд. Пенсионный фонд представляет юрист С. Багаутдинов. Пробовал я доказать свою правоту, приводя оправдательные факты, но на судью они не действуют. В конце концов сдаюсь, прошу только удерживать задолженность в процентах из пенсии моей жены.

Так и сделали. Написал заявление на имя начальника управления ПФ под диктовку С. Багаутдинова, сняли копию, поставили штамп в моем заявлении. И я прощаюсь с довольным своим "достижением" юристом Пенсионного фонда.

Как же не считать "достижением" его победу над нами, когда удалось отнять у старой больной пенсионерки, получающей пенсию в размере 1100 рублей 64 копеек (кстати, меньше прожиточного минимума), 2183 рубля и пополнить ими казну Пенсионного фонда. Зато у нас - одни расходы: судебные издержки, оформление доверенности, за каждый приезд в райцентр приходилось сжигать бензина на 100 рублей.

Третий раунд

24 апреля 2005 года получаем письмо, где черным по белому было написано: мол, Казиуллина Н.Х. должна Пенсионному фонду 1747 рублей и 642 рубля 80 копеек пени. В случае неисполнения требования с нас-де взыщут указанные суммы в судебном порядке. Это был уже третий удар грома.

Почему подписал такой документ Т. Гаттаров? Он же прекрасно знал, что один раз эту сумму у моей жены уже отсудили. К тому времени у нее из пенсии уже удержали 1747 рублей 44 копейки. Таким образом, задолженность была погашена полностью, а 44 копейки удержаны даже излишне. Оставалось только уплатить 436 рублей так называемой пени.

Опять приезжаю в Кунашак в управление Пенсионного фонда. Захожу в кабинет N 8, показываю требование М. Камалетдиновой. Она посылает меня вниз, к бухгалтеру Р. Мирасовой. Та смотрит в компьютер: действительно, удержаны 1747 рублей 44 копейки. "Почему удержанную сумму превращаете в задолженность? Вы же морально убиваете человека", - говорю ей. "Я ошиблась", - отвечает.

Чтобы в дальнейшем нас не травмировали, прошу оставшиеся 436 рублей 52 копейки удержать с майской пенсии. Захожу к С. Багаутдинову и спрашиваю, когда будет добавлена пенсия. Отвечает: с нового года. Оставляю заявление, чтобы сделали перерасчет в декабре 2005 года.

Но... в январе 2006 года надбавки не было. Приезжаю в феврале узнать, почему. Н. Бадретдинова разъясняет мне, что они собирают заявления за квартал или за полугодие и потом отсылают в область на рассмотрение. Так что придется ждать надбавки где-то ближе к лету. Ладно, думаю, подождем, невелика сумма.

30 марта получаем письмо с предложением прибыть в управление ПФ к 23 марта! В понедельник, 3 апреля, приезжаю в Пенсионный фонд, захожу в кабинет N 1. Н. Бадретдинова говорит, что пришел нулевой ответ на наше заявление, поскольку деньги в Пенсионный не перечислены.

Иду узнавать в восьмой кабинет. Встречает меня знакомая уже М. Камалетдинова. Включает компьютер и выясняет, что деньги перечислены по другому коду. Потому она быстро пишет заявление и просит меня отнести его в налоговую инспекцию. Смотрю в бумагу, а там проставлена сумма в 1598 рублей 12 копеек. Спрашиваю, откуда она взялась? Ведь удержали 1747 рублей плюс 436 рублей пени. Итого должно быть 2183 рубля. Мне отвечают, что пеня сюда не входит. Но все равно тогда должны остаться 1747 рублей.

Захожу к начальнику управления ПФ Т. Гаттарову. Он по очереди вызывает своих сотрудников, однако ни один из них не может дать вразумительного ответа. Не смогли они выяснить, откуда появилась эта цифра (1598 руб.) и куда девалась искомая (1747 руб.). Просидев безрезультатно в кабинете начальника два часа, я засобирался домой. Тут опять подходит ко мне М. Камалетдинова: мол, подождите, не уезжайте, я все выясню, напишу другое заявление, которое вы занесете в налоговую инспекцию. Тут уж я ответил: "Пишите сами, несите сами, а меня больше не мучайте!". С тем и уехал.

А через газету мы с женой заявляем: "Не надо нам этой надбавки. Пусть казна Пенсионного фонда пополняется на эти 13 рублей ежемесячно. Но перестаньте нас морально травмировать!

Юмахужа КАЗИУЛЛИН,

пенсионер, ветеран труда

д. Каинкуль Кунашакского района

Комментарии
Комментариев пока нет