Новости

Дипломат скончался накануне своего 65-летия.

74-летнего пермяка подозревают в совращении школьницы.

31-летний Вадим Магамуров погиб в минувший четверг, 16 февраля.

Местный житель вступал с детьми в интимную переписку, после чего завлекал школьников к себе домой.

Переговоры Министерства строительства Пермского края с потенциальным инвестором замершего проекта прошли накануне.

По данным Минобороны, еще двое военнослужащих получили ранения.

Местный житель заметил пожар в доме у соседей и поспешил на помощь.

Уральские мужчины придерживаются творческого подхода в решении мобильных вопросов.

Есть и «зеленый подарок»: область выделила средства на завершение строительства очистных сооружений.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Вид с острова Мохнатенький

15.08.2006
На озере Увильды строгость запретов смягчается необязательностью их выполнения

Виктор РИСКИН
Увильды

На восточном склоне уральского хребта давным-давно образовался уступ с огромной чашей шириной девять и длиной пятнадцать километров. Этот уступ с трех сторон (севера, востока и юга) выше окружающей его площади на десять-тридцать метров. А с запада - горы, со склонов которых в чашу сливаются вешние воды. Но не любоваться красотами второго по величине (после Байкала) озера Увильды приехали мы сюда с экологом Германом Рябининым.

Напоили Челябинск
Мы с Германом Константиновичем стоим на небольшом островке под названием Мохнатенький, что по соседству с островом Голодай.

На озере Увильды строгость запретов смягчается необязательностью их выполнения

Виктор РИСКИН

Увильды

На восточном склоне уральского хребта давным-давно образовался уступ с огромной чашей шириной девять и длиной пятнадцать километров. Этот уступ с трех сторон (севера, востока и юга) выше окружающей его площади на десять-тридцать метров. А с запада - горы, со склонов которых в чашу сливаются вешние воды. Но не любоваться красотами второго по величине (после Байкала) озера Увильды приехали мы сюда с экологом Германом Рябининым.

Напоили Челябинск

Мы с Германом Константиновичем стоим на небольшом островке под названием Мохнатенький, что по соседству с островом Голодай. С Мохнатенького прекрасно видны все три стороны Увильдов - северная, восточная и южная. Как раз на этих берегах и располагаются базы отдыха различных предприятий и организаций области, числом более сорока, если точнее, то ровно 41.

На Мохнатенький мы с Рябининым поплыли не случайно. Помимо естественной красоты в виде ольхи, березки, липы и вылизанных миллионнолетним прибоем валунов есть и искусственные вкрапления в виде полиэтиленовых пакетов, бутылок, консервных банок и цветастых оберток из-под чипсов и прочей холестериновой жрачки.

-- Да это все ерунда, - морщится Герман Константинович, - не для этого я вас сюда привез: Вы лучше посмотрите на берега, которые отсюда хорошо видны. Вот стоят в воде гнилые березы с обломанными вершинами. Что это значит? В 1975 году, когда из Увильдов качали воду в Аргазинское водохранилище для обмелевших Шершней, чтобы напоить Челябинск, вода отступила от берегов озера от десяти до ста метров. На этих местах за прошедшие тридцать лет наросли деревья. За последние годы уровень зеркала озера поднялся и деревья оказались в водной ловушке. Естественно, все они погибли. Разлагающиеся стволы дают жизнь разным паразитам - ряске, водорослям, инфузориям и прочей заразе. Это одно. Кроме того, берега завалены мусором. У самой кромки воды стоят, особенно летом, а зимой на самом льду автомашины бесчисленных туристов и рыбаков.

Сказать, что ничего не делается по охране Увильдов, нельзя. В прессе появились многочисленные публикации в защиту озера. Одних только постановлений прокуратуры о сносе строений не меньше десятка.

-- Вот недавно появился достаточно строгий документ, вышедший из недр "Уралмаркшейдерии", - говорит Рябинин. - По заданию областного министерства по радиационной и экологической без-опасности эта организация разработала положение "Об особо охраняемой природной территории регионального значения Челябинской области озере Увильды". В нем сконцентрировались все решения федеральных и областных властей.

-- Да это же хорошо, - отреагировал я, отпинывая пустую пачку из-под сока "Добрый".

-- Не очень-то хорошо, - возразил, садясь в лодку, мой спутник, - ведь этим документом буквально все запрещено. Вот почему кыштымский глава Вячеслав Щекочихин не сразу подписал это Положение, хотя до него свои подписи поставили главы Аргаяша и Карабаша? Первым пунктом там стоит запрет на всякую градостроительную деятельность. Тогда возникает вопрос: а как быть с нашим поселком Увильды, где живет несколько сотен человек, в их числе сотрудники санатория "Лесное озеро"? Ведь ему нужно как-то развиваться. Видимо, разработчики Положения вполне жизнедеятельный поселок просто-напросто не учли.

Следующие запреты касались сброса сточных вод, грунта и мусора в озеро, использования моторных лодок, заправки автомобилей и тракторов на берегах, размещения автостоянок, распашки прибрежных земель, промышленного рыболовства и рыбоводства, словом, всех видов деятельности, препятствующих сохранению, восстановлению и воспроизводству природных комплексов озера Увильды. Что можно против этого возразить?

-- Еще как можно, - решительно начал Герман Константинович, - я полностью согласен с запретами на несанкционированные свалки мусора, самовольное строительство коттеджей и на дикий отдых. Но нужен ли запрет на строительство автостоянок? Не лучше ли построить официально разрешенную стоянку, оснастить ее так, чтобы и отдыхающему было комфортно, и природе не нанесен урон (забетонировать, установить специальный кессон и т. д.). Кстати, подобную стоянку хотели построить в свое время на базе "Прибой" ПО "Маяк". Но для этого надо было срубить 12 сосен. Такого разрешения экологи дать не могли: рубка леса на берегах озера запрещена. В итоге машины стоят, а то и моются где попало. Сливы масел и бензин текут в водоем. Вот и подумаешь: стоили ли того и по сей день растущие 12 сосен?

А как у них?

В свое время Герман Константинович побывал в Финляндии. Там увидел, как на специально вырубленной от деревьев и огороженной площади не менее десяти га пасется стадо коров. По мере поедания травы буренки ежедневно смещаются в одну из семи секций этого загона, тогда как остальные секции обильно орошаются поливалками. У нас, как известно, стада пасутся в лесах. За день сплоченные ряды скотины проходят более десяти километров, больше вытаптывая, чем съедая, на своем пути. Расчетливые финны прикинули, что дешевле выделить (а значит, вырубить!) в лесу отдельный участок, нежели отдавать на "разграбление" коровам весь лес. Может, кому-то покажется некорректным сравнение коров с автомобилями, но, на наш взгляд, резон здесь есть.

Селезни в отстойнике

С острова Мохнатенький видны не все озерные проблемы. Поэтому мы с Рябининым переместились на остров Морской, где самые большие глубины до тридцати пяти метров.

-- Рыба ищет, где глубже, - философски заметил Герман Константинович, - а человек, где рыба: Зимой здесь паломничество рыбаков-любителей. Ловят чудского сига и рипуса, запущенных сюда еще в тридцатых годах прошлого века. Сейчас клев стал хуже. Видимо, сократилось поголовье. Кыштымский рыбозавод прежде ежегодно проводил так называемую сиговую компанию. В начале ноября отлавливалось маточное поголовье рипуса и сига. Выдаивалась икра, и вылупившиеся из нее мальки пополняли увильдинское рыбье стадо. Теперь же, как следует из Положения, промышленное рыбоводство и соответственно рыболовство запрещено. Ну и кому это выгодно?

От Морского мы отчалили на берег, где расположен санаторий "Лесное озеро". Остановились как раз около очистных сооружений. По словам моего спутника, впервые строительство очистных началось в 70-е годы по специальному решению облисполкома. До этого санаторий и прилегающие к нему пионерлагеря обходились выгребными ямами.

-- Казалось, - рассуждает Рябинин, глядя на плавающих по тихой глади отстойника диких красавцев-селезней, - прогресс налицо. Вы-гребную яму сменили инженерные сооружения, самые современные и по сию пору. Но что получилось? От выгребной ямы убыток для природы невелик: в ней воды-то до десятка кубометров. А вот в отстойнике (диаметр - семьдесят метров, глубина - до двух) за пару тысяч кубов. Поневоле не самая чистая водичка из него порой идет самотеком в Увильды, так как отстойник находится около берега. Так не лучше ли вывести отстойники за пределы чаши, тем более что это недалеко, каких-то метров двести? Да, придется тянуть коммуникации, да, понадобятся определенные затраты. Но это обернется в любом случае дешевле спасения самого озера в случае ЧП на отстойнике.

Запретами не поможешь

Несанкционированные свалки в пределах Увильдов запрещены, как и: санкционированные. Куда девается мусор? Базы и детские лагеря отдыха по правилам должны везти его за 25 километров на городскую свалку. Но возят ближе: втихую в соседний лесок. Так не лучше ли подобрать место также за водоразделом Увильдов или за краями чаши, что будет ближе, безопаснее и экологичнее? Словом, по-хозяйски.

А может, стоит по-хозяйски обойтись и с самовольными застройщиками? Как бы мы их, самовольщиков, ни костерили, но хоть малая польза озеру от них есть: поневоле они вынуждены содержать свой берег и дно в чистоте. Сносить по прокурорским постановлениям прибрежные замки тоже неразумно. (Да и не будут их ломать. Ни в Подмосковье, ни на Увильдах: откупятся!) Так, может, запретив строго-настрого дальнейшее строительство вилл и коттеджей, обложить действующих замковладельцев такими таксами за пользование водой, берегом, выложенным мрамором и гранитом пирсом, теплицей, баней, чтобы они полностью и даже с лихвой покрывали все затраты на восстановительные береговые работы? Ну а если не захочет платить, то может накопить такие долги, что замок запросто сменит вывеску и владельца. Например, станет пансионатом для престарелых или загородным детским домом. Естественно, согласно решению суда.

Хозяина надо найти и для свободных земельных участков береговой полосы. Сейчас они заняты мигрирующими туристами, после которых остается то, о чем мы уже не раз говорили. Впрочем, участки далеко не "ничейные". У них есть владельцы - лесхозы. Остается обязать их вести свое хозяйство рачительно. Как? Обычными штрафами, какие накладываются на нерадивых владельцев всевозможных баз и лагерей. Таким путем можно создать фонд озера Увильды. Одно ясно - только запретами здесь не поможешь.

Комментарии
Комментариев пока нет