Новости

Праздничные выходные на День защитника Отечества будут аномально теплыми.

С 23 февраля свердловские гаишники переходят на усиленный режим работы.

Если тенденция сохранится, руководство пересмотрит программу неполной занятости.

В местах компактного проживания возводятся жилые дома, детсады, школы и центры.

День защитника Отечества артиллеристы отметят салютом в Екатеринбурге.

Сейчас проходят смотры, соревнования и выставка «Мужчина–Воин–Охотник в различных этносах».

Приборы для замера выбросов могут появиться при въезде в столицу Южного Урала.

Мэр: «Гости должны запомнить курорт чистым и благоустроенным».

Ребенка с тяжелым переломом стопы экстренно госпитализировали на карете "скорой помощи".

Пугающую статистику приводит Пермьстат.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Кузнец своего баса

06.09.2006
Знаменитый певец Александр Ведерников-старший сам "назначал" себя на главные партии

Олеся ГОРЮК
Еманжелинск

Экс-солист Большого театра Александр Ведерников приехал в Еманжелинск на юбилей города вместе с другими выдающимися земляками - актером Николаем Мерзликиным, баянистом Александром Толмачевым, писателем Александром Ванышевым. На торжественной встрече глава Еманжелинского района Валерий Чараев полушутя-полусерьезно заявил, что пригласил московских гостей не отдыхать, а работать. И действительно, в их графике практически не было свободного времени. Творческие вечера, посещение школ, концерты. Вряд ли кого-то из еманжелинцев оставил равнодушным разговор с земляками, добившимися известности и признания.

Знаменитый певец Александр Ведерников-старший сам "назначал" себя на главные партии

Олеся ГОРЮК

Еманжелинск

Экс-солист Большого театра Александр Ведерников приехал в Еманжелинск на юбилей города вместе с другими выдающимися земляками - актером Николаем Мерзликиным, баянистом Александром Толмачевым, писателем Александром Ванышевым. На торжественной встрече глава Еманжелинского района Валерий Чараев полушутя-полусерьезно заявил, что пригласил московских гостей не отдыхать, а работать. И действительно, в их графике практически не было свободного времени. Творческие вечера, посещение школ, концерты. Вряд ли кого-то из еманжелинцев оставил равнодушным разговор с земляками, добившимися известности и признания. Особенно это относится к Александру Ведерникову - знаменитому басу, народному артисту СССР, лауреату Государственной премии, кавалеру орденов Трудового Красного Знамени и Дружбы народов. Пять лет назад Александр Филиппович получил еще одно "звание" - отец главного дирижера и художественного руководителя Большого театра Александра Ведерникова-младшего.

"В школьный хор меня не приняли"

Связи с шахтерскими городками - Еманжелинском, Копейском, Коркино - он никогда не терял. Хотя родился Ведерников не на Урале, а в деревне Мокино Кировской области. Маленькому Саше не было и трех лет, когда его родители спешно бежали из своего двухэтажного дома, случайно узнав, что семья подвергнется раскулачиванию. О своем далеком детстве 79-летний Ведерников рассказывает так, будто это было вчера.

-- Отец, когда приехал, окончил строительный техникум и стал работать прорабом. Мама была медсестрой. Мы, ребятишки, были предоставлены самим себе, все время были на улице. Играли то в лапту, то в чику, то в бабки. Из бочек брали доски и делали из них лыжи. Летом я убегал в Еткуль к тете Стюре Бахтиной. Бегал там по лесам с рогаткой.

-- В общем, ботаником вы не были.

-- Нет, конечно. Там было озеро красивое, где я любил сети ставить. По весне зорили (разоряли. - Авт.) на окрестных болотах чаячьи гнезда и жарили яичницу. По лесам собирали саранки. Это такая лилия, у нее луковица со сметанистым вкусом. Питались всем, чем могли. В седьмом классе у меня проявился талант к рисованию. Саша Попов, сын директора еманжелинской школы, где я учился, научил меня писать лозунги. Мы разбавляли молоком зубной порошок и выводили на красном полотнище: "Да здравствует Октябрьская революция!" За это нам в награду давали булочку - большое было событие. Помимо рисования я с детства увлекался пением, в Копейске выступал для вятского землячества. У меня была копилка, куда бросали кто пятак, кто три копейки. Эти деньги шли на краски. Потом я накопил на балалайку и довольно сносно научился на ней играть.

В еманжелинской школе уже тогда был хор. Я пытался туда поступить, но меня не взяли, поскольку у меня очень рано наступила ломка голоса. Но я все равно приходил и пел. В клубе "Большой горняк" я встретил замечательного человека - Данилу Даниловича Лидера, репрессированного немца с Поволжья. Он окончил три курса Академии художеств и вел в клубе кружок рисования. Лидер открыл во мне способность к красивому пению. Он садился в зрительном зале и говорил: "Ну-ка давай, Саша, пой мне песни", - и я пел для него одного. Впоследствии Данила Данилович получил золотую медаль на международной выставке в Париже.

Окончив школу в Еманжелинске, я поступил в Коркинский горный техникум. Там тоже был клуб самодеятельности, где даже в тяжелые сороковые ставились оперетты, была своя труппа и оркестр. Выучил партию мельника в опере "Русалка". Помню, учитель математики у нас играл на виолончели, и я пел вместе с ним романсы. Всюду, куда ни ткни, кипела культурная жизнь, как, впрочем, и сейчас. Вокруг этих мест всегда был и остается ореол стремления к прекрасному. Вчера мы посетили Коркинскую художественную школу, ее воспитанники подарили мне скульптуру, и я был поражен, на каком высоком уровне там находится класс лепки.

С пианистом на багажнике

-- Помните ли вы момент, когда точно поняли, что свяжете свою жизнь с оперой?

-- По окончании техникума меня направили работать в трест "Коркинуголь". Но я уже тогда почувствовал, что или художником мне быть, или певцом. В отпуск я поехал на крыше вагона с папкой своих рисунков до Свердловска. Но прием в художественное училище был уже окончен. Напротив, через дорогу, было музыкальное училище имени Мусоргского. Я пришел туда, был как раз последний экзамен, третий тур. Прорвался через кордон секретарей и спел. Меня без экзаменов, без документов приняли на первый курс. Управляющий трестом "Коркинуголь" отпустил меня без особых проблем. В училище я проучился два года и понял, что ничего нового здесь мне уже дать не могут. Поехал поступать в Киев к знаменитому басу Ивану Паторжинскому. Но не доехал, поступил в Московскую консерваторию. По окончании был приглашен в театр оперы и балета имени Кирова в Ленинграде (ныне Мариинский театр. - Авт.) Помимо работы в театре я давал много концертов. Из театра в филармонию ездил на велосипеде с моторчиком, а на багажник сажал пианиста.

-- На машину не скоро заработали?

-- Где же было взять столько денег? Мы получали гроши, которых хватало только на еду и квартплату. Ходили с голым задом. Через два года меня попросили спеть Сусанина в Большом театре. Видимо, на тот момент все исполнители этой партии заболели. Получил я телеграмму, поехал, спел и был приглашен на работу.

-- Вы наверняка представляли себе, какой он - главный театр страны. Совпали ли эти представления с реальностью?

-- Я вообще не думал, что когда-нибудь буду петь в театре. Я об этом даже не мечтал. Просто хотел давать концерты. И вдруг такое везение. Оказалось, что Сусанина очень трудно петь, можно просто потерять голос (однажды такое случилось со мной в консерватории, и я учился шесть лет вместо пяти).

-- Известно, что после учебы вы два года стажировались в театре Ла Скала. Там славится школа теноров, что она могла дать басу?

-- У теноров и басов те же легкие и то же горло. Есть, конечно, особенности, но принцип правильного пения один.

-- После стажировки не захотелось остаться работать за границей?

-- Меня пригласили работать в Ла Скала, предложили хороший гонорар. Но жить за границей больше месяца я не могу. Помню, мы были на гастролях в Испании с оркестром. Месяц поездили по городам, имели большой успех. Импресарио предложил остаться на второй срок. Я запротестовал до такой степени, что пришлось связываться с министром культуры Демичевым, и он приказал: "Отпустите Ведерникова!"

Рост Годунову не помеха

-- Вы проработали в Большом театре 33 года. Это были, наверное, разные времена:

-- Во все времена было сложно работать. Когда я только пришел в театр, меня вызвал главный дирижер Мелик-Пашаев и сказал: "Александр Филиппович, вы, может быть, надеетесь, что вам дадут первые партии? У нас их поют богатыри - Огнивцев, Рейзен, Петров. А вы с вашим ростом годитесь только для мужичков". Приходилось брать напором. Я перепел почти все главные партии, сам их разучивал, никто меня не назначал, приходилось пробивать самому. Сделаешь, выучишь, покажешь, и, в конце концов, все оставались довольны. Никто не видел меня в Годунове - какой я царь! Но когда я сделал Бориса, все как-то в него уверовали. Мои рослые соперники не пришли к пониманию пластической сути образа, много двигались. А у меня не было суеты, и образ получился монументальным.

-- Ваша супруга Наталья Гуреева - тоже музыкант. Как вы познакомились?

-- Из Италии я привез программу старинной музыки, и нужен был органист, чтобы ее исполнить. Мне посоветовали молодую, только что окончившую консерваторию органистку. Так произошло наше сближение. Наталья женщина очень понимающая, идеальная мать, хорошая хозяйка. У меня всегда было много друзей, после концертов и премьер, как правило, устраивались застолья. У нас часто бывал Свиридов, а он был большим гурманом и любил приходить на пироги.

-- Ваша дружба с Георгием Свиридовым прошла через долгие годы.

-- Фактически до его смерти. Он был очень сложным человеком, больших требований. После первой встречи я сказал друзьям, что своими глазами увидел гения. Они надо мной посмеялись, но постепенно поняли, что это была правда. "Наш гений", - говорили про Свиридова. А я увидел это с первой встречи. Такого человека я никогда не встречал по масштабности, по знаниям, одаренности. Кроме того, он был блестящим пианистом, сохранились записи романсов в его исполнении. Сейчас я занимаюсь изданием этих дисков, выбиваю деньги у губернатора Курской области, где родился Свиридов.

"Раньше было хуже"

-- Обычно старые мастера, работавшие в Большом театре, ругают настоящее. Что скажете вы, папа главного дирижера и художественного руководителя?

-- Я не считаю, что сейчас все плохо. Раньше у нас в год ставился один спектакль, сейчас четыре. Хор просто не узнать, настолько его преобразил главный хормейстер Валерий Борисов. Оркестр работает не только в театре, но и дает три-четыре сольных концерта в год, является одним из лучших в России.

Самые большие споры возникают в отношении солистов. Раньше на партии назначали, а теперь приглашают отовсюду. Объявляется конкурс, в котором может участвовать любой певец, неважно, работает ли он в театре. Конечно, есть недовольные, и их много, особенно среди тех, кто имеет высокое звание и положение, а в конкурсе не проходит. Это заставляет артистов расти. Зарплата певца стала несравненно выше. Кто более профессионален, более востребован, тот больше получает. Раньше ведь было как? Получил звание народного артиста и можешь не петь совсем. У меня была норма - 12 спектаклей в месяц, и я получал за это 350 рублей. Мы жили тем, что, когда ездили за границу, покупали магнитофоны, кухонные комбайны и продавали их в Москве. На эти деньги я построил дачу. А свою первую машину приобрел, когда получил Госпремию за концертную деятельность. Ее как раз хватило, чтобы купить "Москвич".

-- Наверное, сложно было не почить на лаврах.

-- Есть люди, которые довольствуются двумя-тремя партиями и всю жизнь их поют, не хотят выучить что-то другое. Меня это страшно удивляло. Я при своей загруженности успевал совершенствоваться даже в живописи - писал картины, портреты. Меня даже приглашали вступить в Союз художников Москвы. Когда жизнь полна событиями и всякими задумками, когда осуществляешь их, становится интересно. Иначе получается растительное существование.

-- Один из ваших сыновей стал дирижером, другой - художником. Сказались два ваших главных жизненных стремления?

-- Боря сначала рисовал комиксы. У него был свой персонаж, он называл его Колбасик: Колбасик у индейцев, на необитаемом острове, в плену у людоедов. Теперь Борис - замечательный художник, очень востребован, его работы находятся в России, Англии, Канаде.

Старший сын с детства увлекался музыкой. Сразу было ясно, что он свяжет с ней свою судьбу. Саша не пропускал ни одного моего спектакля, знал все оперы наизусть, импровизировал на рояле. Был завсегдатаем в ложе дирекции. Я звонил секретарю и говорил: там Сашка придет, будущий главный дирижер. Вы его, пожалуйста, устройте!

-- Вы прямо как в воду глядели.

-- Всерьез мы об этом даже не думали. Назначение Александра на пост главного дирижера и художественного руководителя Большого театра стало громом среди ясного неба. Все мы считали, что это временно, но вот уже пять лет прошло, а Саша все работает.

-- У вас происходят творческие беседы по поводу спектаклей?

-- Недавно у нас был разговор в бане. Саша спросил меня: "Отец, не мог бы ты позаниматься с нашими молодыми певцами? Они очень способные, но технически слабые". Я думал, что это просто банный разговор и придут один-два человека. А они как повалили!

-- А как вы относитесь к новым исканиям?

-- Есть талантливые постановки. Модерн, если раскрывает внутреннюю сущность произведения, оправдан. Но когда Кармен ездит на мотоцикле - это просто прикрытие бездарности, оригинальничанье без большой сути. Я не считаю, что классика устарела. Она никогда не наскучит, потому что несет правду искусства, правду образа.

А бездарностей у нас очень много. Пишет композитор "Темперированный клавесин", а там сплошная фальшь. Или балет "Кармен", где все мелодии Бизе. На чужом горбу - в рай!

-- В процессе нашей беседы у меня создалось впечатление, что фортуна постоянно вам благоволила.

-- Совсем нет! Всегда находились силы, для которых я был как кость в горле. Постоянно приходилось доказывать, что нужно раскрывать образ малыми, но точными чертами. Мое искусство сложно, но эта сложность высказана понятным всем языком.

Комментарии
Комментариев пока нет