Новости

Учитывались разные аспекты проживания в регионе.

Молодой человек четыре месяца находился в федеральном розыске.

Девушка похитила из квартиры хозяев золотые украшения на сумму 245 тысяч рублей.

Дипломат скончался накануне своего 65-летия.

74-летнего пермяка подозревают в совращении школьницы.

31-летний Вадим Магамуров погиб в минувший четверг, 16 февраля.

Местный житель вступал с детьми в интимную переписку, после чего завлекал школьников к себе домой.

Переговоры Министерства строительства Пермского края с потенциальным инвестором замершего проекта прошли накануне.

По данным Минобороны, еще двое военнослужащих получили ранения.

Местный житель заметил пожар в доме у соседей и поспешил на помощь.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Полеты "Такого театра"

10.10.2006
Александр Баргман и Анна Вартаньян показали на "Камерате" историю о поисках любви

Олеся ГОРЮК
Челябинск

На нынешнем фестивале "Такой театр" показал спектакль по пьесе Кароля Фрешетта "Жан и Беатрис" - грустный, трогательный, оставляющий после себя шлейф размышлений. Главная героиня, Беатрис (ее играет молодая актриса Анна Вартаньян), одержима попыткой найти любовь. Она пишет объявление, в котором обещает щедрое вознаграждение понравившемуся мужчине. Ее гость, Жан (Александр Баргман), называет себя ловцом и думает в первую очередь о хрусте денежных купюр. В какой-то момент маска ловца спадает с его лица, и становится виден человек чувствующий, страдающий, разочаровавшийся.

Александр Баргман и Анна Вартаньян показали на "Камерате" историю о поисках любви

Олеся ГОРЮК

Челябинск

На нынешнем фестивале "Такой театр" показал спектакль по пьесе Кароля Фрешетта "Жан и Беатрис" - грустный, трогательный, оставляющий после себя шлейф размышлений. Главная героиня, Беатрис (ее играет молодая актриса Анна Вартаньян), одержима попыткой найти любовь. Она пишет объявление, в котором обещает щедрое вознаграждение понравившемуся мужчине. Ее гость, Жан (Александр Баргман), называет себя ловцом и думает в первую очередь о хрусте денежных купюр. В какой-то момент маска ловца спадает с его лица, и становится виден человек чувствующий, страдающий, разочаровавшийся. Но двум встретившимся одиночествам не суждено быть вместе. С разговора об этом спектакле, признанном лучшим на "Камерате-2006", и началась наша беседа с Александром Баргманом и Анной Вартаньян.

-- "Жан и Беатрис" - история о любви?

Анна:

-- Скорее, об одиночестве, о попытке найти любовь. Я лично как человек, как актриса и как режиссер ставлю под сомнение существование любви на земле. Такой у меня сейчас период в жизни.

-- Может быть, это пройдет?

-- Дело ведь даже не в том, есть с тобой кто-то рядом или нет. Что такое любовь - непонятно.

-- В программке написано, что режиссер этого спектакля - Лемер Дело из Франции.

Александр:

-- На самом деле мы с Аней сами же и поставили этот спектакль. Нам просто захотелось приколоться, тем более что и сама история носит налет нежного мистицизма. И мы решили: пусть у нас будет фантом - режиссер, чье имя переводится как "повелитель воды".

-- И на сцене я вижу пустые бутылки от воды.

Александр:

-- Пустые и полные. Вон тот человек в темноте зала - художник нашего спектакля Николай Чернышев, который все это придумал и воплотил. Сейчас он работает водолеем.

-- Ваш театр называется "Такой". Каким прилагательным вы могли бы заменить это местоимение?

Александр:

-- Если бы я знал это прилагательное, то вынес бы его в название. Но мне сложно что-то подобрать, это именно "такой" театр. Первые наши спектакли звучали иронично, препарировали дурной театр, вскрывали его тайны. Прошло время, мы стали взрослеть, появилась Аня, позвонила - и сегодня "Такой театр" немножко успокоился, слава богу. Теперь мы пытаемся заглянуть в себя, пьеса Кароля Фрешетта как раз дала такой повод.

-- Александр, расскажите о ролях, над которыми вы сейчас работаете.

-- Я не работаю сейчас ни над какой ролью, у меня пауза. Я с удовольствием гуляю с сыном, читаю книги. Общаюсь с интересными людьми, выпиваю вкусные напитки.

-- Вы в своих интервью практически ничего не рассказываете о жизни вне театра.

-- Потому что это моя жизнь. На то она и личная жизнь, чтобы была только моей. У нас полно кругом прекрасных желтых газет, где многие говорят об этом, а я не хочу.

-- Будучи любимцем театральной публики, вы, Александр, практически неизвестны в российской провинции, поскольку мало снимались в кино.

-- Есть, конечно, некое сожаление, но что мне с этим делать? Надо жить и работать дальше.

Анна:

-- Слава может тебя настигнуть в любом возрасте, не переживай.

Александр:

-- И Слава, и Петя, и Вадим. Если надо будет, придет, не надо - не придет. Делать какие-то специальные шаги, чтобы завоевывать медийное пространство, я не хочу. Думаю, что огромное количество не менее, а может, и более талантливых артистов, чем те, кто сегодня считаются медийными, живут в Челябинске, в Саратове, во многих других российских городах. Известность - дело случая, удачи, а дальше уже - эксплуатации, и к этому стоит с иронией относиться.

-- В вашем послужном списке - почти все роли мирового репертуара: два Гамлета, два Дон-Жуана, Остап Бендер, Тузенбах и Несчастливцев - этот список можно продолжать бесконечно. Все ли образы, созданные на сцене, вы считаете удачными?

-- Далеко не все. Кивает Бог - и складывается спектакль, а значит, и роль. А бывает, что мы с режиссером не попадаем в цель, и тогда начинается традиционный, а то и дурной театр, в котором как бы ты ни играл, ни лез из кожи, это будет неудачно. Я честно отношусь к профессии, но многие мои роли не случились. Всегда считал, что театр - это не здание, а спектакль. В свою очередь, спектакль - это команда, она возникает, когда встречаются люди одной крови.

-- А какой из образов близок вам как человеку?

-- Сейчас, это уже не секрет, мы с Аней и художником Николаем Чернышевым начали репетиции чеховского "Иванова". И сегодня этот персонаж мне очень близок. Но это отдельный и грустный разговор, поскольку я сам там играть не буду.

-- Будете режиссером?

-- Вместе с Аней, как и в этом спектакле.

-- Тянет все-таки вас в профессию режиссера.

-- Может быть, впоследствии мне это занятие надоест. Называйте как хотите - "актерская режиссура" или, может быть, не режиссура вообще. Просто в определенный момент жизни возникает потребность в полнокровном художественном высказывании, в иной степени ответственности за то, что происходит на сцене. Как бы мы ни говорили об артистах, все равно эта профессия зависимая.

-- Винтик в большом механизме.

-- Не надо говорить "винтик", потому что он может быть и шпунтиком. Профессия актера подотчетная. А с опытом возникает желание говорить иначе со зрителем, не проходя через барьеры драматурга, режиссера, художников и так далее.

-- Но вам, должно быть, не хватает знаний, ведь по образованию вы актер.

-- Таких примеров масса. Возьмите Лоуренса Оливье или Сергея Юрского. Я знаю одного потрясающего швейцарского режиссера, Валентина Россе. Он всякий раз играет главную роль в спектаклях, которые ставит. И это всегда безмерно убедительно.

-- Одна из ваших последних актер-ских работ - доктор Аркадий Ильич в "Бытии N 2". Пьесу написала пациентка психбольницы.

-- Антонина Великанова написала эту пьесу совместно с режиссером и моим другом Иваном Вырыпаевым. У них была переписка, Антонина передавала ему текст, он его корректировал. Ваню я считаю, как бы это помягче сказать: талантливейшим писателем и драматургом, со своей колоссальной болью, внутренним непокоем, который он выплескивает в своих текстах. Работа с ним для меня всегда праздник, польза, отдохновение и труд.

-- Известно, что вы давно и серьезно увлекаетесь творчеством Набокова.

-- Это было на третьем курсе, мне было 20 лет, я искал материал для работы по сценической речи. Стал читать Набокова. Я тогда еще ничего не понимал, но почувствовал, что это клетки моей крови. Я стал работать над моноспектаклем "Душекружение". В день первой репетиции был звонок с киностудии, я прошел пробы и сыграл Набокова в кинокартине. Потом был такой удивительный эпизод. Я приехал в Монтре - место, где Набоков жил и был похоронен. Лил жуткий дождь, смотрю - выходит женщина из кондитерской. Я ее спрашиваю, как пройти на кладбище, объяснил ей, что я артист, приехал на гастроли с моноспектаклем и хочу пройти к могиле Владимира Владимировича Набокова. Она говорит: "Я пойду с вами, потому что я - медсестра, на руках которой он умер". Эта женщина была первым человеком в Монтре, с которым я заговорил. И сейчас наше общение с Набоковым продолжается. Зимой мы начинаем репетиции "Защиты Лужина" в театре Комиссаржевской вместе с молодым питерским режиссером Олегом Куликовым. Я принес ему текст, он прочел и утонул в материале с головой.

-- В некоторых спектаклях вы играете на гитаре. Поддерживаете ли как-то "гитарную" форму?

-- В 10 лет я стал играть на гитаре, будучи фанатом Высоцкого, на слух подбирал все его песни. С тех пор я поигрываю и по необходимости занимаюсь этим на сцене. Брехтовского поэта Ваала режиссер Александр Морфов увидел как рок-певца. Мы в театре Комиссаржевской создали рок-группу для этого спектакля, и каждый день у нас в течение трех месяцев были четырехчасовые репетиции. Всю музыку мы играем вживую.

-- Рок-тусовка ходит на этот спектакль?

-- Нет, не ходит. Рок-музыканты не любят, во-первых, драматический театр и, во-вторых, когда их изображают. Я беседовал на эту тему с одним своим другом, замечательным музыкантом, и он мне признался: "Я уважаю ваши попытки, но никакого отношения к тому, что происходит на самом деле в рок-музыке, этот спектакль не имеет". Роль Ваала я очень люблю, она оказала на меня колоссальное влияние во многих смыслах. Это история про творящего свободного человека. В нем, как в каждом из нас, есть греховные глубины, и он слишком дорого платит за то, что делает. От этого страдают и окружающие, и он сам. Очень честная тема для художника - какой ценой дается свобода в творчестве.

Анна:

-- Нужно что-то делать с собой, чтобы быть свободным. Это очень сложная, грустная и тяжелая работа - достичь абсолютного одиночества.

-- Когда вы ставите спектакль, думаете ли о коммерческом успехе?

Александр:

-- Не думаем никогда. Как показывает пятилетний опыт, коммерческого успеха "Такой театр" не имеет, хотя у него есть популярность и свои поклонники. Мы еле-еле выживаем и самоокупаемся.

Анна:

-- И это, черт возьми, наша свобода.

-- А помещение у вашего театра есть?

Александр:

-- Мы арендуем разные площадки. Этот спектакль играем в театре "Особняк" с легкой руки Мити Поднозова, который тоже приезжал к вам на "Камерату".

-- Вы не собираетесь остаться в репертуарном театре?

-- Пока не собираюсь. Хочу полетать. Это в тысячу раз тяжелее, но и в тысячу раз легче, поскольку есть возможность выбирать и делать лишь то, что хочешь. С другой стороны, возникает необходимость как-то зарабатывать, что не всегда интересно. Ну да ладно.

-- В чем вы черпаете энергию, которую отдаете зрителям?

-- В своих друзьях, коллегах, в любви. Когда ты живешь-живешь, и вдруг оказывается, что у тебя в Швейцарии есть брат по крови. С Аней же нас познакомил сериал "Подлинная история поручика Ржевского". Я считаю, что обретение людей - величайшее счастье.

Александр Баргман родился 20 июня 1970 года в Душанбе. В июне 1987 года поступил в Ленинградский государственный институт театра, музыки и кино (класс Игоря Горбачева). В 1991 году принят в труппу Александрин-ского театра, где сыграл ведущие роли мирового репертуара. В 1999 году перешел в труппу "Театра на Литейном". В 2000 году стал лауреатом Госпремии в области литературы и искусства. В 2005 году - лауреат премии "Золотой софит". Снялся в сериалах "Бандитский Петербург", "Тайны следствия", "Похождения поручика Ржевского". Его голос мы слышим за кадром в "Пиратах Карибского моря".

Комментарии
Комментариев пока нет