Новости

42-летний Аркадий вышел с работы вечером 22 февраля, сел в автобус и пропал без вести.

От «Сафари парка» до набережной в районе санатория «Солнечный берег».

Смертельное ДТП произошло на автодороге Култаево-Мокино.

100 специальных станций для зарядки экологичных электромобилей.

Массовое побоище произошло в Советском районе города на Обской улице.

Для детей и подростков, победивших тяжёлый онкологический недуг.

В ночь на понедельник в Свердловском районе города загорелся двухэтажный жилой дом.

По словам очевидцев, среди ночи они услышали страшный скрежет и грохот ломающихся конструкций.

Накануне 35-летний дебошир предстал перед судом.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Письмо из следственного изолятора

10.10.2006

Я, Лапидус Александр Самуилович, обращаюсь к общественности в крайне тяжелой для меня ситуации. Всю свою предпринимательскую деятельность я посвятил шоу-бизнесу. В апреле 2006 г. Советским районным судом был осужден на 6 лет лишения свободы по статье 159 ч. 4 - "Мошенничество" - и оправдан по второй, инкриминируемой мне статье 174.

Я, Лапидус Александр Самуилович, обращаюсь к общественности в крайне тяжелой для меня ситуации. Всю свою предпринимательскую деятельность я посвятил шоу-бизнесу. В апреле 2006 г. Советским районным судом был осужден на 6 лет лишения свободы по статье 159 ч. 4 - "Мошенничество" - и оправдан по второй, инкриминируемой мне статье 174.1. ч 2. Кассационная инстанция сократила срок до 3 лет, но отменила оправдание по статье 174.1, отправив дело на новое рассмотрение в тот же суд.

Судят меня за то, что я распорядился своим законным имуществом. Коротко о сути дела. В 1999 г. я выкупил в собственность здание общественного туалета на Алом поле около органного зала и заключил договор с администрацией города на аренду земельного участка сроком на 20 лет. В 2000 г. получил все необходимые разрешения на реконструкцию здания и организацию в нем досугового центра с сохранением общественного туалета. Это была большая предпринимательская удача - в процессе реконструкции я получал возможность воплотить свои идеи.

Для проведения строительных работ потребовались финансовые средства. В качестве инвестора выступил челябинский предприниматель В.В. Шевчук. По нашей устной договоренности он предоставлял инвестиции на возвратной основе. С началом работы досугового центра предполагалось 50 процентов от всей прибыли возвращать инвестору, а после выплаты долга вся полученная прибыль от нашего совместного предприятия, которое мы намеревались открыть, должна была распределяться поровну.

Однако В.В. Шевчук предложил мне подписать договор, по условиям которого он полностью брал на себя финансирование строительных работ и покупку оборудования, а с моей стороны вносились имущество (здание, земля) и организация процесса реконструкции. Необходимость в его подписании он объяснил тем, что это делается для подстраховки его вложений. По условиям этого договора, после сдачи объекта в эксплуатацию право собственности на здание должно было быть зарегистрировано на меня в размере 20 процентов, на инвестора - 80 процентов. Также в течение двух лет я получал право выкупить еще 30 процентов за 17 миллионов рублей (так мы оценивали сумму инвестиций на тот момент).

Поверив своему будущему инвестору, я скрепя сердце подписал этот договор. Юристы говорили нам, что подобный договор должен проходить обязательное оформление в регистрационной палате, иначе он не действителен, но В.В. Шевчук сказал, что в нашем случае этого делать не нужно. Именно тот факт, что этот документ не был должным образом зарегистрирован ни мной, ни В.В. Шевчуком, а также то, что мы не создавали и не подписывали ни одного приложения, на которые идут ссылки в договоре, в очередной раз подтверждают мои слова о том, что мы не придавали этому договору особой значимости.

Перед окончанием реконструкции здания, когда я решал вопросы о поставке оборудования и подбирал персонал, в январе 2003 года В.В. Шевчук был убит в арке у своего дома. На допросе в прокуратуре мне сказали: подпиши с вдовой договор, аналогичный тому, что был подписан ранее с В.В. Шевчуком, и таким образом докажешь свою непричастность к убийству. Это был почти идентичный предыдущему договор. Тогда я не представлял, что подписываю документ, который станет основой будущего уголовного дела, а наши устные договоренности с В.В. Шевчуком уже не будут иметь значения.

Обещав мне продолжить финансирование, Л.Е. Шевчук обратилась с просьбой выдать ей справки о том, что инвестиции выполнены в полном объеме - 22 млн. рублей. На мои возражения, что инвестиции до конца не были осуществлены, она ответила, что без этих справок ей невозможно продолжить финансирование строительства. И я все подписал. И с этого момента начались все проблемы.

До убийства В.В. Шевчука объект был под охраной ЧОП "Альта". После трагедии Г.В. Матвеев предоставил вдове защиту в виде двух охранников за солидное вознаграждение. Вскоре охранники запугали вдову опасностями, которые ей якобы грозили. Г.В. Матвеев пообещал дать денег на окончание строительства и за это просил нас продать ему 30 процентов доли. Вначале Л.Е. Шевчук согласилась, но затем я отговорил ее от этого предложения, и мы расторгли договор с ЧОП "Альта" на охрану объекта.

Сразу же из ЧОП "Альта" уходит Ф.В. Отепко, персонально охранявший вдову, открывает свое ЧОП "Фотон" и обращается в прокуратуру с показаниями, что я якобы обсуждал с Г.В. Матвеевым, как избавиться от В.В. Шевчука. Я этот бред отрицал, Г.В. Матвеев тоже. Я долго не мог понять, почему только через год после убийства Ф.В. Отепко дает такие показания. Секрет оказался прост: Ф.В. Отепко настолько вошел в доверие, что Л.Е. Шевчук начинает подозревать меня в убийстве своего мужа, и ее отношение ко мне резко меняется.

Вскоре я узнаю, что она ищет покупателя на здание. Тогда я понял, что Л.Е. Шевчук стала действовать, следуя договору, который, в моем понимании, носил формальный характер. Я предложил ей вариант возврата денежных средств в размере 30 млн. рублей, а в качестве обеспечения своих обязательств передать в залог здание, собственником которого я являлся. Однако она запросила больше денег и сразу. Этот разговор проходил в присутствии ее адвоката и моих юристов.

В апреле 2005 года Л.Е. Шевчук подает заявление в ОБЭП Центрального района, в котором обвиняет меня в присвоении денежных средств. Ввиду абсурдности обвинений в возбуждении уголовного дела было отказано, но давление с ее стороны еще более усилилось. Я стал понимать, что за вдовой стоят желающие завладеть будущим бизнесом. Посоветовавшись с юристами, я зарегистрировал собственность на себя, чтобы защитить свои интересы. Я имел законное право это сделать, не ущемляя интересов вдовы, так как до регистрации подписал у нотариуса справку, что я ей должен деньги, которые были инвестированы В.В. Шевчуком, и более ничего.

Оформив собственность, я зарегистрировал ООО "АлексПарк", чтобы иметь возможность получить кредит в 30 млн. руб. под залог здания. Эту сумму я планировал положить на счет Л.Е. Шевчук. Узнав о регистрации здания, она подает судебный иск с ходатайством ареста здания в качестве обеспечительной меры. Суд налагает соответствующий арест. Теперь имуществу так называемой "потерпевшей" ничего не угрожает. Но она все равно пишет заявление в прокуратуру области с обвинением меня в мошенничестве. При том, что именно арест здания помешал мне взять кредит и выплатить ей деньги.

Суд Центрального района в основу решения о признании за Л.Е. Шевчук права собственности на 80 процентов здания положил два документа, выданных государственным нотариусом на основании ранее подписанных мною справок. И суд выносит феноменальное решение, отдав Л.Е. Шевчук 80 процентов здания. Это фактически легализует ее право на собственность. По протесту моих адвокатов областной суд отменяет решение Центрального суда, направляя его на новое рассмотрение к тому же судье.

8 декабря 2005 г., после вынесения решения Центрального суда, меня арестовали. С того времени я нахожусь в СИЗО, где перенес инфаркт головного мозга. Адвокаты безуспешно пытались добиться моего освобождения до суда, при том, что областной суд косвенно подтвердил незаконность моего задержания и ареста. Замечу также, что и осудили меня по ст. 159 ч. 4 досрочно, то есть до вступления решения по гражданскому делу в законную силу, когда суд Центрального района своим решением вновь отобрал у меня собственность.

Объясняется это просто: есть люди, которые не заинтересованы в том, чтобы я находился на свободе. Здание в центре города привлекает многих. Мне известно, что в нем полным ходом идет какая-то реконструкция. Л.Е. Шевчук сдала свою долю в аренду. Теперь и мне предлагает сдать мои 20 процентов (по решению суда) в аренду.

Я заявляю, что до тех пор, пока нахожусь в заключении, не собираюсь ни продавать, ни сдавать в аренду свое имущество, а именно - здание по адресу: Челябинск: Свердловский проспект, 59а. Все подписанное мной или моими родственниками следует считать совершенным под давлением или под угрозой физической расправы. Такое заявление я направил в областную прокуратуру и регистрационную палату.

Заявляю для всех заинтересованных лиц, что право собственности Л.Е. Шевчук на это здание нелегитимно и все ее действия, совершенные в отношении моей собственности, юридически будут признаны незаконными. Ведя любые переговоры с Л.Е. Шевчук, вы подвергаете себя риску последствий недействительности сделок.

А. ЛАПИДУС

Комментарии
Комментариев пока нет