Новости

Чиновники сели за парты в школе управления.

Инвентаризация точек загрязнения главной реки России стартовала в Ярославской области.

По данным ГИС-центра ПГНИУ, заканчивающаяся сегодня зима стала самой снежной за последнее десятилетие.

В один из районных судов Великого Новгорода поступил необычный иск.

Олимпийца, многократного чемпиона СССР и чемпиона мира не стало в 69 лет.

Причиной смертельного происшествия стало взорвавшееся колесо.

Смертельное ДТП произошло около 08:00 утра на 220-м километре трассы.

32-летний хулиган несколько раз ударил полицейского руками и ногами, когда дебошира усаживали в патрульный автомобиль.

Стражи порядка просят граждан помочь в розыске автомобиля, украденного с дороги у с. Кичигино.

Эпидпорог по гриппу и ОРВИ по-прежнему превышен в ряде районов Челябинской области.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
  1. Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?
    1. Команда останется без медалей - 10 (83.33%)
       
    2. «Трактор» завоюет Кубок Гагарина - 1 (8.33%)
       
    3. Повторит достижение 2013 года и станет серебряным призером - 1 (8.33%)
       

Род Бахов идет от двух фамилий - Файт и Липс

16.11.2006
Фридрих Липс - баянист, покоривший мир, -  помнит родной Еманжелинск

Татьяна МАРЬИНА
Челябинск

К баяну люди относятся по-разному. Одни превозносят до фанатизма, не интересуясь прочими видами исполнительского творчества. Другие, в том числе музыканты, не скрывают своего пренебрежения. Создается впечатление, что серьезная музыка и баян не связаны между собой. Чем вызвано это противостояние? Почему бесспорное лидерство русской баянной школы и, в частности, успех челябинских исполнителей часто остаются предметом гордости лишь самих музыкантов-народников? Мой собеседник - народный артист России, лауреат международных конкурсов, профессор Российской академии музыки имени Гнесиных Фридрих ЛИПС.

Фридрих Липс - баянист, покоривший мир, - помнит родной Еманжелинск

Татьяна МАРЬИНА

Челябинск

К баяну люди относятся по-разному. Одни превозносят до фанатизма, не интересуясь прочими видами исполнительского творчества. Другие, в том числе музыканты, не скрывают своего пренебрежения. Создается впечатление, что серьезная музыка и баян не связаны между собой. Чем вызвано это противостояние? Почему бесспорное лидерство русской баянной школы и, в частности, успех челябинских исполнителей часто остаются предметом гордости лишь самих музыкантов-народников? Мой собеседник - народный артист России, лауреат международных конкурсов, профессор Российской академии музыки имени Гнесиных Фридрих ЛИПС.

Гражданин мира и города Еманжелинска

Это культовая личность в баянном искусстве. Фридрих Робертович Липс стоял у истоков российской баянной школы. Он виртуоз-интеллектуал, для которого пишут музыку крупнейшие композиторы, музыкант с мировым именем, планирующий свои концертно-фестивальные маршруты на год вперед, автор книг и статей, посвященных искусству игры на баяне. Самое приятное, что этот талантливый человек - наш земляк. Он родился и вырос в Еманжелинске, учился в Магнитогорске. В Москве живет давно, но связей с Южным Уралом не теряет. Недавно Фридрих Робертович приезжал в Челябинск - выступал на открытии VIII международного фестиваля баянистов-аккордеонистов, руководил работой жюри III международного конкурса молодых исполнителей, названного в его честь "Кубок Фридриха Липса". Несмотря на плотный график конкурсных прослушиваний, ему даже удалось вырваться на несколько часов в Еманжелинск.

-- Мэр города вручил мне медаль и удостоверение "Почетный гражданин города Еманжелинска", - сказал Фридрих Робертович. - Если начинаются ордена и награды, наверное, возраст подходит основательный.

-- Как вы отнеслись к новому названию конкурса - "Кубок Фридриха Липса"?

-- Первым инициативу проявил мой родной город Еманжелинск. Там сделали конкурс для юных музыкантов малых городов. Я не стал ломаться. Позже выяснилось, что челябинскому конкурсу тоже хотели дать мое имя. Когда полгода назад мне позвонили из Челябинска и спросили разрешение, я согласился. Я понимаю, что это придумано не для меня - для молодых ребят-музыкантов, которые видят перспективу: такой, как мы, когда-то бегал во дворе, играл в футбол, и каким стал. Искусство игры на баяне молодо, своих лидеров у нас мало, а тут земляк получил признание не только в стране - в мире. Если бы здесь родился Бетховен, наверное, конкурс Бетховена был бы уже сто лет назад. Думаю, время все расставит на свои места. Если конкурс будет жить, бренд установится, то можно, наверное, будет сказать, что идея была удачной.

Путь к музыке

-- Как получилось, что в шахтерской семье вырос музыкант?

-- Я бы не сказал, что наша семья была немузыкальной. Мама играла на гитаре, отец - в духовом оркестре. В доме были баян, мандолина, гитара, скрипка, труба. Потом отец сконструировал цимбалы, на досуге сделал виолончель, балалаечный контрабас. Он с шахты приходил и играл на баяне. Помню, мне пять лет было: сидит он на диване, с баяном, играет "Коробочку". Руки шахтерские, рабочие. Я к нему: "Пап, покажи мне "Коробочку". Он сыграл одну фразу и говорит. "Теперь давай ты". Я тут же за ним ее повторил, следующую фразу он - и так до конца. Так что мое музыкальное образование начиналось в семье. А недавно узнал, что в генеалогическом древе Баха есть фамилия Липс. Мне музыкальный словарь Гроува на диске, еще какие-то книги. Оказалось, что род Бахов идет от двух фамилий - Файт и Липс. Потом нить, связанная с родословной Липсов, где-то прерывается. Может, они в Россию уехали, а может, это другие Липсы - не знаю. Интересно бы разобраться, но не знаю, как это сделать.

-- Путь из Еманжелинска в Москву был трудным?

-- Я досрочно окончил музыкальную школу в Еманжелинске, училище в Магнитогорске. В Москве учился в институте имени Гнесиных. После института меня оставили работать на кафедре, я стал выезжать на гастроли по стране, за рубеж.

-- Почему не поехали дальше, на Запад?

-- Тогда не стоял вопрос, ехать на Запад или нет. Люди начали уезжать позже - в 80-е, 90-е годы. А что там - лучше? Наверное, материально лучше. Профессор в Европе получает семь тысяч евро в месяц. Разве это можно сравнить с нашими зарплатами? Но в творческом плане в Москве всегда было интересно.

"Полет шмеля" за полминуты

-- Можно ли судить об исполнительском уровне баянистов-аккордеонистов, послушав выступления лауреатов международного конкурса в Челябинске?

-- Конечно. Это раньше был один международный конкурс - имени Чайковского в Москве. Теперь неважно, где проходит конкурс. Если в Челябинске, то с Востока и Запада сюда приедут лучшие. Слава богу, у нас в стране все потихонечку выравнивается. Выравнивается соотношение между периферией и центром, ощущение причастности к современному уровню жизни. Колбасу, бытовую технику, автомобили можно приобрести в любых городах - больших и малых. Если есть средства, вы купите "Мерседес" и в Челябинске, и в Москве, и в Германии. В музыке то же самое. Уровень музыкальной, художественной, театральной культуры выравнивается. Раньше я думал: почему в Германии, в маленькой "деревушке" Троссинген, где живет всего 15 тысяч народу, есть высшая школа музыки (по-нашему консерватория). Высшие учебные заведения рассредоточены по всей Германии, поэтому люди в провинции не чувствуют себя обделенными. А у нас нет. Учиться надо в Москве - в консерватории или институте имени Гнесиных, в Петербургской консерватории. А все остальное - так себе. Но ситуация понемногу меняется.

-- Когда слушаешь баянистов, кажется, что на сцене - одни виртуозы. В чем тут дело?

-- Раньше "Полет шмеля" Римского-Корсакова баянисты не слушали, а смотрели, засекая на часах время: больше минуты или меньше. Если меньше, то хорошо. Да, в музыке нет метров, сантиметров и граммов, чтобы измерить исполнительский уровень. Очевидно, единственный критерий - трогает она душу или нет, насколько тебе надо это художественное впечатление как слушателю. Технология значительно продвинулась - это факт. Есть даже анекдот на эту тему. "Чем отличается японский пианист от компьютера? Японский пианист играет быстрее компьютера. Но компьютер играет эмоциональнее". В сочетании быстроты и эмоций должен быть баланс. Конечно, публике нравится, когда быстро. Но мы должны играть разную музыку.

-- По-моему, раньше так и было, бравурность и скорость не утомляли.

-- В последнее время мы растеряли хорошую публику. Почему? Пропала система Росконцерта, Госконцерта, которые осуществляли гастроли молодых лауреатов. Сегодня на них нет необходимого спроса. Хотя слушателей в России хватит на несколько Европ. И исполнителей-то немало. Но им не дают сыграть, потому что денег на культуру не хватает. Ведь исполнитель должен приехать, оплатить гостиницу, получить гонорар. Ну, пригласят пианиста Мацуева, он даст один концерт в Челябинске. А играть надо не только в Челябинске, но и в Коркино, Еманжелинске, Златоусте. Когда я раньше приезжал в Челябинск с Третьей сонатой Золотарева, ее слушали на ура, на бис принимали! А ведь это 23 минуты сложнейшей музыки, сплошной авангард. Сейчас трудно играть такую музыку. Всем нужны сиюминутные аплодисменты. Вышел на сцену - аплодисменты. Чем только не берут: играют одно и то же, самую популярную музыку.

-- Чем это объяснить?

-- Мы выросли из народного любительского музицирования - гармоника, баян. Корни наши - из народа. Чем удобен баян? В нем есть и мелодия, и аккомпанемент. У скрипки или духовых инструментов - только мелодия. У фортепиано вроде есть и мелодия, и аккомпанемент, но он не транспортабелен. Его нельзя переносить по свадьбам. Вот баян можно. Потому он и появился в народе.

Когда Губайдуллина стала сочинять для баяна

-- Много ли пишут композиторы для баяна?

-- Теперь да. Но лет сорок назад крупные композиторы для баяна не сочиняли. Сами баянисты, которые обладали импровизационным даром, стали брать народные темы и делать к ним вариации. Один из таких самородков - Иван Яковлевич Палицкий из Саратова, столетие которого мы отмечаем в этом году. Он написал замечательные вариации на темы русских народных песен, сделал обработку "Жаворонка" Глинки, и пошло. Затем появились композиторы-народники, профессионалы - Чайкин, Холминов, Шишаков. Наши баянисты играли и Шостаковичу, и Холминову, но баян не производил на них впечатления. Мы все мечтали: "Нам бы выбраться туда, в элиту". С помощью Третьей сонаты Золотарева мне удалось вырваться. Для меня начали писать Александр Холминов, Эдисон Денисов, Александр Журбин, Кирилл Волков. Когда уж и Губайдуллина стала сочинять для баяна, встрепенулись и другие композиторы. Баян утвердился. Композиторы используют его и соло, и в ансамбле. Образно говоря, раньше мы просили написать для баяна, теперь композиторы нас просят играть новые сочинения. Но что интересно. Выйдя на такой уровень, мы, баянисты (я имею в виду и педагогов, и слушателей, и студентов, и любителей), вдруг растерялись. А туда ли мы зашли? Меня давно уже упрекают: Липс баян не туда завел. Получается как в том анекдоте. Шли к высокому, свернули в переулочек - пивка чуть-чуть попьем. Такое ощущение, что испугались. Поэтому публике теперь надо только быстрое и веселое.

-- Вы говорите, баян молод. Что это значит?

-- Середина прошлого столетия - это примерный отсчет появления профессиональной школы в России, когда баян, аккордеон стали частью образовательного процесса в средних и высших учебных заведениях. По-моему, в 1948 году открылся факультет народных инструментов в институте имени Гнесиных, потом в других вузах. Сейчас, кроме Московской консерватории имени Чайковского, баян есть везде.

-- Русская баянная школа и западная отличаются?

-- Разность есть всегда. Чайковского лучше играют русские симфонические оркестры, Бетховена - наверное, немецкие, Штрауса - венские. Тут никуда не денешься. Так и у нас. Нашу школу уважают, боятся на конкурсах. Потому что мы лидеры. Мы все время даем стабильные результаты. А в Европе конкуренция: то из Франции кто-то "выстрелит", то из Италии, из Финляндии. Наша школа - технически более оснащенная, может быть, более эмоциональная. Иногда нам ставят в упрек, что слишком романтично играем Баха, надо бы строже играть. Это правильно, потому что славянская душа прорывается даже в музыке барокко. С другой стороны, у меня тоже есть претензии к западной школе. Там слишком все прагматично. Тем не менее в Москву едут учиться отовсюду, ряд ведущих российских баянистов активно давал мастер-классы за рубежом. Четко можно сказать: европейцы многому у нас научились и теперь сами репродуцируют товар высокого класса. Сейчас искусству игры на баяне хотят научиться китайцы.

Ученики - всегда лауреаты

-- В класс профессора Липса трудно попасть?

-- У нас демократия. Люди приезжают, пишут заявление, у какого педагога хотели бы учиться. Я могу выбрать из тех, кто захотел учиться у меня.

-- Ваши ученики всегда побеждают на конкурсах?

-- В основном да. Но дело не в этом. Раньше было два международных конкурса в год, и к ним еще всесоюзный отбор. Выйти на международную арену было очень трудно. Когда в 1969 году я получил первую премию в Клингентале, после конкурса нас принимала министр культуры Фурцева. Слева сидели лауреаты-вокалисты - Ирина Архипова, Владислав Пьявко, Тамара Синявская. Справа - баянисты. Теперь ни министр культуры, ни Швыдкой у поезда не стоят. Конкурсов много, участие принимают те, у кого есть средства приехать, оплатить взнос, гостиницу. Звание лауреата несколько девальвировалось. Это жаль.

-- Говорят, молодежь теперь другая, более образованная. Вы согласны?

-- Думаю, молодые люди больше подготовлены к нынешней жизни, более прагматичны. Они ощущают необходимость найти свою нишу в жизни, творчестве. Теперь выпускнику никто не предлагает готовое место. Каждый должен устраиваться сам.

Жизнь в самолете

-- Вы спокойны, обстоятельны, никуда не торопитесь. Это и есть размеренная профессор-ская жизнь?

-- Размеренная, спокойная? Что вы. Моя жизнь - вечный стресс. Можно судить даже по географии. В Америке и Норвегии были концерты и запись. Вскоре после возвращения из Челябинска предстоит концерт в Москве, посвященный Софье Губайдуллиной. Потом в Саратове играем Пьяццоллу с моим квинтетом, два отделения. После возвращения в Москву на следующий день еду в Казань - играем два отделения Губайдуллиной. Это ее город, у нее юбилей - 75 лет. 10 декабря - российская премьера, со струнным квартетом имени Глинки будем играть Квинтет для баяна Подгайца. Дальше концерт в Ростове - "Липс с симфоническим оркестром", фестиваль Губайдуллиной в Торонто, мой сольный концерт в Москве... Я подсчитал: более шести часов разной музыки мне надо держать в пальцах, чтобы быть готовым сыграть сегодня одно, завтра - другое.

-- Вы хотя бы газеты читаете?

-- Газеты я читаю все время - в метро, самолете, поезде. К сожалению, все газеты у меня старые, потому что в Москве прочесть не успеваю. В Челябинск привез газеты двухнедельной давности. И книжки читаю. Недавно прочел, наконец, Довлатова, "Москва-Петушки" Венички Ерофеева. Сейчас читаю нашумевшую книжку Дэна Брауна "Код да Винчи". Не потому, что модно. Просто очень многое мне кажется интересным - не могу оторваться. Жаль, времени свободного мало. Я и в Челябинске продолжаю работать: редактирую свой очередной сборник, который выходит в печать в декабре. Сегодня с утра, например, в гостинице проигрывал два сочинения оттуда, корректировал.

Буквально две недели назад в Вильнюсе играли со скрипачом Гидоном Кремером "Семь слов" Софьи Губайдуллиной на фестивале "Кремерата-Балтика". Знакомы мы давно, перезваниваемся. Летом не мог ему дозвониться, поэтому спросил: "Гидон, ты все еще живешь в Париже?". Он ответил: "Да, я все время живу в Париже. Но меня все время там не бывает". И я подумал: такая занятость, когда постоянно находишься в разъездах, делах, в состоянии стресса, - это есть, очевидно, и мой стиль жизни.

Комментарии
Комментариев пока нет