Новости

Пожар в заведении "Юнона" произошел в воскресенье в полдень.

52-летний водитель припарковал старенькую "Тойоту" на горке.

Из-за инцидента движение  в сторону проспекта Энгельса оказалось частично заблокировано.

По данным Пермьстата, обороты заведений общепита резко просели.

Добычей безработного пермяка стали 5800 рублей.

23-летний Анатолий вышел из дома 10 февраля и больше его никто не видел.

В Арбитражный суд Пермского края обратилась компания "Росстройсервис".

В ближайшие сутки на территории края ожидаются снегопады и метели.

В ближайшее время жестокий убийца предстанет перед судом.

Отца двоих детей искали двое суток.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Не в провинции, а в открытом обществе

10.02.2007
Колоссальная инерция высшей школы - это большой плюс, считает ректор ЧГАКИ Владимир Рушанин

Елена РАДЧЕНКО
Челябинск

В 25 лет Владимир Рушанин был самым молодым в Советском Союзе кандидатом исторических наук. Сегодня он - первый ректор творческого вуза, которому предстоит пройти процедуру выборов по новой системе.
Получив поддержку коллектива Челябинской государственной академии культуры и искусств (ЧГАКИ), он отправится в Москву, на собеседование в Агентстве по культуре и кинематографии. Там  В. Рушанин должен будет защищать свою программу развития вуза на ближайшие пять лет.

Колоссальная инерция высшей школы - это большой плюс, считает ректор ЧГАКИ Владимир Рушанин

Елена РАДЧЕНКО

Челябинск

В 25 лет Владимир Рушанин был самым молодым в Советском Союзе кандидатом исторических наук. Сегодня он - первый ректор творческого вуза, которому предстоит пройти процедуру выборов по новой системе.

Получив поддержку коллектива Челябинской государственной академии культуры и искусств (ЧГАКИ), он отправится в Москву, на собеседование в Агентстве по культуре и кинематографии. Там В. Рушанин должен будет защищать свою программу развития вуза на ближайшие пять лет.

Когда пять лет назад новый ректор робко сказал, что академия может зарабатывать деньги, в ответ раздался стон: "Как мы можем зарабатывать? Кому нужны библиотекари?"

За пять лет ЧГАКИ преобразилась, это заметно всем. Преодолевая понятие провинции географической, вуз стремится вписать свою деятельность в контекст общемировой культуры. Находит ли деятельность ректора поддержку в Министерстве культуры? Деньги опять же академия научилась зарабатывать, открыв несколько востребованных современным рынком специальностей. Нет ли на этом пути существенных потерь?

-- Владимир Яковлевич, вы как историк изучаете народное образование и общественные движения дореволюционной России. Было ли в этом прошлом нечто такое, что почти невозможно воспроизвести сейчас?

-- Пожалуй, это высокая степень корпоративности, истоки которой еще в традициях средневековых университетов. Профессора жили жизнью своих студентов, поддерживали их общественные движения. В истории российской высшей школы было много случаев, когда профессора подавали в отставку, желая поддержать студентов в их борьбе, в каких-то прогрессивных устремлениях. Вот эта корпоративность (студенты и профессора - одна семья), к сожалению, в советское время была утрачена. Объясняется это тем, что мы ведь создавали массовую высшую школу...

-- Стоит заметить, что в небольшой по числу студентов академии культуры и искусств много личного общения студентов с преподавателями, почти семейная атмосфера. В этом отношении вы ближе к дореволюционной модели, чем к советской...

-- Это продиктовано органикой нашего творческого вуза: творчество предполагает общение студента и мастера буквально с утра до вечера. Я очень люблю наш вуз, потому что в шесть утра уже горят окна: в классах для индивидуальных занятий студенты играют на инструментах. В одиннадцать вечера окна все еще горят: это наши театралы репетируют спектакли, они любят это делать вечером. Здесь - штучное производство, основанное на личностном общении. Мы сознательно это культивируем. Думается, нам удалось сделать академию родным домом для студентов, сотрудников, преподавателей. Если вы заметили, каждый из наших семи факультетов отличается "лица не общим выраженьем" : оформлением, подходом, особой эстетикой.

-- В стране идет реформа высшей школы. Как это соотносится с вашими устремлениями? Подкрепляет это их или заставляет преодолевать дополнительные трудности?

-- Как историк я к слову "реформа" отношусь очень настороженно. Вслед за реформой всегда идет контрреформа, это закономерность цивилизации. Нашей высшей школе не везет: она никак не может выйти из такого состояния. А это - лихорадка, смена акцентов, растерянность преподавателей, отсутствие стабильности и предсказуемости финансирования. Что значит, например, введение Единого государственного экзамена? Для гуманитариев он, как я считаю, неприемлем. А для вузов культуры и искусства - ну совсем плохо! Стандарт для творческого человека - это гибель. Я не хочу быть примитивным: в любой науке есть догмы, азы профессии, но любая творческая личность ценится за свою уникальность. Есть каноны красоты, но выдающимися актерами становятся Иннокентий Смоктуновский, Ролан Быков, Евгений Евстигнеев, Евгений Леонов...

Или возьмите попытку навязать российской системе образования европейские и американские стандарты. Конечно, наша высшая школа не может жить изолированно. Но это должно быть взаимное движение: мы идем навстречу наиболее ценным их наработкам, а Европа воспринимает достижения высшей российской школы. Ведь что получается? Нас заставляют переходить на бакалавриат и магистратуру, для этого необходимо будет отказаться от трехзвенной системы обучения. Музыканта у нас сейчас готовят в школе, училище, вузе. Потом он поступает в творческую аспирантуру. Учится 17-20 лет. Зачем же нам разрушать эту систему? Ведь на бакалавра учатся всего четыре года, но за этот период достигнуть вершин исполнительского мастерства невозможно. Это чревато тем, что в угоду Болонскому процессу будет разрушено то, что складывалось столетиями и вызывает глубочайшее уважение и признание всего мира! Хотя в том же Болонском университете да и в целом на Западе никто не понимает это так примитивно. Запад как раз понимает, что он должен взять то хорошее, что накоплено в нашей высшей школе и что уже является элементами общемировой культуры.

-- Что же может защитить высшую школу от непродуманного реформирования?

-- Высшая школа обладает колоссальной инерцией, и это в данном случае большой плюс. Ведь если пришел компьютер, это не значит, что он заменил живое общение мастера с учеником. Кроме того, ректорское сообщество достаточно хорошо консолидировано. На всех доступных нам уровнях мы проявляем свою позицию.

-- У творческого вуза, вероятно, есть какие-то особые проблемы?

-- Из 3000 российских вузов творческих - менее пятидесяти. Надо признать, что наш голос не очень силен. Но когда нам говорят, что переведут нас из ведомства Министерства культуры в Министерство образования, мы возражаем: ведь там не очень хорошо понимают нашу специфику.

-- И тем не менее это произойдет?

-- Пока нам удалось отстоять нашу позицию. Видите ли, нас ставят в очень двусмысленное положение. В условиях государственного недофинансирования некоторые творческие вузы как бы сжимают свою деятельность: ни командировок, ни изданий... Наша академия хочет жить полноценной жизнью. Мы открываем и лицензируем востребованные рынком специальности - экономист, менеджер. Благодаря этому находимся на плаву: можем развивать свою базу, посылать за границу студентов, открывать типографию и студию звукозаписи. Но тут говорят: так у вас уже почти половина специальностей не относится к культуре и искусству! Правда, я не могу с этим согласиться: мы открываем специальности, связанные с экономикой и управлением социально-культурной деятельности, - разве они не к нашему ведомству относятся? Ведь сфера культуры, в том числе и массовой, настолько специфична, что надо готовить специалистов "в теме". Или специальность "связи с общественностью" - современная культура немыслима без таких специалистов. Я считаю, что все эти придирки - от лукавого.

-- Тем не менее есть ли какие-то положительные моменты реформы высшей школы?

-- Вузам дана большая самостоятельность. Сегодня наши студенты выезжают в Минск, Ташкент, Баку, Болгарию, Германию. За год у нас около сотни человек побывало в таких творческих командировках. Это концертная деятельность, плановый обмен студенческими делегациями. Например, мы посылаем группу студентов-библиотекарей на месяц в Казанский университет культуры и искусств. Они ходят на занятия, живут в общежитии, посещают театры, музеи, консерваторию. А на их место приезжает казанская группа. Это колоссальная встряска для студентов и преподавателей. Такую же группу мы отправляем в Краснодар. Недавно наши режиссеры телевидения выезжали на две недели во ВГИК. Все это помогает осознать, что мы живем не в провинции, а в открытом обществе. И у студентов это воспитывает гордость, патриотизм. Ведь почему, кстати, на Западе так развиты спонсорство, помощь выпускников своим вузам? Потому что выпускники испытывают благодарность к своему вузу не только за то, что получили специальность, но и приобщились к спорту, встретили любимого человека: Я очень люблю, когда студенты приходят в академию со своими родственниками или друзьями. Мне бесконечно дорого наблюдать за тем, как студенты проводят экскурсию по академии, как они гордятся всем этим. В таком бытовом, быть может наивном, плане реализуется эта идея: академия - это наш дом. И в то же время это храм. 16 лет назад здесь училась Инга Оболдина, одна из самых востребованных нынешних актрис, а вот портрет Инги Оболдиной, лауреата Международной премии имени Станиславского. Это дает очень хороший настрой.

-- Из тех задач, которые вы ставили перед собой, что-то не получилось?

-- Нам не удалось за пять лет решить задачу повышения статуса вуза: от академии к университету культуры, искусств и информатики. В науке мы сделали большой шаг вперед, но повышение нашего статуса тормозит то обстоятельство, что критерии научной деятельности, увы, универсальны для всех вузов. Иметь кандидата наук хореографа или телевизионного режиссера - это чрезвычайно сложно! Я считаю, что поставить спектакль и написать диссертацию - вещи очень близкие, требующие от автора использования всех его возможностей. Но пока эта позиция не находит понимания в наших "верхах", мы стремимся подтянуться до принятых норм.

-- Владимир Яковлевич, а какова, так сказать, расстановка сил внутри академии? Ведь творческими людьми являются и студенты, и преподаватели...

-- В творческий вуз идут на имя, это не секрет. Приведу пример: полтора года назад мы взяли на работу Евгения Александровича Левитана. Он профессор, заслуженный деятель искусств, ученик Нейгауза и педагог от Бога. Это редкое сочетание. С приходом Евгения Александровича ситуация на кафедре специального фортепиано качественно улучшилась. Признаюсь: мне как ректору не всегда бывает просто. Многие преподаватели считают себя великими: кто-то до тех пор, пока рядом не появилась величина, которая заставит по-новому взглянуть на окружающий мир. Преподаватели очень ревниво относятся к нарушению равновесия. Но ведь это большая беда вуза, когда глаз замыливается, все привыкают друг к другу: Мне говорят иногда: как здорово, что у вас работает так много выпускников вашего вуза! А ведь это не так уж и здорово, если критическая масса собственных выпускников превысит допустимую норму, получится неизбежное тиражирование одного и того же. Я не призываю к потрясениям, но нужен разумный баланс, в том числе и возрастной, преподавательского состава. Когда человек 15-20 лет заведует кафедрой, а в это время рядом с ним подрастают люди, и они все еще "мальчики-девочки", оглянуться не успели, а им уже через два года на пенсию - это печально. Люди не смогли реализоваться, они просидели в ассистентах. Моя позиция: надо всячески помогать ветеранам, но они должны понимать, что есть период активного творчества, в том числе административного, а есть период, когда нужно освободить дорогу своим ученикам, которые в противном случае окажутся просто заблокированы. Среднее поколение не должно "пересидеть" на вторых ролях, у этих людей не должен накапливаться дискомфорт.

-- У этой проблемы есть решение?

-- Стараюсь добиваться того, чтобы ветераны ощущали себя нужными академии, а молодые чувствовали свою перспективу.

Комментарии
Комментариев пока нет