Новости

Хищника вел по проспекту Ленина неизвестный мужчина.

Мама дошкольницы успела отдернуть дочь и льдина ударила по плечу ребенка.

Мило улыбнулись и поздравили с 23 февраля.

Праздничные выходные на День защитника Отечества будут аномально теплыми.

С 23 февраля свердловские гаишники переходят на усиленный режим работы.

Если тенденция сохранится, руководство пересмотрит программу неполной занятости.

В местах компактного проживания возводятся жилые дома, детсады, школы и центры.

День защитника Отечества артиллеристы отметят салютом в Екатеринбурге.

Сейчас проходят смотры, соревнования и выставка «Мужчина–Воин–Охотник в различных этносах».

Приборы для замера выбросов могут появиться при въезде в столицу Южного Урала.

Loading...

Loading...




Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Плати или умирай!

03.03.2007
Здравоохранение после всех реформ превратилось в медицинское обслуживание

Мне 77 лет. В 1937 году государство убило моего отца, в 60-е годы он был реабилитирован, а я получил статус репрессированного. В войну, едва окончив семилетку, поступил на работу на оборонный завод в небольшом городке Пермской области, позднее был награжден медалью "За доблестный труд в Великой Отечественной войне", чем очень горжусь, и получил, следовательно, статус ветерана войны, правда, с оговоркой - "труженик тыла". Сорок с небольшим лет назад, после службы в армии и окончания вечерней школы (может быть, нескромно об этом говорить, но я горд, что школу окончил с золотой медалью) приехал к родственникам в Челябинск, чтобы получить высшее образование. Поступил котельщиком на электрометаллургический комбинат.

Здравоохранение после всех реформ превратилось в медицинское обслуживание

Мне 77 лет. В 1937 году государство убило моего отца, в 60-е годы он был реабилитирован, а я получил статус репрессированного. В войну, едва окончив семилетку, поступил на работу на оборонный завод в небольшом городке Пермской области, позднее был награжден медалью "За доблестный труд в Великой Отечественной войне", чем очень горжусь, и получил, следовательно, статус ветерана войны, правда, с оговоркой - "труженик тыла". Сорок с небольшим лет назад, после службы в армии и окончания вечерней школы (может быть, нескромно об этом говорить, но я горд, что школу окончил с золотой медалью) приехал к родственникам в Челябинск, чтобы получить высшее образование. Поступил котельщиком на электрометаллургический комбинат. В 1965 году окончил вечерний факультет тогдашнего политехнического института. На ЧЭМК проработал 33 года на разных должностях - мастер, начальник отдела кадров, начальник литейного цеха, лаборатории. Общий мой трудовой стаж - ровно 50 лет, вследствие чего удостоен звания "ветеран труда", заработал профессиональное заболевание, получил два инфаркта, инсульт и инвалидность второй группы. К слову, работал-то я на государство, на благо страны.

Подавляющее большинство нынешних пенсионеров и огромное количество тех, кого теперь стали называть "льготниками", имеют схожую биографию. Все они отдали стране лучшие годы жизни, а получили... то, что получили.

Какую бурю в народе вызвал вступивший в действие два года тому назад пресловутый закон N 122 "О монетизации льгот"! Чтобы как-то локализовать конфликт, министр Зурабов и его присные бросились "в народ" : разъясняли, уговаривали, убеждали. Что-то постепенно стало "устаканиваться". Со второй половины 2005 года в организованных в спешном порядке льготных отделах некоторых аптек (поначалу по одной на район) стали появляться необходимые лекарства, предписанные врачами, пусть не в полном ассортименте и в незначительных количествах, но все же. Наш брат льготник ринулся в поликлиники. Надо заметить, что большое количество, так сказать, больных со стажем за многие годы уже подобрали с помощью врачей лекарства и, не обращаясь часто в поликлиники, просто покупали их, если могли. Теперь необходимо ежемесячное обращение за рецептом. Проблемой стало попасть на прием к врачу, особенно к узкому специалисту, кои и есть-то не в каждой поликлинике. Ввели систему талонов. Вроде бы благое дело, но, как в большинстве случаев в современной чиновничьей России, добро обернулось злом. Поскольку врачей мало, а льготников уйма, надо было разгрузить регистратуру. Талоны стали выдавать один-два раза в неделю. Посмотрел бы Зурабов, да и местное медицинское, и не только, чиновничество, что творилось в эти дни в регистратурах. Под моим окном вход в районную поликлинику. Летом с половины шестого утра у дверей начинали собираться страждущие, и к половине восьмого здесь была огромная толпа. Немощные терпеливо стояли в ожидании доступа к стойке регистратора. Можно себе представить, что они если не говорят, так думают о "родном" государстве. Зимой и в дурную погоду страдальцев запускают внутрь. Весь довольно узкий вестибюль заполняется плотной массой людей. Настолько плотной, что персонал поликлиники проходит на работу через черный ход или лабораторию, где тоже скапливаются жаждущие. Талонов, конечно же, хватает далеко не на всех стоящих в ожидании, и они приходят снова и снова, пока не повезет. Получив заветный номерок, надо подойти к окну помещения, где хранятся амбулаторные карты льготников, и получить бумагу, называемую талоном, размером в пол-листа, где регистратор заполняет до десятка граф. Этот талон после приема заполняет врач, как бы отчитываясь перед ФОМС. Между прочим, это еще одно нововведение, что-то вроде сдельщины. Чиновник будет считать, сколько врач принял, что сделал и т.д., и решать, сколько стоит труд того или иного врача.

После того как удалось попасть на прием, бедолага-льготник получает желанный рецепт. Поначалу не было проблем с выпиской требуемых лекарств, содержащихся, кстати, в утвержденном ведомством Зурабова льготном списке. Но большинства из них не оказывалось в аптеке. Там завели журнал регистрации неудовлетворенных рецептов, якобы, чтобы по мере поступления лекарств известить больного. Но журналы были столь велики, что нечего было и думать, что вам позвонят: звони сам, справляйся. А сверху требовали отчеты, как удовлетворяются потребности в лекарствах. Помнится, как-то был телесюжет, где Зурабова об этом спрашивали. Тогда, чтобы не портить статистику, ввели ограничения: выписывать рецепты только на те препараты, которые имеются в аптеке. Именно в это время областной министр здравоохранения Шепелев бодро рапортовал в интервью, опубликованном в региональной вкладке газеты "Аргументы и факты", что в области необеспеченность лекарствами по льготным рецептам составила 3 (!) процента.

Дальше - больше. Если в 2005 и в первой половине 2006 годов никого не заботила цена на необходимые по медицинским показаниям лекарства из льготного списка, то, вдруг спохватившись, стали вводить следующие ограничения: не больше определенного количества рецептов одному больному (дошло до четырех). Поначалу я попытался выяснить у замглавврача поликлиники, как же быть, если у меня столько заболеваний, что кроме участкового терапевта (по поводу последствий двух инфарктов и желудочно-кишечных заболеваний) я вынужден обращаться также к неврологу (последствия инсульта), урологу (простатит, пиелонефрит, мочекаменная болезнь), хирургу (артроз и варикоз). Эта дама только развела руками. То, что она мне сказала, находилось за пределами врачебной этики, так как мне предоставили выбор: можешь купить - хорошо, не можешь... Увы, не могу я воспользоваться советом выбирать, что важнее. Рад бы выбирать, да только плоть моя не позволяет. Хорошо, если в отсутствие нужного препарата обостряется один недуг, а если они, эти недуги, вдруг сговариваются, что нередко, и враз нападают? Государство уже приучило нас терпеть, и тем не менее...

Наступил 2007 год. Уже в конце декабря прошлого года выписку рецептов прекратили под тем предлогом, что лекарств в аптеках нет, зачем затрачивать труд и переводить бумагу. Все-таки я настоял, и через руководство поликлиники выписали мне четыре препарата. В аптеках их действительно не оказалось. Когда же я вновь пришел после январских "каникул", заявили, что прошлогодние рецепты недействительны и показали мне бумажку об этом со ссылкой на федеральный закон N 178-ФЗ от 17.07.1999 г. Простите, но тогда никакой монетизации льгот и в помине не было!

Дальше будет еще интересней. При очередном посещении участкового терапевта в январе я услышал от него, что теперь лекарства будут выписываться в пределах суммы, содержащейся в "социальном пакете", то есть не более 380 рублей. Результатом посещения главного врача поликлиники (кстати, очень приятной и доброжелательной женщины) стало получение мной листовки, которая в тот день наклеивалась на двери врачебных кабинетов. В ней расписаны бюджет ФОМС и "лимит" финансовых средств на дополнительное лекарственное обеспечение (ДЛО) для области, города и поликлиники N 1 на первый квартал 2007 года, таким образом была определена "средняя температура по больнице". По въедливости своей я взял два числа: лимит и количество льготников, поделил одно на другое и получил, что мне причитается даже не 380 рублей, а только 137 с копейками. И тут сэкономил кто-то.

Следующий мой визит был к заместителю начальника городского управления здравоохранения. При всей приятности общения результат был обескураживающим. Оказывается, город перебрал выделенные средства и задолжал 50 миллионов... Когда я спросил: "Кому?", ответа не было.

Итак, 380 (или 137) рублей "отвалило" мне государство на лекарства. Что может на эту сумму приобрести инвалид, да еще и с целым букетом заболеваний? Один только сустак (и подобные ему препараты), которые нельзя не принимать при стенокардии, стоит более 100 рублей, а омник так вообще 1500, детралекс 750 рублей и так далее... Когда не было ограничений, я "выбирал" лекарств на сумму 1500-2000 рублей. Позволит ли мне такие траты невысокая пенсия? И мне ли одному? Есть, правда, положительный момент. Очередь в регистратуру, о которой, кстати, говорилось в вашей газете ("Очередь в поликлинике? Врач ответит", 31.01.2007) исчезла. Зачем туда идти?

Позволю себе еще один-два из множества примеров того, что наше здравоохранение превращается в медицинское обслуживание. Полтора года тому назад послало меня варикозное расширение вен к ангиохирургу. Такого специалиста в моей поликлинике нет, после записи и 20-дневного ожидания посетил я специалиста в поликлинике N 3. Доктор посмотрел и назначил лечение. Должен сказать, эффективное (конечно, не лечение как таковое, а меры, предупреждающие обострение), спасибо бы ему сказать, но... Спустя полгода я лечился в гастроэнтерологии горбольницы N 3. Памятуя о том, что тот самый ангиохируруг работает в этой больнице, нашел его, попросил посмотреть мои болячки и, к удивлению своему, услышал отказ: "Пусть меня заведующий отделением гастроэнтерологии закажет". Та объяснила мне, что в больнице между отделениями установлены финансовые отношения: вызываешь врача из другого отделения - заплати.

Нынче уже, чтобы подтвердить необходимость в обеспечении меня предписанным тем ангиохирургом препаратом (детралекс), замглавврача нашей поликлиники потребовал новой консультации. На сей раз я обратился в поликлинику N 8. Доктор очень внимательно осмотрела мои ноги и направила на ультразвуковую допплерографию (два обследования). Такая услуга оказывается не в каждом медучреждении, доктор порекомендовала мне поликлинику больницы ЮУЖД. Там мне не отказали, но предложили заплатить за каждое обследование по 500 рублей ("Вы не наш больной"). Найти другие места, кроме частных фирм, не удалось. Помогло обращение в городское управление здравоохранения. Спасибо! Но... А как же другие больные, подобные мне?

Еще один пример. Моя стенокардия (последствие инфарктов) требует периодического снятия электрокардиограммы. Получив направление у кардиолога, нужно еще взять талончик в регистратуре с указанием даты и времени приема. "Мы выдаем талоны два раза в неделю - понедельник и среда - в половине восьмого утра". Дважды в течение недели я с трудом дозванивался до регистратуры в течение четырех-шести минут и оба раза получал ответ: "Талоны уже розданы". Позвонил в регистратуру днем, уточнил, что талонов нет, и спросил, нельзя ли мне пройти это обследование за плату. "Пожалуйста, заплатите в бухгалтерию 97 рублей".

Вся аптека перед стойкой регистратуры обвешана прейскурантами платных услуг, оказываемых поликлиникой: от осмотра врачей до, скажем, УЗИ. Их специалисты поликлиники оказывают не во внеурочное время, а в часы, когда они могли бы принимать обычных пациентов.

Хотел бы высказать предложения. Первое из них уже давно высказано: не надо нам подачек в виде льгот (натуральных ли, монетизированных ли), заплатите нам за наш труд в результате которого крепла страна, создавалось то, что теперь разграблено нуворишами и жуликами, установите такие пенсии, чтобы мы могли, если не ездить по заграницам, так хоть родственников навестить, чтобы лекарства были доступны, а на столах появились рекомендованные медициной продукты. Это предложение, я предвижу, поддержки не найдет.

Второе предложение, по-моему, более реально. Надеюсь все-таки, что возобновится льготное обеспечение лекарствами. Чтобы сократить очереди в поликлиниках, на лекарства длительного применения выписывать рецепты на весь курс одновременно. Чтобы не "обвалить" аптеки, пусть эти рецепты будут разделены по месяцам.

Константин КАРЕЛИН, ветеран труда, труженик тыла, инвалид II группы Челябинск

Комментарии
Комментариев пока нет