Новости

10-летняя девочка находилась в квартире у незнакомой женщины.

Показы коллекции осень-зима 2017/2018 стартовали в столице мировой моды 23 февраля.

Смертельное ДТП произошло на автодороге Чайковский – Воткинск.

Благодаря снимку космонавта Олега Новицкого.

Устроили «ледовое побоище».

Став «президентами», много чего пообещали.

Реабилитационную программу для спортсменов организуют в санаториях Сочи.

На Играх разыграют 44 комплекта наград.

Изменение рабочего графика затронуло входящее в группу "Мечел" предприятие "Уральская кузница".

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Виктор Тимашов: "Взятка - как беременность: либо есть, либо нет вовсе"

12.05.2007

20 мая 2007 года исполняется ровно три года  с того момента, как в отношении первого вице-губернатора Виктора Тимашова возбудили уголовное дело. Прокуратура обвинила его в организации "откатов" от предприятий геологоразведки. 18 марта 2006 года "Челябинский рабочий" в материале "Как бюджет "пилили" на взятки" познакомил своих читателей с обвинительным заключением в его адрес. Спустя год после той публикации, по завершении судебного процесса, Виктор Тимашов обратился в редакцию "Челябинского рабочего" с просьбой опубликовать на страницах нашей газеты его мнение по поводу уголовного преследования. Поскольку для независимого издания объективность - основополагающий критерий, мы его предложение приняли.

20 мая 2007 года исполняется ровно три года с того момента, как в отношении первого вице-губернатора Виктора Тимашова возбудили уголовное дело. Прокуратура обвинила его в организации "откатов" от предприятий геологоразведки. 18 марта 2006 года "Челябинский рабочий" в материале "Как бюджет "пилили" на взятки" познакомил своих читателей с обвинительным заключением в его адрес. Спустя год после той публикации, по завершении судебного процесса, Виктор Тимашов обратился в редакцию "Челябинского рабочего" с просьбой опубликовать на страницах нашей газеты его мнение по поводу уголовного преследования. Поскольку для независимого издания объективность - основополагающий критерий, мы его предложение приняли.

Оговоримся: хотя приведенные Виктором Тимашовым доводы были им озвучены в областном суде, их нельзя считать однозначно истинными. Это мнение подсудимого, его точка зрения, ответ на претензии прокуратуры (публикуется в сокращенном виде). Установление же истины - прерогатива суда, который 2 июля 2007 года огласит приговор чиновнику.

За что?

Наказание в 12 лет, которое запросила для меня сторона обвинения, является по статье о взятке максимальным. Во времена действия прежнего Уголовного кодекса РСФСР по этой статье по максимуму полагался расстрел. То есть прокуратура могла бы потребовать и расстрела, если бы был прежний уголовный кодекс. Впрочем, и 12 лет строгого режима при моем состоянии здоровья равносильны расстрелу.

Это не наказание - это месть. Это расправа! За что? Я не задерживался с поличным, нет ни одной видеозаписи события преступления, нет никаких отпечатков пальцев, нет аудиозаписей, в которых бы Тимашов показал свою заинтересованность в получении или вымогательстве каких-либо денег, ни-кто из свидетелей в суде не говорил, что лично Тимашов у него просил деньги или угрожал.

В суде не нашел подтверждения тезис о том, что Тимашов необоснованно завышал финансирование, все говорят как раз о нехватке денег. В суде также не нашел подтверждения тезис о том, что фирмы попадали в пообъектный план незаконно. Большое количество документов в деле, скорее всего, являются или недостоверными, или недопустимыми доказательствами. Мое материальное положение и объявленные и продекларированные денежные средства значительно превышают гипотетическую сумму взятки. Все деньги были обозначены Тимашовым при начале работы в администрации области еще в 2001 году. Проверка финансово-хозяйственной деятельности Коркин-ского стекольного завода, который я финансировал, не выявила никаких нарушений.

Гособвинитель утверждает, что дело имеет огромный общественный резонанс. Это правда. Но это резонанс не в смысле, что вот попался крупный чиновник, а резонанс другого рода. На моем примере видно, что есть силы и люди, которые ради достижения своих целей идут на провокации, на фальсификацию доказательств, на передергивание фактов. Что любой руководитель независимо от ранга, в случае если на него есть заказ, будет устранен.

Я надеялся, что прокуратура, как орган, который должен следить за соблюдением закона, сделает все возможное, чтобы оградить меня от всего вышеперечисленного.

Надзорное ведомство должно было полностью отказаться от обвинения. Это было бы законно, честно и по-государственному.

А были ли взятки?

Исследованы ли все версии преступной деятельности лиц, упомянутых в материалах дела? Существуют ли сомнения, в том числе неустранимые, в моей виновности? Установлены ли события, которые обвинением считаются незаконными? Установлено ли место, время и способ совершения преступления, чья имеется вина?

Я начну с материалов, касающихся так называемой взятки.

Установлены ли фактические обстоятельства взятки - было ли событие? Есть мнение юристов-профессионалов, что по категории "взяточничество" очень важно четко определить предмет доказывания. При этом, как говорится в одном из постановлений Верховного суда СССР "О судебной практике по делам о взяточничестве", "подлежит установлению место, время, обстановка и другие важные обстоятельства совершения преступления". Обвинение говорит, что, "разрабатывая план совершения преступления, Виктор Тимашов в начале 2002 года в Челябинске склонил Александра Лосева (на тот момент председателя совета директоров ОАО "ЮжноУральская горнорудная компания") выступить посредником между ним и предполагаемыми взяткодателями:". Но следствие не представило никаких данных о том, что такое предложение от Тимашова Лосеву поступило и что тем более Лосев согласился выступить всего лишь посредником.

Что же показали свидетели в суде? Ничего! Никто не смог подтвердить, что я выдвигал Лосеву незаконное предложение, никто не указал, что после какого-либо посещения Тимашова Лосев вышел из кабинета взволнованный или удрученный. Даже показания близкого человека, брата Лосева Михаила Леонидовича, 22 декабря 2006 года содержат лишь вот что: "Брат говорил, что деньги для Тимашова, но точно не могу вспомнить. Не могу сказать, виноват ли Тимашов в этой ситуации. Что связывало моего брата и Тимашова, не знаю. Может быть, у них были приятельские отношения. Я не имею сведений, чтобы Тимашов давил на брата".

Никогда в моем кабинете или ином месте Лосев не получал от меня требований собирать с кого-либо деньги для передачи мне. Разговора не было, угроз не было, свидетелей не было. Время Лосев также не называет. Его слова не соответствуют действительности. По смыслу совершаемых Лосевым действий он являлся окончательным лицом-получателем денег от геологических структур.

Взятка - как беременность у женщины: либо однозначно и без предположений есть, либо ее нет вовсе!

Зимой в парке: холодно

Обвинение оперирует ситуациями, при которых Александр Лосев, якобы выполняя мои требования, передавал мне деньги у парка имени Гагарина, у магазина "Диета" и у дома на улице Воровского, 15а, где я живу. Безусловно, такие места в городе существуют. В этих местах, равно как и иных в городе, я бывал неодно-кратно, поскольку в парке имени Гагарина я гуляю с семьей с 2003 года, когда родился мой сын. В магазине "Диета", расположенном по соседству с моим домом, мы делаем покупки.

Никто из свидетелей не подтвердил, что видел меня с Лосевым с машиной или без в 2003 году возле магазина "Диета" и моего дома. Никто из свидетелей не подтвердил, что видел меня с Лосевым в 2002 году в парке имени Гагарина. Наверное, это могли бы подтвердить мои водители Одольский и Ветров. Но в своих показаниях в суде первый говорит: "Лосева видел только по телевизору. Возил я Тимашова и в парк имени Гагарина, они там с женой часто гуляли".

Второй утверждает: "Вроде было что-то как-то летом: О Лосеве стало известно из прессы, а следователь сказал, что Лосев - это тот человек, которого я видел с Тимашовым в парке. Тимашов выходил с каким-то человеком. Я встал на стоянке багажником в сторону парка. Тимашов шел с кем-то вдвоем, а с кем, я не приглядывался. Один ушел в другую сторону, там машин целая стоянка. Встреча была точно летом, так как было жарко. Описать человека, который был с Тимашовым, не могу. Я описал Лосева со слов следователя. И про то, что человек с бородой - это Лосев, мне сказал следователь. Следователь мне давал наводящие вопросы, и я из-за этого про парк сказал и про улицу Труда. Следователь задавал много вопросов".

Между тем в протоколе нет ни одного вопроса!

По показаниям водителей я могу сделать вывод, что Ветров про парк говорит четко, но не про зиму 2002 года, когда Лосев якобы мне передал там деньги, а о лете. А о Лосеве ему сказал следователь и, по сути, вынудил простого и неискушенного в правовых вопросах человека приблизительно согласиться, что, может, он видел именно Лосева.

А Одольский связывает поездки в парк с моей женой, а не с Лосевым. И это опять же не зима. Уж простите, но гулять в лесу зимой холодно. Мы там летом гуляем.

Теперь более точно скажем о месте совершения преступления. Обвинение указывает на автомобили, в которых я якобы брал деньги. Именно об автомобилях, а не об офисах, кабинетах или улице. Свидетели сказали, что вроде бы у Лосева был какой-то "Мерседес". Нет, однако, указаний, что у него видели автомобиль "Ауди-А8". И это все, что есть в деле! 2 апреля 2007 года гособвинитель в своей речи вскользь сказал, сославшись на Ветрова, что тот видел "Ауди-А8". Не надо передергивать! Ветров не упоминал об этой машине! Никакими материалами дела не подтверждается, что автомобили существовали и принадлежали Лосеву. Нет документов из ГИБДД. Нет описания автомобилей, их номеров, справок на угон. Нет результатов их осмотра, а ведь это, по версии следствия, место, в котором якобы было совершено преступление. Я не садился в автомобили Лосева, если они у него вообще были, ни за деньгами, ни просто так. Более того, я утверждаю, что у Лосева автомобиля "Ауди-А8" вообще не было.

Теперь о времени, когда якобы передавались деньги. Даже сам Лосев внятно не называет время, когда он якобы это делал. Он постоянно путался и давал разброс в пару месяцев. Неужели для простого, честного парня это такое рядовое событие - передача взятки и соучастие в тяжком преступлении? Неужели нельзя запомнить день? Ну ладно - не день, но месяц-то явно можно! Все очень просто - показания Лосева пытались подогнать под какую-то логику по времени.

На путаницу в показаниях Лосева уже обращали внимание в зале суда все присутствующие, а мои адвокаты - еще и на его отказы признать первые протоколы допросов в 2004 году, и на заявление, что только в следственном изоляторе (СИЗО) он перестал бояться за себя и стал говорить правду. Знающие люди говорят, что СИЗО - это место, где скажешь что угодно, лишь бы выйти из него. И Лосев это подтверждает, поясняя, что протоколы допросов он толком не читал, подписывая, что дают. Получается, что место и время преступления не установлены. События преступления не было! Все доводы обвинения основываются лишь на предположениях.

Оконченным преступлением получение взятки признается с момента принятия материального вознаграждения лично взяткополучателем. Однако никаких достоверных фактов, указывающих на получение мною взятки, не существует просто потому, что я ничего не брал, и потому, что следствие никаких фактов не предъявило.

Кроме того, из смысла показаний свидетелей в суде и обвинения вытекает, что потерпевшие и свидетели, давая показания о якобы имевшей место передаче денег Тимашову, основывались на догадках, предположениях, слухах, а также показаниях Лосева. Они не могут с полной достоверностью указать иной источник своей осведомленности, кроме как показания Лосева, Коргутлова и Черкашева (последние двое на тот момент - директор ГУП "Южуралгеологоразведка" и начальник отдела недропользования областного комитета по природным ресурсам), которые сознательно вводили их в заблуждение.

Ни один из свидетелей не говорит, что он достоверно знает, что деньги передавались мне! Коргутлов в своих показаниях говорит, что "фактически всю работу в комитете вели Бабаец и Черкашев. Деньги предполагалось отдавать после получения из бюджета. Лосев сказал в машине, что надо отдавать Вите, и показывал пальцем вверх!" Коргутлов говорит, что "для него было аксиомой, что деньги отдадут Тимашову, но знал он об этом со слов Лосева. Лосев никогда напрямую не называл фамилию Тимашова. Это был такой подтекст".

Посредник или организатор?

Адвокаты обратили внимание на то, что в 2002-2003 годах Лосев знал среди высших руководителей государственных структур еще двух-трех человек с именем Виктор. И это очень известные люди, с полномочиями и связями, достаточными для влияния. Как могло случиться, что Лосев произвел впечатление человека, близкого к власти? Многие руководители увидели летом и осенью 2001 года внимание руководства области, в том числе и мое, к проблеме максимально быстрого развития новой рудной базы медной промышленности в условиях жесткого противостояния с УГМК. И впереди во многих процессах действительно был Лосев.

Вероятно, это создало иллюзию у него и ряда руководителей, что он многое может, а точнее, что ему многое можно.

Про мнению моих адвокатов, Лосев вводил в заблуждение представителей геологических организаций и не собирался ни при каких условиях передавать полученные деньги мне.

Выяснены ли следствием мотивы и цели предполагаемой дачи взятки и ее размеры? Лицо, которое желало дать взятку, могло действовать в ложно понимаемых личных интересах. В таких случаях необходимо было выяснить, кто из руководителей геологоразведочных предприятий поручал взяткополучателям добиться незаконным путем желательного действия или бездействия надлежащего должностного лица.

Ведь такие руководители являются организаторами дачи взятки. Расследование не может быть признано полным, если не установлены точные размеры полученного предполагаемым взяткополучателем незаконного вознаграждения (с учетом того, что я реально ничего не получал), а также доля преступного обогащения посредников - Лосева и Черкашева, действующих из личных интересов. Выясняя роль посредника, следствию надо было бы проверить, не был ли он организатором. В тексте обвинения упоминаются разные фирмы, от которых Лосев получил якобы для меня деньги. Никакими материалами дела не подтверждается, что я контактировал с этими фирмами, что общался с их руководителями. Они меня видели только по телевизору, и даже Коргутлов, который имел возможность со мной пообщаться, ни разу этого не сделал. Никто не говорил в суде, что я вносил им предложения о совершении противоправных действий.

Достоверно не установлен факт получения мною вообще каких-либо денег от Лосева, а не то что незаконного вознаграждения. Достоверно не установлен факт, что это вознаграждение мне якобы давалось за использование моего служебного положения в пользу "дающего". Достоверно не установлен тот факт, что использование мною своего служебного положения в пользу "дающего" связано с совершением им незаконного действия, которое является обязательным квалифицирующим признаком по статье 290 УК "Получение взятки".

Чиновник - значит вор?

Итак, на основании вышеизложенного можно сделать вывод, что уголовное дело в отношении меня основано на гипотезах, предположениях и заявлениях заинтересованных лиц: Коргутлова, Черкашева и Лосева, задержанного 7 января 2004 года в соответствии с законом на месте преступления при получении денег, которые он, как и предыдущие, намеревался присвоить себе. Есть все основания предполагать, что Лосев, используя свои связи среди сотрудников правительства области, в частности с Черкашевым, являясь членом научно-технического совета и прикрываясь именами высокопоставленных знакомых, совершил самостоятельное преступление.

Я не искушен в вопросах судопроизводства, но в управленческой деятельности и подставах, которые там возможны, кое-что понимаю. На мой взгляд, прокуратура проводит эксперимент, который может иметь далеко идущие последствия. Надзорное ведомство передало в суд дело по обвинению чиновника по статье, требующей не гипотез и догадок, а железных фактов! И смотрит, удастся ли ему без прямых улик и при весьма условных косвенных уликах, а точнее, на показаниях одного человека и слухах, посадить крупного чиновника. Это опасно потому, что госслужащие всех рангов, да и простые граждане с пониманием относятся и поддерживают правоохранительные органы, когда те берут с поличным взяточников. Я подчеркиваю, с поличным, как положено! Но когда госчиновник такого ранга почти три года доказывает свою невиновность только потому, что его оговорил один запуганный органами человек, то это сигнал, что завтра такое может произойти с любым.

Все и в области, и правительстве, да и прокуратуре прекрасно понимают заказной характер дела против меня. Надо признать, что заказчики и организаторы моего преследования своего добились: я реально не участвую в работе уже три года. Думаю, их результат уже не очень-то и интересует, хотя за-прошенные 12 лет, а это больше, чем дают некоторым убийцам, возможно, говорит о сильнейшем страхе: "А вдруг оправдают!"

Год назад я принял решение отказаться от суда присяжных. Дело в том, что нашему обществу присуще общее отрицательное отношение к чиновникам. При таком отношении к ним мне ожидать беспристрастности суда присяжных, состоящего из простых граждан, изначально не приходилось. На мой взгляд, сторона обвинения строила свои доводы по принципу: "Чиновник - значит вор и взяточник. А раз Тимашов - чиновник, то он и вор, и взяточник, даже если мы его за руку и не поймали!"

Вот уже почти три года я в отпуске без сохранения заработной платы. Именно в отпуске, а не уволен. А был бы незамедлительно уволен, если бы было понятно и очевидно, что я взяточник и преступник. Мой кабинет и приемная пусты, телефоны молчат. А ведь я еще могу работать и приносить пользу обществу:

Подготовил Михаил ШТАЮРА

Комментарии
Комментариев пока нет