Новости

По словам свидетелей задержания, активиста посадили в полицейскую машину и увезли в ОВД Дзержинского района.

По предварительной информации, площадь пожара превысила 400 квадратных метров.

Плакат у участников марша изъяли сотрудники полиции.

Несмотря на случившееся, Касьянов продолжил участие в памятном мероприятии.

Сообщение о возгорании автомобиля поступило на пульт экстренных служб в 05:53 с улицы Буксирной.

Чп произошло минувшей ночью в доме по улице Голованова.

Из-за аварии на энергосетях электричество в домах пропало в ночь на 26 февраля.

С 27 февраля за проезд придется платить 25 рублей.

Спортивный объект осмотрел глава Минспорта РФ.

Краснодарский край отметит 80-летие через 200 дней.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Серебры, чистое имя...

20.06.2007
Как измерить ее, глубину человеческого времени?

Михаил ФОНОТОВ
Челябинск-Карабаш

Нас было трое, кроме вездехода УАЗ: геолог Вениамин Васильев, археолог Владимир Юрин и я. Скажу лаконично, но, надеюсь, емко: в лесах, горах и на озерах к северу от Карабаша мы искали следы пребывания человека всех времен.
Первый пункт - озеро Серебры.

Первое впечатление на берегу озера Серебры: искать следы пребывания здесь человека не хочется. Хочется от них избавиться.

Как измерить ее, глубину человеческого времени?

Михаил ФОНОТОВ

Челябинск-Карабаш

Нас было трое, кроме вездехода УАЗ: геолог Вениамин Васильев, археолог Владимир Юрин и я. Скажу лаконично, но, надеюсь, емко: в лесах, горах и на озерах к северу от Карабаша мы искали следы пребывания человека всех времен.

Первый пункт - озеро Серебры.

Первое впечатление на берегу озера Серебры: искать следы пребывания здесь человека не хочется. Хочется от них избавиться. Так их много.

Озеро считается памятником природы. Считается, но не является. Я думаю и не додумаюсь, за что озеро так обозвали. Звучит-то издевательски. Тут от природы мало что осталось. Что помнить-то? Если Серебры памятник, то памятник векового обкуривания природы. Пять труб-"сигар" Карабаша много лет травили ядовитыми дымами "свое", под боком, озеро с чистым именем Серебры. Здесь на всем следы выжигания. Березы, все еще, как ни странно, живые, стоят, будто обожженные. Кварцево-белые камни подернуты несмываемой копотью. Мертвый дерн выгорел, а на нем тут и там мрачные пятна черного мха.

Озеро Серебры и весь его бассейн люди мучительно долго и болезненно медленно убивали: то душили газами, то травили ядами. Много жизни тут убито. Что-то живое чудом спаслось. Вдруг на черной, будто пожарище, полянке - беззаветная сосенка-малолетка, а то - осторожный кустик травы. Когда природа выйдет из комы, обезвредит токсины, которыми пропитана, переболеет своими хворями, преодолеет свою слабость? И хватит ли у нее сил?

Копоть озера Серебры - это след людей ХХ века. От них же еще один след - стеклянный. Все идет к тому, что в течение этого, XXI века берега озера будут засыпаны сплошным слоем битого бутылочного стекла толщиной сантиметров 10. Такая засыпка замедлилась только тем, что появились бутылки, которые разбить нельзя, а можно выбросить в воду...

Других следов на берегах озера Серебры как будто нет. Но они есть. Если не только смотреть, но и видеть. Их увидел Вениамин. Это - круги углежогов. Один, второй, третий... Их много, может быть, по всему берегу.

Круг углежогов - это едва заметный ров, описывающий круг диаметром больше 20 метров. К середине он приподнят пологим куполом - нечто вроде перевернутого блюдца. Вениамин принес лопату и, похрустывая сухими ветками и рассекаемыми корнями, выбрасывая из-под них иссиня-черную землю, выкопал шурфик, из которого, будто фокусник, извлек блестящие куски древесного угля, пролежавшего здесь, пожалуй, больше 100 лет.

Мы забываем, что в истории Урала, уральской природы, уральских лесов, уральских крестьян было два угольных века.

То были два века лесной трагедии и крестьянской каторги.

Я стою у угольного круга и пытаюсь представить, как это было тогда, очень уже давно. Так давно, что будто ничего и не было.

В книге Вильгельма де Геннина "Абрисы", описывающей уральские заводы ХVIII века, есть глава про "угольное дело", в которой дотошно описывается, как следует выжигать древесный уголь. На рубку леса крестьян созывали к 20 марта. Вообще-то работа начиналась с апреля, потому что глубокий снег не позволял подбираться к стволам так, чтобы не оставлять высоких пней, но, по Геннину, расчет на то, что пока крестьяне разобьют стан, сложат шалаши, получат наряды - тут и апрель. На рубку отводился месяц. "А с мая месяца для пахоты и посеву хлеба отпущать крестьян из дровосеков в домы".

Порядок такой. Рубить, "сколько возможно, близ коренья". Толстые поленья колоть, а те, которые в диаметре меньше двух вершков (вершок - 4,45 см), класть в поленницу целиком. "Годную сосну на валы, бабы, доски и другое строение, а березу на топорища и ладони обходить и оных отнюдь рубить не велеть". Если в сосновом лесу попадутся березы, то с них кору надо соскоблить. И так далее.

Рубка леса продолжится осенью. А с конца сентября и почти весь октябрь, до холодов, крестьяне таскали поленья на тока и складывали в кучи. В середине кучи поленья располагали так, чтобы получилась труба. А понизу к трубе шли несколько продушин. Куча покрывалась дерном толщиною в 1,2 вершка (около 7 см), дерн засыпался "доброю землею, а не песком и не щебнем".

Куча (еще говорили "кабан") зажигалась с трубы. После этого с куреня нельзя было отлучаться ни днем ни ночью. От жигарей требовалось "жечь неторопко, чтобы не могло оставатца многих головень", но и чтобы не пережечь поленья.

Поздней осенью крестьяне кучи ломали, разгребали уголь, а зимой вывозили его на завод.

Заводам Екатеринбурга, как свидетельствует де Геннин, требовалось 60780 коробов угля в год (короб - 20 пудов). Для этого надо было нарубить 15195 сажен дров и сложить 760 куч. Точная дата - 1733 год.

Это была очень тяжелая повинность. Не иначе - каторга.

В романе Евгения Федорова "Каменный пояс" есть эпизод, как Ивашка Грязнов, тот самый атаман, который позже, в пугачевские годы, брал Челябу, попал на эту лесную каторгу. "От едкого дыма, копоти и смрада, которые беспрерывно вздымались от тлеющих под дерном дров, у жигарей разболелись глаза, тяжелым и неровным стало дыханье, у многих в груди появилась боль, сильное сердцебиение".

По соседству с Ивашкой у кучи возился тщедушный мужичок Петр Фляжкин. Когда "кабан" угасал, он поднимался на верх кучи и раскапывал пошире трубу. Однажды ночью он, поднявшись к трубе, оступился и упал вниз в горящее пекло. Все закончилось тем, что Ивашка однажды схватил злобного куренного мастера, бросил его в костер и убежал с куреня.

Судя по всему, крестьяне-углежоги терпели куренную каторгу, безнадежно смирившись с ней, очень долго, а если бунтовали, то от отчаяния, без расчета на успех. Так, в апреле 1841 года отказались работать ревдинские углежоги. Хозяева вызвали войска и поставили два взвода против толпы. Первые выстрелы из нескольких ружей не испугали углежогов. Наоборот, забросав солдат камнями и обломками чугуна, они бросились в атаку на ружья и пушки. "Крайность заставила сделать выстрел из орудия картечью в центр толпы". Тем выстрелом были убиты 25 мужчин и 18 женщин, а еще десятки - ранены.

К сожалению, мы не знаем общей картины "угольного дела" на Урале. Можно только предположить, что "на уголь" работали тысячи и тысячи крестьян, что были вырублены тысячи и тысячи гектаров леса, что уголь искалечил и погубил тысячи и тысячи жизней. За черный уголь было заплачено красной кровью.

Углежоги ХVIII и ХIХ веков, разумеется, не знали, что производство, на которое их сгоняли в леса, было химическим. Поленья в кучах содержали в себе, если не вдаваться в тонкости, три элемента - углерод (почти половина), кислород (чуть меньше) и водород (совсем немного). В куче - при температуре 600, 700 градусов - дрова горят без горения, без пламени, без (почти без) кислорода. Кислород из воздуха все испортит - дрова сгорят, останется одна зола. Смысл как раз в том, чтобы изгнать из дров кислород и водород, оставить как можно больше углерода. Того самого углерода, который деревья на протяжении своей жизни (лет сто) потребляли из углекислого газа воздуха и копили в своей ткани.

Древесный уголь и есть почти чистый углерод, лучший из углей. В нем мало серы, фосфора и других примесей, которые вредны в сплавах и газах. Лучше древесного уголь активированный, получаемый из древесного же, если его пропарить горячим паром.

С древесным углем произошло то же, что произойдет, допустим, с каменным углем или с нефтью, - однажды люди поняли, что плавить чугун с помощью древесного угля - непозволительная роскошь. Природа этого не простит: так можно лишиться лесов. Древесного угля едва хватило на два века.

А теперь? Теперь древесный уголь нам ни к чему? К чему. В продаже древесный уголь для мангалов, грилей, барбекю, кальянов, каминов... В брикетах, в мешках, даже в форме поленьев. Топливо без угара. Элитное топливо. Топливо комфорта.

Но, может быть, еще важнее другое свойство древесного угля: он - прекрасный сорбент. Может быть, лучший из натуральных сорбентов. В воде, в воздухе и других загрязненных средах он наводит почти идеальную чистоту. Однако, к сожалению, чистить древесным углем, например, питьевую воду такого города, как Челябинск, уже накладно. А чистить желудки угольными таблетками - еще доступно.

Впрочем, нельзя сказать, что древесный уголь исчезает из нашей жизни. Из жизни россиян - да, он на грани исчезновения. На душу населения у нас приходится 100 граммов древесного угля. А в Европе - 20 кг, в Скандинавии - 25, в Японии - 60. Всего в мире производится 9 млн. тонн угля в год. Из них на долю Бразилии приходится 7,5 млн. тонн, на долю России - 100 тысяч тонн (в СССР было 350 тысяч тонн).

Надежда на то, что создаются новые технологии сухой перегонки древесины, которые позволяют использовать все древесное - корни, ветки, валежник, опилки. Правда, на эти "отходы" претендентов все больше.

Древесный уголь знали еще люди каменного века. В том числе, может быть, и те, которые жили на берегах озера Серебры. А в том, что они здесь жили, сомнений нет. Пока я ходил с фотоаппаратом, Юрин и Васильев собирали, как они говорят, "археологию" палеолита. Да, с поверхности земли, без лопаты, "голыми руками" они поднимали серовато-зеленоватые сколы и отщепы яшмы и кремния. Я тоже нашел несколько яшмовых пластинок, которые природе самой, без человеческих рук, так не сколоть и не заострить.

На берега озера Серебры, в этот медный, серебряный и золотой край, люди приходили во все времена. И оставили здесь свои следы. То есть информацию о себе. Ее, информации, очень много. Мы, их потомки, прочитали только самое азбучное. А все остальное - читать и читать...

Комментарии
Комментариев пока нет