Новости

К счастью, водителя в машине не было и никто не пострадал.

Еще несколько человек получили травмы различной степени тяжести.

Молодого человека задержали с крупной партией наркотиков.

Палец 7-летнего мальчика застрял в ручке сковородки.

День Защитника Отечества отметят ярко и креативно.

Робот Т800 двигается и отвечает на вопросы любопытных.

Научное шоу «Астрономия» пройдет 25 и 26 марта.

Деятельность подпольного игорного заведения была пресечена правоохранительными органами.

Чудовищные нарушения санитарно-эпидемиологических норм выявила прокурорская проверка.

О мужчине, находящемся за рулем в нетрезвом виде, стражей порядка предупредили горожане.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Урал пора "расконсервировать"

04.08.2007
Бизнесмен, металлург, путешественник, меценат Павел Рабин считает, что эзотерика древнего Тибета понятнее и логичнее,  чем современная российская жизнь

Марина ЗАГИДУЛЛИНА
Челябинск

- Павел Беньяминович, читатели "Челябинского рабочего" информированы о ваших экзотических путешествиях - в Монголию, Китай, Латинскую Америку: Через неделю вы вновь отправляетесь в долгий путь - на этот раз в Тибет. Как новый  проект связан с предыдущими, что собой представляет?
- Свою очередную экспедицию мы назвали "Алмазное кольцо" - это известное в буддизме понятие, которое как раз и показывает  духовную направленность нового проекта. Но, конечно, не только в буддизме дело. Задумав такое "двойное" кольцо (в августе-ноябре этого года по часовой стрелке вокруг Тибета, а в феврале-апреле следующего года - в обратном направлении по Индии), мы хотели погрузиться в атмосферу Чужой Жизни (хочу напомнить, что так и называется вся серия наших путешествий по земному шару). Но, в отличие от прочих проектов, здесь важно понять антитезу "запад-восток".

Бизнесмен, металлург, путешественник, меценат Павел Рабин считает, что эзотерика древнего Тибета понятнее и логичнее, чем современная российская жизнь

Марина ЗАГИДУЛЛИНА

Челябинск

-- Павел Беньяминович, читатели "Челябинского рабочего" информированы о ваших экзотических путешествиях - в Монголию, Китай, Латинскую Америку: Через неделю вы вновь отправляетесь в долгий путь - на этот раз в Тибет. Как новый проект связан с предыдущими, что собой представляет?

-- Свою очередную экспедицию мы назвали "Алмазное кольцо" - это известное в буддизме понятие, которое как раз и показывает духовную направленность нового проекта. Но, конечно, не только в буддизме дело. Задумав такое "двойное" кольцо (в августе-ноябре этого года по часовой стрелке вокруг Тибета, а в феврале-апреле следующего года - в обратном направлении по Индии), мы хотели погрузиться в атмосферу Чужой Жизни (хочу напомнить, что так и называется вся серия наших путешествий по земному шару). Но, в отличие от прочих проектов, здесь важно понять антитезу "запад-восток". Почему западный "цивилизованный" человек так активно стремится к восточной "нецивилизованной" жизни? Что он там ищет и находит ли? Не является ли западническое представление о восточной духовности прочным культурным мифом, развернутым еще во времена раннего Просвещения? В ходе путешествия я хочу понять, есть ли она - цивилизация духовного производства, альтернатива нашей цивилизации материального потребления.

-- Нет сомнений, что для многих людей ваши путешествия выглядят как типичные чудачества богатого человека: вот, мол, не знает, на что бы еще деньги потратить. С другой стороны, создается впечатление этакого "романтического двоемирия" и "бегства от действительности" : едет, лишь бы подальше от нашей "бучи - боевой, кипучей" :

-- Это точно не чудачество, а бегство, да, возможно. Я прожил в советской системе 45 лет и все это время пытался понять, что с нами происходит, откуда у нас эти двойные стандарты, зыбкая мораль. Тогда и сформулировал для себя определение "размытая нравственность". То есть жизнь без четких установок в сознании, какие-то случайные императивы, которые смутно определяют твои поступки. Например, мамины наставления, дворовые "понятия" : Библейские заповеди нам тогда не были известны, вместо них невнятный коктейль с моральным кодексом строителя коммунизма в качестве главного ингредиента. Перестройка выявила точки кристаллизации. Общество стало структурироваться: вот либеральная интеллигенция, вот олигархи, вот бандиты со своей нравственностью, вот лилипуты-бизнесмены - никого не убьют, хорошего ничего не сделают, но испортить, отобрать - почти суть деятельности. И все-таки тогда было ощущение, что люди очищаются. А сегодня размытая нравственность обернулась безнравственностью. И это устраивает всех! Раньше мы годами находились в состоянии застоя, а сейчас торжествует откровенный отстой.

-- А в чем, по-вашему, проявляется торжество этого отстоя?

-- Во время перестройки люди кинулись искать нравственные ценности в литературе, в искусстве. И не находили. Но хотя бы искали! Дезориентированная масса мыкалась в поисках выхода из тупика. А потом все просто приспособились к этому тупику. Пришло новое поколение, незаметно для себя и окружающих выработавшее целую иерархию безнравственности, превратившее ее в заманчивую систему ценностей, сохраняя лукавый стандарт власти, в который раз доказывающий свое бессмертие и способность выдерживать любые потрясения и катаклизмы. Перед нами вновь старая добрая советская система бюрократического беспредела. И результат его победы ясен: возникла ситуация вседозволенности, когда всего можно достичь, не тратя ума, не прилагая усилий, - только прислуживая "правильной" фигуре, то есть тому, кто может разрешить. И это начинается с самого верха, например, когда невесть откуда появляется компания "Байкалфинансгрупп", покупающая активы ЮКОСа за неведомо откуда взявшиеся миллиарды долларов, а президент их уверенно аттестует: "Я знаю этих людей, они давно работают в энергетике". Классический вариант бесстыдной экспроприации собственности у бизнеса в пользу государства! И самое главное - "в пользу государства" давно уже не означает (а может быть, никогда у нас и не означало) "в пользу народа".

-- Но тогда вообще никакого развития бы не было, а все же оно есть.

-- Да, есть! Потому что вопреки всей этой безнравственности существует малый и средний бизнес, который пытается ей противостоять. Но долго ли он продержится, если приоритет - не работа, не предприимчивость, а так называемый административный ресурс? Я надеялся, что если первое поколение предпринимателей не было особенно респектабельным, то их дети создадут "светлое будущее". Но дети выросли в сегодняшней атмосфере и свято верят, что безнравственность - единственный способ существования. Они уже не могут распознать аморальность и безнравственность всего этого. Все тщательно заштукатурено красивой фразеологией. Это спекуляция высокими словами. У чиновника есть одна забота - дать или не дать тому, кто просит, причем решение будет зависеть от сросшегося с первым вопроса "А что я с этого буду иметь?" И когда слушаешь или читаешь какой-нибудь отчет наших высокопоставленных местных чиновников, становится не то что грустно, а обидно. Например, один из них после четырех лет работы во власти считал своим достижением, что теперь бабушки в больницы со своими простынями не ходят - власть обеспечила. А недавно ваша газета опять написала, что не только бабушки, но уже и дедушки вынуждены ложиться в больницу со своим постельным бельем, поскольку больничные простыни серые и драные. Выходит, годы правления прошли впустую. Забота о народе для власти заключается не в том, что чиновник должен дать людям все, а в том, что он должен обеспечить возможность законного и свободного решения своих проблем самими людьми, защиту их от любого произвола. Общество в идеале должно состоять из честных, умных и ответственных за результаты своих действий людей. Принцип один - я отвечаю за себя (потому что когда "я отвечаю за все", это равнозначно "ни за что не отвечаю"). Я отвечаю за все то, за что я сам берусь. Вот раньше тот, кто не мог расплатиться по долгам, стрелялся, и это не мода была, а принцип, такое понимание чести.

-- Вот вы говорите о местной ситуации, ее безнадежности. Можно вспомнить и суровую историю с тюрьмой. Почему же вы провели здесь жизнь, почему не уехали отсюда?

-- Я всегда любил путешествовать, но никогда не искал самореализации в другом географическом пространстве. Важно одно: где родился, там и сгодился. Здесь ты хорошо знаешь свое окружение, кто на кого влиял, какие книги читали, что обсуждали, кого уважали и чье мнение считали авторитетным. Здесь можно быть со всеми вместе и одновременно уходить далеко вперед. А в любом другом месте всегда есть что-то такое, чего не знаешь и уже никогда не узнаешь. И потому неизменно останешься чужим. Челябинск - в хорошем смысле слова нормальный провинциальный мегаполис. Геостратегически это точка между западом, востоком и югом, именно караван-сарай, перевал. А сюда согнали людей, насильно город индустриализовали, все засекретили, ограничили доступ людей, идей, и он сформировался как глубоко провинциальный, в нем погиб этот "геовектор", убита энергетика какого-либо иного развития, кроме индустриального, - город превратился в консервы времени.

-- Тогда есть ли вообще перспектива у нашего города, области, возможна ли "расконсервация" этого пространства?

-- Я много об этом думаю. По-моему, у Челябинской области нет индустриального будущего. Максимум 20 лет - и все природные ресурсы будут исчерпаны, а новые месторождения потребуют новых предприятий, которые целесообразнее будет строить в других местах. И просматриваются только два пути: первый - возвращение к модели логистического дистрибьюторского центра, а второй - туризм, который, например, на Аркаиме по доходам мог бы при грамотной постановке дела заменить ММК, хотя инвестиций потребуется гораздо меньше. Если бы Магнитогорск выглянул из своего кокона и вложился в Аркаим, уже пошли бы деньги. Но в то же время ясно, что Аркаим должен остаться научным центром, а значит, находиться под эгидой международных организаций, например ЮНЕСКО, то есть принадлежать всему миру. Тогда бы и был доход в пять-восемь миллиардов долларов в год, перекрывающий индустриальные обороты. И деньги шли бы в развитие природного заповедника, а не в трубы, железо и вредные выбросы.

Но я уверен, что пробить эту идею невозможно. Разве поднимется власть до экстравагантного решения отдать Аркаим всему миру? Сегодня на Аркаиме нет ничего, кроме легенд и мифов. Но если миф захватит все человечество, туда направится нескончаемый поток людей. Природная среда никогда и никого не разочарует. Миф мифом, но ведь правда, что энергетика этого пространства ощущается любым побывавшим там человеком (тем более вырвавшимся из городского "муравейника"). И появятся дороги, гостиницы, рабочие места. Это ли не счастливая жизнь? И дело не в том, миф ли это или правда. Вон к усадьбе якобы Дракулы (в общем-то просто литературного персонажа) до 300000 туристов в год приезжает. А ювелир Сваровски из шахты, где он добывал хрусталь, сделал музей - 1,5 миллиона посетителей ежегодно. Это правильная стратегия - ориентиром здесь являются культуросберегающие технологии.

-- Но способен ли бизнес выйти к этим новым, гуманистически ориентированным горизонтам?

-- С моей точки зрения, главный позитивный сдвиг в бизнесе сейчас связан с переходом от бизнеса обслуживающего к бизнесу созидательному. Я уверен, что в ближайшие десятилетия бизнес построит новый формат качества жизни - это разрыв с нагромождениями городских многоэтажек, переход к жизни в своем доме, ближе к земле. Здесь целая армия бизнесменов нужна. Вот на эту сторону деятельности я смотрю как на проект социально значимый, который власть должна всемерно поддержать. Любые аспекты такого бизнеса актуальны. И здесь речь не о банальной спекуляции, а именно о проектировании новых домов, новых взглядов на проживание. Проектирование в данном случае - термин, обозначающий работу творческую, созидательную, совместную с потребителем, который должен открыть в себе новые потребности - более светлые, более логичные, чем сейчас, ориентированные на духовность, а не на никому ненужную излишнюю роскошь, подавляющую душу человека больше, чем нищета.

Предыдущие 15 лет бизнес занимался преимущественно, во-первых, товарооборотом (и это, конечно, останется), во-вторых, обслуживанием новых форматов капиталистических отношений, неизвестных широким массам (брокерство, банки, приватизация), в-третьих, использованием недр. Но созидательного здесь ничего не было. Только второй тип бизнеса был связан с новыми отношениями, а первый и третий - нет, они использовали либо ранее созданные возможности, либо принадлежащие всем недра. Но сейчас общество накопило материальные ресурсы и моральные потребности в долгосрочном улучшении жизни. Дома, квартиры, дачи, дороги к ним, связь, инфраструктура - такова необъятная стезя улучшения качества жизни. Все это сможет сделать только бизнес, государству даже с национальными проектами такое не под силу.

-- Но в такой перспективе очень плохо просматривается поворот к духовно ориентированному обществу, о котором вы говорили раньше. Как же быть с минимизацией потребностей?

-- Повышение качества жизни не касается потребительской гонки. Вот когда у человека пять самых больших в мире яхт - это действительно победа потребительского начала. А домик в деревне - просто альтернатива изнуряющей жизни в душном мегаполисе. Смена парадигмы не может быть мгновенной. Это долгий, трудный процесс, может быть, лет на тридцать-пятьдесят, пока все укоренится. Но противоречия я не вижу - качество жизни повышается не потому, что люди присвоили больше материальных благ, а потому, что они перешли в новый, одухотворенный формат, где ценится не количество, а именно качество - чистый воздух, вода, зеленый лес, возможность по росе босиком походить или рыбу половить. Когда-нибудь человек неизбежно станет достаточно мудрым для того, чтобы вернуться в природное пространство. Ведь "ждать милостей от природы" гораздо правильнее, чем "брать их у нее".

-- Тогда вернемся к романтическому бегству. Вы покидаете Челябинск ради дальних странствий: в этом году Тибет, в следующем - Индия. А дальше?

-- В 2009 году планирую отправиться в Папуа-Новую Гвинею, где надеюсь приобщиться к пралогическому сознанию. А в 2010-м собираюсь увидеть Антарктиду. Там, говорят, как раз к этому моменту должны пробурить четырехкилометровую толщу льда и добраться до озера, которое никогда не видело солнечного света. А вдруг там какая-то особая жизнь, и может ли вообще быть жизнь без солнца? Так хочется отвернуться от "недалекого прошлого" и заглянуть в будущее, пусть даже столь же недалекое.

Павел Беньяминович Рабин родился 9 апреля 1946 года в Магнитогорске, там же окончил восьмилетку, индустриальный техникум и горно-металлургический институт по специальности "инженер-металлург". С 1965 года трудился на ЧМЗ в мартеновском цехе, удостоен звания "Почетный металлург", награжден Почетной грамотой губернатора Челябинской области. С 1979 года работал в научно-исследовательском институте техники безопасности черной металлургии (ВНИИТБчермет). В 1991 году основал собственное дело. В 1998-м был арестован по надуманному обвинению и почти три месяца провел в Магнитогорском СИЗО. Уголовное дело закрыто за отсутствием состава преступления. В настоящее время - президент созданного им многопрофильного холдинга "RB Group", некоммерческого партнерства Свободная экспедиция "НОМАДЫ XXI", продюсер цикла документальных фильмов "Чужая жизнь", автор идеи и один из организаторов проекта международной геостратегической игры "Охота на Снарка", организатор проекта "Караван кочевого искусства-2006" в Монголии, командор экспедиций "Грани Латинской Америки", "Алмазное кольцо".

Комментарии
Комментариев пока нет