Новости

Шокирующий инцидент произошел 24 февраля в Верещагино.

Пострадавший пятилетний ребенок госпитализирован.

О молодом человеке, лежащем на снегу около железнодорожного моста через Каму сообщили свидетели ЧП.

64-летняя женщина организовала кредитно-потребительское общество, устроенное по принципу МММ.

Пострадавших госпитализировали в медучреждения.

Наряды ДПС будут приближены к нерегулируемым пешеходным переходам.

На ярмарке можно будет купить оригинальные поделки или сделать их своими руками.

Приведут в порядок дворовые территории, подъезды, козырьки, кровли и тротуары.

По словам сына актера, Караченцов попал в аварию в Щелковском районе Подмосковья.

По предварительной информации, причиной ЧП стало короткое замыкание электропроводки.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Высокое призвание

25.08.2007
27 августа легендарному синоптику  Татьяне Леонидовне Ишуковой  исполняется 70 лет

Лидия ПАНФИЛОВА
Челябинск

Собираясь на встречу к Татьяне Леонидовне Ишуковой, я перепутала адрес и зашла не в тот дом. На мой звонок открыла незнакомая женщина: "Вам Ишукова нужна? Так она в 30-м доме живет!" Подхожу к нужному дому, мальчишки во дворе спрашивают: "Вы к кому?" "К Ишуковой!" - отвечаю. "Первый подъезд, 12-я квартира!"
Ишукова - человек, которого в Челябинске знают все. Как только ее не называют: "культовый синоптик", "народный метеоролог", "уральская звездочка" и даже "толстый градусник". И все эти эпитеты справедливы, потому что  Т.

27 августа легендарному синоптику Татьяне Леонидовне Ишуковой исполняется 70 лет

Лидия ПАНФИЛОВА

Челябинск

Собираясь на встречу к Татьяне Леонидовне Ишуковой, я перепутала адрес и зашла не в тот дом. На мой звонок открыла незнакомая женщина: "Вам Ишукова нужна? Так она в 30-м доме живет!" Подхожу к нужному дому, мальчишки во дворе спрашивают: "Вы к кому?" "К Ишуковой!" - отвечаю. "Первый подъезд, 12-я квартира!"

Ишукова - человек, которого в Челябинске знают все. Как только ее не называют: "культовый синоптик", "народный метеоролог", "уральская звездочка" и даже "толстый градусник". И все эти эпитеты справедливы, потому что Т. Ишукова, без преувеличения, феноменально популярная фигура в Челябинской области. Однажды, будучи в командировке в Верхне-уральске, мы вместе зашли в старинный собор. Все прошли вперед и стали слушать священнослужителя, рассказывавшего об истории создания храма, а Ишукова в силу своей природной любознательности стала рассматривать какую-то деталь у входа, замешкалась и присоединилась к нам позже. Надо было видеть лицо батюшки, неожиданно увидевшего среди слушателей - кого же? - Татьяну Ишукову! Он тут же свернул свой рассказ и, по-детски улыбаясь, стал спрашивать Татьяну Леонидовну о погоде, хотя видно было, что интересует его совсем не погода, а вот эта возможность - вживую общаться с любимым комментатором, смотреть на нее, задавать вопросы...

Ишукову часто останавливают на улице незнакомые люди, здороваются, спрашивают, как она составляет свои прогнозы, просят автограф (один молодой человек даже не пожалел для этого зачетку, убедив Ишукову в ней расписаться). Было дело, Татьяна Леонидовна усмирила пьяного в трамвае, который при виде ее настолько расчувствовался, что забыл про кураж, обнял своего кумира и заснул у нее на груди сном праведника.

Ишукову не просто любят, ей доверяют (что в сегодняшней России совсем уж редкость) и прощают даже то, что ее прогнозы не всегда сбываются. А самое интересное в том, что своей известности она достигла без малейших на то усилий и какого бы то ни было пиара. Она просто больше 40 лет рассказывает нам о погоде. Рассказывает так, как рассказывают о жизни, в которой действуют противоборствующие силы, рождаются новые стихии, которые то проливаются дождями, то превращаются в ураганы и циклоны, и еще неизвестно, что там впереди - всемирное потепление или новый ледниковый период.

Говорят, что телеэкран - это увеличительное стекло, которое высвечивает даже то, что ведущий хотел бы скрыть. Челябинский телеэкран крупным планом показал органичность Ишуковой, ее открытость, широту интересов и в особенности чувство меры и такта, которые необходимы телеведущему как никому другому, ведь ему дано право без стука входить в наши жилища. В отличие от многих современных ведущих, эпатажность которых вызывает одно желание - выключить телевизор, Ишукова - желанный гость в каждом доме. Она не разрушает его атмосферу, а, напротив, привносит в нее нечто свое, и это нечто всегда созвучно нашему настроению, всегда кстати и к месту.

Думаю, последнее качество не только от природы. Татьяна Леонидовна - глубокий и образованный человек. Среднюю школу закончила с золотой медалью, институт - с отличием, защитила кандидатскую диссертацию, 30 лет является председателем ГЭК естественно-географического факультета Челябинского педунивеситета, не мыслит жизни без книг, любит стихи. А еще у нее прекрасное чувство юмора и точный язык. Рассказывая мне о своем коте Федоре, она буквально в нескольких словах сумела нарисовать образ настоящего кошачьего донжуана. "Его просто невероятно любили бабы!" - доверительно сообщила мне она о своем любимце.

Есть у Татьяны Леонидовны еще одно прекрасное качество - укорененность в среде, в которой она выросла. Она почти не была за границей, только в Чехословакии в студенческие годы, но в Челябин-ске знает все. В ее семейном альбоме рядом с образами родных людей (у Ишуковой двое сыновей, пятеро внуков и двое правнуков) - фотографии агрономов, краеведов, сельских учителей, библиотекарей, самодеятельных поэтов и композиторов, и о каждом она знает массу историй и удивительных подробностей.

Сегодня в умах молодого поколения утвердилась мысль: для того чтобы стать популярным, надо пробиваться на "фабрику звезд", сниматься в рекламных роликах, платить взятки и иметь собственного пластического хирурга. Ишукова напоминает нам о существовании другой системы координат: для того чтобы стать всенародной любимицей, необязательно быть гламурным персонажем - достаточно быть интересным человеком.

Родители. Война

-- Я родилась в Оренбурге 27 августа 1937 года в час ночи, - рассказывает Татьяна Леонидовна. - Мама родом из Челябинска, отец - из Нижней Салды. Там у нас на каждой улице родня, и все Суховы. Главное предприятие в городе - металлургический завод, и папа думал, что будет работать на этом заводе. Он даже поступил на металлургический факультет УПИ, и вместе с моей мамой они приехали из Нижней Салды в Свердловск. У них был ранний брак: мама преподавала физику на рабфаке, где учился отец, и была на три года его старше. Но он уговорил ее выйти за него замуж. В УПИ отец, отличавшийся прекрасным здоровьем, проучился недолго и был рекомендован в летное училище в Оренбурге. Это было престижно: в ту пору все девчонки мечтали об авиаторах, о них создавались фильмы.

Я родилась, когда отец заканчивал летное училище. По этому поводу друзья-авиаторы обозвали его бракоделом, но он сказал, что всегда мечтал о дочке. И это действительно было так: я хорошо помню, как, возвращаясь домой после полета, он первым делом хватал меня, тискал, играл. Помню День авиатора 18 августа 1940 года, широкий берег Урала, парк перед домом, вокруг летчики, я сижу на плечах у отца...

В апреле 1941 года он еще работал в училище инструктором высшего пилотажа, а потом его перевели в Ленинградский военный округ. Мы должны были последовать за ним. Мы - это пятилетняя я и полугодовалый брат Вовка. Мама срочно распродала вещи, мы сидим на чемоданах, но пока достаем билеты, приходит известие о гибели отца. Это произошло 18 августа 1941 года - в День авиатора. Товарищи видели, как самолет загорелся и стал падать, потом раздался взрыв... Леонид Сухов не сумел или не захотел покинуть свою боевую машину. Нам сообщили, что это случилось недалеко от Красногвардейска под Ленинградом, и я много лет искала этот Красногвардейск, перерыла кучу карт Ленинградской области, пока случайно не прочитала в одном из романов Всеволода Кочетова о том, что Красногвардейск - это новое название Гатчины, которую я прекрасно знала.

После гибели отца маму вызвали в военкомат и сказали, что она должна стать штурманом. А она смертельно боялась летать на самолетах. "Но у меня двое детей", - робко пыталась она возразить военкому. "За детей не волнуйтесь, их отдадим в интернат", - "обнадежили" ее. В итоге моя законопослушная мама взяла нас с братом и бежала из Оренбурга в Челябинск. Год мы скитались по родственникам, пока она не стала директором школы N 30 и не получила квартиру при школе. Помещение это, кстати, сохранилось по сей день, я убедилась в этом, недавно посетив родную школу в качестве гостьи. Впрочем, родной эта школа для меня не стала. Поскольку училась я только на "отлично", учителя посоветовали маме перевести меня в другую школу, чтобы избежать подозрений в том, что, дескать, пятерки Суховой ставят только потому, что у нее мать-директор.

"Как чудесно мы тогда дружили!"

Я стала ходить в женскую школу N 1. Весной и осенью бегала на занятия через детский парк, всякий раз пугаясь гусей, которые бежали за мной и шипели в спину. Зимой дорогу мне преграждала постоянно разливавшаяся в районе нынешнего Дома печати речка Челябка. Чтобы не замочить валенки, я ждала какую-нибудь машину, прицеплялась к ней, поджимая ноги, и таким манером добиралась до школы. Экстрим был частью нашего детства: однажды знакомый мальчик дал мне покататься на велосипеде, у которого не было тормозов, и я пробороздила подбородком тротуар. Вот, видишь, следы остались до сих пор. Вообще я была очень спортивной: обожала коньки, играла в волейбол, стояла на воротах во время футбольных матчей, но больше всего любила лыжи. Видимо, эта любовь передалась моему сыну Мише, потому что он встал на лыжи в два года и уже не захотел с ними расставаться. Мы надевали на него лыжи и вели в ясли. Пешком он идти отказывался.

Одна из моих подруг жила в доме, где располагался некогда известный магазин "Золотой ключик" на улице Спартака (сегодня - проспект Ленина). Во дворе у них была стайка с коровой, и по утрам ее отгоняли в стадо. В наши обязанности входило вечером забрать корову из стада и привести домой. Однажды она наступила мне копытом на ногу. Боль была адская.

Думаю, что наши взрослые увлечения, в том числе профессиональные, начинаются с детства, с наших первых симпатий и предпочтений, с нашей влюбленности в учителей. Мы обожали нашего преподавателя истории Изу Николаевну Васильеву и все поголовно хотели быть историками. Но потом к нам пришел замечательный физик Матвей Исакович Уманский, и к 10-му классу мы все бредили физикой, напрочь забыв об истории. Корни моей нелюбви к биологии, продолжавшейся и в институте, видимо, тоже шли от школы.

Наше детство не знало сословных различий. В школе N 1 учились дети работников обкома партии и дети простых служащих, но это не имело для нас никакого значения. Мы ходили друг к другу в гости, играли, занимались спортом. Отец моей подруги Галки Чернолуцкой, работавший в облисполкоме, вернулся из поездки в Германию и много нам об этом рассказывал. Запомнилось, что они ели суп из бычьих хвостов. Мы были потрясены: "Неужели это едят?!"

Со своими школьными друзьями мы встречаемся до сих пор, перезваниваемся и переписываемся. Одна моя подруга, которая теперь живет в Североморске, прислала стих, живо напомнивший мне впечатления детства:

"В Пионерский парк всегда

спешили,

После школы вкусно пообедав.

Как чудесно мы тогда дружили!

Как гоняли на велосипедах!"

О профессии

-- Татьяна Леонидовна, а как получилось, что вы выбрали Ленинградский гидрометеорологический институт?

-- У отца была младшая сестра тетя Зина. Она закончила Москов-ский военно-метеорологический институт, долгое время работала военным метеорологом на Тихо-океанском флоте и присылала нам свои фото в нарядной морской форме. Она и заронила во мне интерес к профессии, сказав, что такой выбор наверняка понравился бы моему отцу. Кроме того, тетя Зина первая сообщила мне о том, что популяризация метеорологических знаний - это тоже часть профессии метеоролога, и не менее интересная.

-- И как началась эта популяризация?

-- Дело в том, что сотрудничество со СМИ рекомендовано нам должностной инструкцией, но ни-кто этим заниматься не хотел, вот и поручили это мне как самой молодой. Самое первое интервью со мной сделала радиожурналистка Вера Филиппова, примерно тогда же пригласила к сотрудничеству журналистка "Челябки" Лия Абрамовна Вайнштейн, потом меня пригласили выступить на радио, и наконец настал черед ТВ.

-- Помните свою первую телепередачу?

-- Конечно. Я сижу перед камерой, говорю текст и вдруг случайно вижу свое изображение на экране, хочу ужаснуться (лицо красное, глаза выпучены), но не успеваю, потому что помощник быстро отворачивает от меня монитор. Передачи тогда шли только в прямом эфире, записи не было, так что я очень долго не видела, как выгляжу на экране. А когда увидела, было уже поздно: я привыкла к эфиру, да и зритель ко мне привык. Как это ни странно, даже во время своих первых передач я почти не волновалась перед камерой. Мне только иногда не хватало дыхания, чтобы завершить длинную фразу, и я жаловалась В.И. Тюрину. "Ничего, научитесь", - ободрял он меня.

Потом меня пригласил в свою передачу "Уральская неделя" Петр Александрович Погодин. "Неделя" шла в самое выигрышное время (с 8 до 9 вечера) и была очень популярной. Я выступала в самом конце. Говорят, у меня было редкое чувство времени: скажет мне Петр Александрович, что сегодня надо говорить 5 минут, - говорю 5. Скажет 2 - укладываюсь в 2. А уж когда 7 минут, соловьем разливаюсь.

-- А курьезы были?

-- Для меня не очень важно, как я выгляжу. Но Погодин настоял, чтобы я, как и дикторы, делала себе прическу. Мне сделали непривычную прическу в парикмахерской студии телевидения, я говорю в эфире и вдруг чувствую: начес сползает мне на лоб. А эфир - безжалостная вещь, он крупным планом показывает ужас в моих глазах и растерянность на лице, с которой я не могу совладать. Тогда, чтобы спасти положение, Погодин говорит мне: "Это муха, Татьяна Леонидовна, не беспокойтесь". Оказывается, муха села мне на прическу, а мне показалось, что это прядь волос сползает мне на глаза. Я говорю: "Господи, да откуда же здесь муха, к теплу, что ли?" В общем, мы свернули на тему погоды, но потом Петру Александровичу здорово досталось и за муху, и за разговорчики в эфире - тогда импровизации в кадре, мягко говоря, не приветствовались.

-- Вашей известности никто никогда не завидовал?

-- Много лет назад в гидрометцентр, где я работала, пришел новый руководитель и выразил недоумение, почему это, мол, на ТВ выступает не первое лицо, а Ишукова. Я не стала спорить и передала ему свои телевизионные полномочия. Опыт не получился: руководитель неестественно прямо держался перед камерой, облизывал пересохшие губы, запинался, потел, а после передачи пригласил меня к себе и попросил, чтобы все последующие передачи на ТВ вела я. В другой раз недовольство проявил оператор из новичков, дескать, почему вместо молодых и симпатичных девушек нужно непременно снимать Ишукову. Я опять не стала возражать. Оператор нашел молодых и симпатичных, пытался с ними работать, но потом сдался: "Нет, пожалуй, все-таки Ишукова..."

-- Личная жизнь публичных людей всегда окружена шлейфом слухов...

-- И я этой участи не избежала. Поскольку на телеэкране мы вы-ступали в паре с Погодиным, все думали, что у нас роман. Дошло до того, что когда у меня родился сын, принимавшая роды доктор сказала: "Поздравьте Петра Александровича, у него родился мальчик!"

-- Не обидно было слышать такое?

-- Я отношусь к сплетням как к издержкам своей профессии. А на мое отношение к Погодину это не повлияло. Я до сих пор считаю его одним из наиболее профессиональных челябинских журналистов. Когда у него отобрали передачу, дав взамен более высокую должность, он позвонил мне: "Татьяна Леонидовна, вы не хотите принять участие в последней нашей передаче?" "Я не могу этого сделать, потому что у меня родился сын", - ответила я ему. Он удивился, а потом искренне меня поздравил. Похоже, он был последним, кто узнал о рождении Миши.

О погоде

-- Татьяна Леонидовна, как вы считаете, почему у людей такой интерес к погоде? По большому счету, не все ли равно: 15 или 18 градусов на дворе?

-- Интерес действительно высокий, и не только в России. Когда в Челябинске готовили передачи о погоде с периодичностью раз в месяц, в Париже то же самое делали еженедельно, а в Норвегии каждый день посвящали этой теме 20-минутную передачу. Я уж не говорю об англичанах, у которых любовь к обсуждению погоды стала темой для анекдотов. Я думаю, дело здесь в том, что мы невольно стремимся к стабильности: кругом перемены, а погода всегда неизменна. Впрочем, Фазиль Искандер говорит: прогноз погоды нужен для того, чтобы уличить метеоролога в неточностях.

-- С чем связаны неточности?

-- Составление прогнозов - сложная физико-математическая задача. Для того чтобы составить только один прогноз погоды Челябинской области, надо проанализировать состояние воздушной атмосферы на пространстве от Лондона до Енисея, просмотреть огромное количество материалов, карт, статистических данных.

-- Какая погода вам лично нравится?

-- Прохладная. Возможно, это из-за комплекции, но мне всегда жарко, и я чувствую себя комфортно только под вентилятором.

-- А комплекция у вас всегда такая?

-- Нет, в детстве я была маленькая и худенькая. И малоразговорчивая. Мама вспоминает, что до двух лет я вообще молчала. Вот сейчас и наверстываю...

Вместо эпилога

В 1997 году в Челябинском драмтеатре проводилась передача "Поле чудес". Ишукову пригласили в качестве участницы. Когда она встала, зал зааплодировал. Якубович с нескрываемым удивлением посмотрел на нее и спросил:

-- Вы кто - мэр этого города?

-- Берите выше, - сказала Татьяна Леонидовна.

-- Неужели губернатор?

-- Еще выше! - отреагировала Ишукова.

Якубович поднял брови:

-- Я не могу проникнуть в тайну вашей профессии, назовите же ее.

-- Я - синоптик, - сказала Татьяна Ишукова.

Якубович сначала посмотрел на нее с непониманием, а потом развел руками, согласившись: синоптик - в буквальном смысле высокое призвание. По-настоящему звездное.

Комментарии
Комментариев пока нет