Новости

Шокирующее преступление было совершено в Кизеле в ночь на 28 февраля.

Парк имени Ленина приглашает в «Мурляндию».

Церемония закрытия состоялась на многофункциональной арене «Ледяной Куб».

Трехлетний мальчик умер в реанимации детской больницы Челябинска.

Можно быть в курсе всех новинок, не выходя из дома.

Чиновники сели за парты в школе управления.

Инвентаризация точек загрязнения главной реки России стартовала в Ярославской области.

По данным ГИС-центра ПГНИУ, заканчивающаяся сегодня зима стала самой снежной за последнее десятилетие.

В один из районных судов Великого Новгорода поступил необычный иск.

Олимпийца, многократного чемпиона СССР и чемпиона мира не стало в 69 лет.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
  1. Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?
    1. Команда останется без медалей - 10 (83.33%)
       
    2. «Трактор» завоюет Кубок Гагарина - 1 (8.33%)
       
    3. Повторит достижение 2013 года и станет серебряным призером - 1 (8.33%)
       

Вячеслав Глазычев: "Вертикаль власти - это химера"

27.10.2007
"Мистер "Монблан" считает, что Россия должна стать "федерацией городов"

Айвар ВАЛЕЕВ
Челябинск

Перефразируя одно известное высказывание, можно сказать, что для Вячеслава Глазычева политика стала продолжением архитектуры. Его научный интерес - формирование городской среды. А город - это не только дома, заводы и дороги. Это особые отношения между людьми, включая и людей из власти. В Челябинске за последние пять месяцев Глазычев был восемь раз.

"Мистер "Монблан" считает, что Россия должна стать "федерацией городов"

Айвар ВАЛЕЕВ

Челябинск

Перефразируя одно известное высказывание, можно сказать, что для Вячеслава Глазычева политика стала продолжением архитектуры. Его научный интерес - формирование городской среды. А город - это не только дома, заводы и дороги. Это особые отношения между людьми, включая и людей из власти. В Челябинске за последние пять месяцев Глазычев был восемь раз. Целью серии "круглых столов" под его председательством стала необходимость научить городские власти, во-первых, пользоваться знаменитым 131-м законом, во-вторых, сподвигнуть их на сотрудничество с муниципалитетами прилегающих территорий и, наконец, в-третьих, включить в схему принятия решений самих горожан. Несмотря на кажущуюся силу государства, страна управляется плохо. В откровенном интервью "Челябинскому рабочему" Вячеслав Глазычев прогнозирует очень скорые и важные изменения в устройстве власти. А также рассказывает о своих любимых городах, о трубках и соведущем по телепрограмме "Реальная политика" Глебе Павловском.

Расшевелить людей

-- Вячеслав Леонидович, в чем вы видите свою миссию, проводя много времени в российской провинции?

-- Действительно, сейчас я выезжаю в регионы четыре-пять раз в месяц. Проблема в том, что у нас в стране людям на местах никогда не давали инструментов реального самоуправления. Самое-то главное - дать им возможность считать деньги и самим решать, как их тратить. Наши профессионалы сделали в ряде сел хорошую работу, причем в тяжелых местах: в Адыгее, Удмуртии, на севере Пермского края. У них была задача одна - расшевелить местных людей так, чтобы они сами определили приоритеты. Что делаем: чиним колодец или яму засыпаем? И оказалось, что такое возможно, люди растормаживаются, начинают действовать. Но пока для этого, как правило, нужно внешнее вмешательство невключенного человека. В какой-то степени в Челябинске я им и являюсь.

-- Когда челябинцы смогут увидеть конкретные результаты этой работы?

-- Это всегда годы, щелчка тумблера здесь не получается. Если тут под эгидой заместителя мэра по экономике пройдет серия рабочих семинаров с главными архитекторами и теми, кто ответствен за экономику окрестных районов, изменения в разработку генплана будут внесены очень существенные. И такие усилия начнут сказываться. Правда, придется преодолеть такую гибель хищнических интересов, что это становится рисковым делом.

-- Чиновники, по вашим наблюдениям, заинтересованы в этом взаимодействии?

-- Чиновники разные бывают. К счастью, есть такие, которые видят пользу. По крайней мере, ваш мэр Михаил Юревич понял, что бульдозерное давление невыгодно. Что разумнее выстроить более человечные отношения.

Есть веник

-- Нет ли, на ваш взгляд, противоречия между делегированием реальных полномочий людям на местах и попытками выстроить "вертикаль власти"?

-- Дело в том, что вертикаль власти - абсолютная химера. Ее нет! Веник есть. По-прежнему доминирует ведомственный принцип: у каждой отрасли своя вертикаль, и все они плохо связываются на самом верху и так же плохо на уровне губернского начальства. Административно это преодолеть нельзя. Если все звенья этой цепи не включены во взаимовыгодную процедуру делания дела - шиш получается. До сих пор мы шли путем административным, и он себя очевидным образом исчерпал. Я ожидаю, что где-то с лета у нас должны начаться довольно существенные подвижки. Известные изменения алгоритма управления просто уже назрели. Сегодня отчасти это уже началось: перегруппировка ответственности между Министерством экономического развития и торговли и Министерством регионального развития - тому первая ласточка.

-- Это результат малой эффективности нацпроектов?

-- Нацпроекты оправдали себя как исследовательский инструмент. Иначе понять, что на самом деле происходит, верхний уровень власти не мог. Только проверив реакцию на вброс денег, можно было обнаружить, по каким причинам, скажем, проект по жилью не идет. Дело тут же уперлось в местные дела - в территориальные схемы и все прочее. Нацпроекты показали, что нельзя сохранять подобную ситуацию, когда есть сверхконцентрация ресурсов в федеральном центре, потом что-то передается на региональный уровень, а местному уже достаются крохи. Вроде бы это поняли достаточно ответственные люди.

Проблема "Москва"

-- Упомянутая вами сверхконцентрация ресурсов делает столицу отдельным государством. Вам не кажется, что Москва становится проблемой для целостности России?

-- Москва - это проблема для много чего. Для целостности, может быть, и нет, потому что контраст между столицей и провинцией - тема вечная. И не только для России. Франция предприняла огромные усилия, чтобы смягчить этот конфликт. У них тоже была колоссальная централизация. Но они осознали это как проблему. Начали над ней с конца 70-х думать, а с середины 80-х работать. Поэтому развился Прованс, поэтому появилась космиче-ская промышленность в Тулузе. И мы придем к этому.

-- А как вы считаете, идея федерализма еще жива? Или мы тихо строим унитарное государство?

-- Я выражу свою точку зрения. Боюсь, для России с ее разлапистостью идея федерации - это самообман. Но унитарное государство может быть государством городов, заинтересованным в том, чтобы места развивались. Скорее даже так: федерацией городов, чем территорий.

Деревня доживает

-- Я заметил, в своих работах вы слово "цивилизация" используете как синоним городского образа жизни:

-- А латинское слово civilis имеет как раз городские корни. И будущее - за городом. Группа альпинистов в далеких горах - это элемент городской культуры. Деревенское исчезает на глазах, кроме каких-то анклавов вроде ущелий на Алтае или в Дагестане, где это еще может гнездиться. Но в целом деревня кончилась. В этом смысле рекомендую книгу Татьяны Нефедовой "Сельская Россия на перепутье". На огромном материале показано, что у нас сельское хозяйство может быть эффективно только в радиусе 50-60 километров от города. Все остальное - сжигание горючки. Я это говорю без восторга, просто констатирую. Деревня доживает.

Город как навык

-- Человек ушел из деревни, а в город, похоже, еще не дошел. Достаточно увидеть грязные подъезды:

-- Гадят под себя! От слободского образа жизни. Я сегодня здесь есть, а буду ли завтра, не знаю. Два поколения должно пройти, прежде чем человек станет город-ским. Это в лучшем случае. Но и Москва здесь не очень отличалась, потому что гигантский приток населения 60-70-х годов привел слободскую публику, которая ни то ни се. И только ее дети начинают отчасти врастать в город.

-- Может, нам нужно больше говорить о том, что город - это не столько предметность, а прежде идея?

-- А это так и есть. Больше того, так всегда и было. Все города проектировались, это иллюзия, будто они сами собой возникали. Он проектировался как рамка, но он делался для готовых социальных отношений, которые воспроизводились в структуре города. А сейчас отношения перестраиваются. Поэтому сегодня этот процесс гораздо сложнее. И вытянуть сегодня новый город не удается даже, например, в Голландии. Есть там совершенно новый город - Алмире:

-- Жизнь так быстро меняется, что не удается зафиксироваться на этих отношениях?

-- Что до России, то настоящего мониторинга городов никто не делал, общегосударственной городской статистики нет, и корректировка этого процесса дается очень трудно. В этом смысле мы живем в плохо изученной стране. Что такое городское сообщество Челябинска? Оно, вероятно, состоит из десятков разных кругов, кружков, клубов и рассеянной массы неприкаянных - от футбольных фанатов до авангардистов. Это должно быть нанесено на карту:

-- И закончится тем, что будут элитные районы и трущобы.

-- Они будут в любом случае. Не допустить возникновения трущоб очень трудно. Это то, что я пытался продавить через нацпроект, но, увы, Москва не сразу строилась. Тема социального жилья, найма требует очень тонкой работы. Это не просто выдать квадратные метры на нос. Если вы даете мало, то необходимо компенсировать дефицит развитой инфраструктурой. И между районами должны быть нейтральные зоны, где важнее, как ты катаешься на коньках, чем какая у тебя куртка.

-- То есть это какая-то буферная зона между очень разными кварталами?

-- Они все равно останутся разными. Запад делает мудро, там давно и аккуратно распихивают самое дорогое подальше от глаз. Какое-нибудь Малибу - его снаружи не видно, идет себе приватная дорога, и все. У нас это настырно и нагло демонстрируется. По глупости в значительной степени. Надежда на одно: рано или поздно часть людей начинает страдать от того, что вокруг бардак. Вот тогда они ради своих эгоистических интересов вкладываются в то, чтобы его не было.

Эдинбург, Барселона, Денвер:

-- Вы много путешествуете. Какой город вам понравился?

-- Эдинбург. Удивительно комфортный город, причем сделанный в конце XVIII - начале XIX века и жизнеспособный по сей день.

-- И пробок там нет?

-- Нет, потому что он сделан очень умно. Барселона построена очень неплохо.

-- Но в Барселоне трущобы рядом с центром.

-- Ну это вы берете кусочки старого города. До них руки не доходят. Но это поправимо. А в целом это вполне приспособленный для жизни город. Денвер чрезвычайно интересен. Когда-то это был завод-ской город. Потом туда сбежалась "зеленая" публика, сменила власть, выработала другую программу - много чего сделала.

-- Стокгольм летом:

-- Он замечателен своей акваторией. Но там бы я не жил - скучно. Я человек столичного города. Не потому, что в столице есть театры, я их терпеть не могу. А потому, что для меня это единственно комфортная среда.

-- Какие критерии оценки города для вас являются главными?

-- Для меня лично первую позицию занимает свобода выбора. Далее идет возможность комфортной жизни. И третья - ощущение зрелого городского сообщества. Этот баланс между индивидуальной свободой и некоторой солидарностью, сотрудничеством и характеризует зрелый город.

Челябинск

-- Каким вы увидели Челябинск?

-- Одна вещь, которая меня тут привлекла. В Челябинске есть динамизм. Есть ощущение некоей вздернутости и активности, в некоторых крупных городах этого так не ощущаешь.

-- А чего здесь не хватает?

-- Здесь нет серьезных, крупных полуразвлекательных-полуобразовательных центров. Вот в унылом Ижевске есть здоровенный "Вавилон", котел, где полным-полно молодежи. Чего-то такого в Челябинске остро не хватает.

"Реальная политика"

-- Ваш образ благодаря телевидению стал узнаваем. Особенно всем нравится ваша трубка. У вас, наверное, целая коллекция трубок?

-- Нет, я не коллекционер по духу. Трубки у меня есть разные, но ничего сверхъестественного. Табак курю датский, второй номер, не из свирепых.

-- А как вы чувствуете себя в роли телеперсонажа? Вам нравится телевидение?

-- Нет.

-- Однако у вас неплохо получается.

-- Это другое дело. Телевидение же в целом отвратительно, непрофессионально. Но это важный инструмент.

Вячеслав Глазычев (67 лет) - поистине ренессансный человек. Капитан ВДВ запаса, доктор искусствоведения, профессор Московского архитектурного института, президент Национальной академии дизайна, член экспертного совета по нацпроектам, социолог, директор издательства, телеведущий. В 1987 году был председателем оргкомитета общества "Мемориал". Коренной москвич, он считается одним из ведущих экспертов по региональной политике, поэтому и возглавил комиссию Общественной палаты РФ по вопросам регионального и местного самоуправления. Вероятно, именно такой разносторонний человек, интеллектуал до мозга костей, и может разобраться в одном из самых сложных вопросов сегодняшней России.

Комментарии
Комментариев пока нет