Новости

Награду Анатолию Пахомову вручил замминистра обороны России Николай Панков.

По словам свидетелей задержания, активиста посадили в полицейскую машину и увезли в ОВД Дзержинского района.

По предварительной информации, площадь пожара превысила 400 квадратных метров.

Плакат у участников марша изъяли сотрудники полиции.

Несмотря на случившееся, Касьянов продолжил участие в памятном мероприятии.

Сообщение о возгорании автомобиля поступило на пульт экстренных служб в 05:53 с улицы Буксирной.

Чп произошло минувшей ночью в доме по улице Голованова.

Из-за аварии на энергосетях электричество в домах пропало в ночь на 26 февраля.

С 27 февраля за проезд придется платить 25 рублей.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Владимир Карачинцев: "В душе я всегда танцую"

25.12.2007

Свой 70-летний юбилей Владимир Петрович отмечал в родной для него филармонии. Вышел на сцену не только для того, чтобы принять поздравления. Еще и станцевал, доказав, что не утратил ни пластичности, ни четкости, ни художественного вкуса. Но сейчас он думает не о себе - об ансамбле, с которым связан почти 40 лет и которым последние 20 лет руководит в качестве менеджера.

- Владимир Петрович, какие у вас, директора, первейшие планы?
- Главное - чтобы коллектив работал, как часы.

Свой 70-летний юбилей Владимир Петрович отмечал в родной для него филармонии. Вышел на сцену не только для того, чтобы принять поздравления. Еще и станцевал, доказав, что не утратил ни пластичности, ни четкости, ни художественного вкуса. Но сейчас он думает не о себе - об ансамбле, с которым связан почти 40 лет и которым последние 20 лет руководит в качестве менеджера.

-- Владимир Петрович, какие у вас, директора, первейшие планы?

-- Главное - чтобы коллектив работал, как часы. Чтобы артисты были обеспечены работой, а также достойной зарплатой, что, увы, не всегда в моих силах. Стараешься вырвать гастрольные поездки, чтобы танцоры могли подзаработать. Суточные - это уже прибавка к зарплате, хотя и они пока мизерные. Особенно это ощутимо, когда мы выступаем в Москве.

-- Вас, наверное, не раз в столицу переманивали?

-- Было такое, правда, давно. Звали также в Болгарию и Германию. Я тогда работал еще без братьев. В ту пору на эстраде были востребованы современные танцы. Танцевал шейк, хали-гали, тустеп. Меня Вера Ивановна Бондарева пригласила к себе в коллектив "для усиления" состава, и я с ее ансамблем "Самоцветы" поехал на конкурс в Германию в город Гера. На наш спектакль пришли ребята из балетной труппы "Фридрихштадтпалас". Их руководитель предложил у них работать. Я говорю: "А как? Из Советского Союза не выедешь". "Мы через министерство культуры все устроим", - ответил он. Вскоре я одновременно получил официальные приглашения и из Германии, и из Болгарии, где мы тоже гастролировали. Но как раз начал создаваться ансамбль "Уральская скоморошина". Я остался в СССР.

-- Глядя на вас, моложавого оптимиста, думаешь: все у вас в жизни хорошо.

-- Не всегда. Не раз "Урал" был на грани развала. Какое-то время, в 90-е годы, мы сидели без зарплаты. Она, в принципе, и по сей день невелика. А труд у танцоров тяжелый. В коллективе остались фанаты, другие просто не выдерживают.

Помню, в конце 80-х надо было спасать положение. Поехал в Москву. Целыми днями торчал в зарубежном отделе Министерства культуры СССР, где меня знали еще по "Уральской скоморошине". Наш коллектив там любили. Мне сказали: "Жди - есть возможность поехать на гастроли в США". А "Урал" до того за рубеж ни разу не выезжал. И вдруг нашим ансамблем решили заменить гастроли Людмилы Зыкиной, а певицу, к ее неудовольствию, оставили для участия в правительственном концерте в честь 70-летия Советской власти. Поехали мы в США и Канаду. Я тогда уже выполнял обязанности директора коллектива.

-- На сцену не выходили?

-- В Америке тряхнул стариной. Танцевал "Скоморохов" и "Нанайскую борьбу".

-- Сколько стран объехали?

-- Около двадцати. Нынче "Урал" добрался до Италии, раньше как-то мимо колесили. Правда, самому мне так и не довелось туда попасть. Остался в Челябинске "на хозяйстве" : ремонт репетиционной базы, подготовка к спектаклю "Аркаим". Италия не уйдет: у меня прямые контакты с президентом фестиваля города Агридженто, что на Сицилии. Он постоянно зовет. Мы с ним знакомы по встречам во Франции, Бельгии.

-- А личное хозяйство у вас большое?

-- Челябинская квартира и дача на станции Кисегач на берегу озера Чебаркуль. Домику этому 27 лет, покупал его по сходной цене. Но на даче почти не бываю, запустил совсем - некогда.

-- Специалисты по танцам умеют руками мастерить?

-- Дома я все делаю сам. А в ансамбле у нас такие умельцы есть! Как-то отправились из Челябинска на новехоньком импортном автобусе в Москву, чтобы оттуда поехать на фестиваль в Бельгию. Под Юрюзанью попали в аварию, едва дотянули до столицы. В автосервисе сказали: "На ремонт уйдет неделя". А контракт? А штрафные санкции? Наши ребята вместе с мастерами за полтора дня починили автобус.

-- Владимир Петрович, как вы танцовщиком стали?

-- Так судьба распорядилась. У нас в семье было девять детей: две сестры и семь братьев. Отец работал на железной дороге. Он семью содержал, а мама нас воспитывала. Жили мы в военном городке, где теперь кинотеатр "Аврора", в небольшой квартире в двухэтажном казенном доме, а рядом земельный участок в 15 соток. Все удобства, как говорится, там, в огороде. Колонка с водой - километра за полтора. Отцу предлагали трехкомнатную квартиру на площади Революции. Отказался. Мы ведь с огорода кормились. Конец 40-х годов был самым голодным. Помню, по осени пекли с братьями печенки из картошки. По весне рылись в огороде: найдем мороженую картофелину и сварим.

Обстановка в городе была сверхкриминальная. Немало подростков сломало себе жизнь, связавшись с ворьем. А мы с братьями выбрали: клуб имени Ленина. Сначала старший брат Геннадий пошел в танцевальный коллектив, следом младшие потянулись. А не то пели бы где-нибудь блатные песни.

-- Но ведь не все дети, учившиеся танцевать, стали артистами. А вы стали.

-- Наталья Николаевна Карташова, знаменитый хореограф, сказала нам: "У вас, ребята, талант от Бога". Но это позже. А когда я, демобилизовавшись, пришел в филармонию, Наталья Николаевна усомнилась во мне: "Зря подался, Володя, на эстраду - больше двух лет не продержишься". Действительно, танцоры-эстрадники быстро сходили со сцены. Но у меня самолюбие взыграло. Нашел педагогов, стал рьяно заниматься. Был тогда холост, в филармонии просиживал сутками. По вечерам не пропускал ни одного концерта, даже к симфонической музыке пристрастился. И когда спустя годы Наталья Николаевна увидела, как я танцую, то заплакала, обняла и, поцеловав, сказала: "Молодец! Беру свои слова назад".

В душе я всегда танцую. Не могу сидеть в зале, когда "Урал" на сцене. Выглядываю из-за кулис. Каждую осечку болезненно переживаю, словно свою. Но замечаний артистам не делаю: это нетактично, для этого есть балетмейстеры. Теперь моя работа - административная. Правда, увидев грубую ошибку, не могу удержаться - иду и показываю движение.

-- Но хоть на семейных торжествах танцуете?

-- Так, ради шутки. Или когда душа рвется. А чаще поем. Это у нас от мамы, она любила петь. В 1973 году нас с братьями пригласили в Москву на Центральное телевидение вместе с нашей мамой. Шел "Голубой огонек" в честь 8 Марта. Ведущие спросили: "Вы прекрасно танцуете. А спеть можете?" Мы взяли маму в кружочек и запели "Черемушку".

Хорошие были годы! Всю страну объехали, на самых крупных площадках работали. Запросто общались со звездами эстрады: Махмудом Эсамбаевым, Эдитой Пьехой, Лидией Руслановой. Выступали вместе с ними. Помню, на 600-летие Калуги съехалось много знаменитостей - за кулисами стало тесно. Приходит Шульженко, а ей переодеться негде. "Ребята, хоть на порожек пустите", - попросилась она к нам. - "Клавдия Ивановна, пожалуйста!" Евгений Матвеев разрешил себя сфотографировать, а у него за спиной оказались двери с красноречивыми буквами: "М. Ж." Мы говорим: "Нехорошо, давайте отойдем". А он смеется: "Зачем! М.Ж. - Матвеев Женя" :

Гастролируя, мы по девять месяцев не бывали дома. Иногда пересядешь с одного поезда на другой - и дальше. Но и детей своих успевали воспитывать.

-- Сколько их у вас?

-- Трое: сын и две дочки. Все пошли по моим стопам. Сын Андрей окончил Пермское хореографическое училище. Живет в Германии уже 15 лет. Оттанцевал. Там профсоюз строго следит, чтобы танцоры уходили со сцены в 38 лет. Сейчас Андрею 45, он работает балетмейстером-репетитором в государственном театре в Гамбурге. Жена у него тоже танцовщица, она родом из Одессы. Двое их детей учатся в школе.

И средняя дочь Лариса пошла по этой стезе. Она у нас в "Урале" танцевала. Своего мужа "нашла" на гастролях: он был президентом фестиваля в Бельгии. Там они сейчас и живут. Моей внучке Настасье-Лорене скоро пять лет, она и по-французски говорит, и по-русски лопочет, даже частушки поет. Володе, сыну дочери от первого брака, 19 лет. К танцам он равнодушен.

Знаете, какой подарок они мне к юбилею сделали! В разгар праздника ведущий сообщает: "Тут к нам французы приехали". И выходят на сцену дочь, ее муж, внучка, внук. Я растерялся, едва не расплакался. Оказывается, все в филармонии об этом сюрпризе знали, кроме меня.

-- Дети не зовут вас к себе жить?

-- Они знают, что я не поеду. Во-первых, с языком проблема. Во-вторых, уральцы и сибиряки подвержены ностальгии - это неистребимо. У дочери дом хороший, уют, но там я в гостях. Что мне там делать?

Младшая дочь Вера работает вместе со мной. А еще у меня много племянников. Хотя у других братьев детей поменьше, чем у меня: у кого два, а у кого и один ребенок. Знаете, большая семья приучает все невзгоды переносить стойко. Смотрю на молодых артистов и замечаю: столкнувшись с малейшей проблемой, начинают ныть. Никому не желаю пережить то, что пережила наша семья. Но нас трудности закалили. Помню, были с эстрадным коллективом в Красноярском крае. Сибирь, мороз. Километров за 15 до места прибытия у нас сломался автобус, застряв в сугробе. Все прижались, никто с места не двигается. Недолго и замерзнуть. Мы с одним артистом, проваливаясь по пояс в сугробах, добрались до почты и позвонили главе города. За нашими артистами выслали транспорт. Был еще случай в Челябинской области. За десять километров от Увелки наша "Газель" встала - и ни в какую. Я пошел искать спасения. Страшновато, а что делать? Артисты костерок развели, греются, а Владимир Петрович через лес чешет. Пришел в клуб, нашел директора. Вызволили артистов.

-- Благодаря такой подвижности вы и не стареете.

-- Да уж, в кабинете подолгу не засиживаюсь. За день раз пятнадцать сбегаю из здания до дирекции. Каждое утро в 9.00 я уже на работе. И начинаются звонки, хлопоты, обсуждение планов на будущее. Думаем о реконструкции здания, в котором располагается репетиционная база "Урала". Оно старое, но крепкое. Стены такие толстые, что выдержат еще два этажа. Будет у наших артистов свое общежитие. Народников сейчас мало осталось, их беречь надо:

Беседу вела Лидия САДЧИКОВА

Владимир Петрович Карачинцев родился в 1937 году в Челябинске. Окончил Архангельское культурно-просветительное училище. Работал артистом Челябинской филармонии сначала как солист, потом в составе ансамбля "Уральская скоморошина" вместе с пятью своими братьями.

С 1990 года - директор ансамбля танца "Урал" Челябинского государственного концертного объединения.

Комментарии
Комментариев пока нет