Новости

От «Сафари парка» до набережной в районе санатория «Солнечный берег».

Смертельное ДТП произошло на автодороге Култаево-Мокино.

100 специальных станций для зарядки экологичных электромобилей.

Массовое побоище произошло в Советском районе города на Обской улице.

Для детей и подростков, победивших тяжёлый онкологический недуг.

В ночь на понедельник в Свердловском районе города загорелся двухэтажный жилой дом.

По словам очевидцев, среди ночи они услышали страшный скрежет и грохот ломающихся конструкций.

Накануне 35-летний дебошир предстал перед судом.

Выпавший ночью снег создал восьмибалльные заторы на дорогах областного центра.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Уборка квартиры после ремонта цены - лучшие цены по ссылке.
Заказать аквагрим, подробности на сервисе Юду.
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Я не виноват, что еще живу

29.02.2008
За четыре года мытарств по больницам залечили чуть не до смерти

Пишет вам инвалид I группы. Мне 55 лет, но у меня только руки и голова шевелятся, остальное, можно сказать, мертвое.
Я заболел в начале 2004 года. Пока было терпимо, в больницу не ходил. Ближе к лету начались боли в спине, и я обратился в поликлинику N 14 по месту жительства.

За четыре года мытарств по больницам залечили чуть не до смерти

Пишет вам инвалид I группы. Мне 55 лет, но у меня только руки и голова шевелятся, остальное, можно сказать, мертвое.

Я заболел в начале 2004 года. Пока было терпимо, в больницу не ходил. Ближе к лету начались боли в спине, и я обратился в поликлинику N 14 по месту жительства. Терапевт направила меня к невропатологу, женщине предпенсионного возраста, та назначила таблетки, уколы, но без результата. Я жаловался на боли, она лечила меня то теми, то другими препаратами как подопытного кролика. Но толку никакого не было. Чтобы ходить на работу (я электрик по специальности), принимал обезболивающие.

Когда старая невропатолог уволилась, новая только руками развела, посмотрев мою карту: "Не знаю, чем вас и лечить!" И направила на рентген позвоночника. Рентгенолог сделал снимок и ахнул: патологический компрессионный перелом позвонка Д 7 и 6. Врач моя тут же пишет мне направление в онкологию Советского района.

Представляете, в каком состоянии я вышел из поликлиники? Для моих домашних это тоже было громом среди ясного неба. Что делать дальше? Нестерпимые боли заставили идти в онкологию. Там назначили кучу обследований и анализов. Потратил на это массу времени и сил, а результат тот же: компрессионный перелом без первоначального очага. Предложили прийти через месяц. Я говорю: "У меня боли дикие, помогите!" Выписали больничный, и все.

Я выдержал месяц и снова сюда. Послали меня на УЗИ брюшной полости, другие исследования назначили. Тянут время, гоняют от врача к врачу, а мне все хуже и не знаю, что делать, работаю из последних сил.

Решил времени не терять, не ждать, когда врачи скажут, что уже поздно, ничем не можем помочь. Добился консультации в областной онкологии. Онкохирург диагноз подтвердил и дал направление в радиологическое отделение, где мне назначили 5 сеансов лучевой терапии (с 25 по 30 декабря 2004 года). Сразу дали направление на медкомиссию ВТЭК. Ужас, сколько бумаг всяких пришлось собрать. С 16 января 2005 года оформили II группу инвалидности без права трудоустройства.

Целый год я ходил от одного специалиста к другому. Нейрохирург никакой онкологии не признал. Известный ортопед-травматолог Н. Полляк тоже удивился: какая онкология, если тебе ни разу биопсию не делали! Костный туберкулез тоже не подтвердился. А мне с каждым месяцем становилось все хуже: правая нога начала неметь, и я ходил уже с палочкой.

Тем временем подошел срок перекомиссии ВТЭК. Там словно издевались надо мной: II группу инвалидности сняли и дали III с трудоустройством. Даже порекомендовали, кем мне лучше работать - грузчиком или разнорабочим. С тем и ушел.

Мои лечащие врачи очень всему этому удивились, онколог и невропатолог отправили меня на перекомиссию. Она состоялась в феврале 2006 года и оставила все без изменений, хотя нога у меня уже онемела.

Сразу после перекомиссии меня положили в отделение неврологии горбольницы N 1. Снова меня посещали самые разные специалисты, показывали меня и профессору, и студентам. А к 8 Марта выписали, хотя нога онемела уже выше колена. Потом была горбольница N 3 и новое обследование на всех аппаратах вплоть до томографа. Собирали консилиум, приглашали нейрохирурга и снова положили в первую горбольницу. Ходить я уже не мог, носили на носилках, всем я был в тягость и больше всего на свете хотели от меня избавиться.

Потом снова была третья горбольница, теперь уже урология. Сделали операцию на мочевом пузыре. Ночь пролежал в реанимации, а потом меня на каталке затолкали в проход между койками восьмиместной палаты.

Жена моя всего этого не выдержала и пошла в министерство здравоохранения области. Каких усилий ей это стоило, но добилась направления меня в областную больницу для обследования в диагностическом центре.

Две недели меня там обследовали на самой современной аппаратуре разные специалисты. И трижды в день кололи обезболивающие, не было сил уже терпеть эти боли. Так ни с чем меня и забрали домой.

Что было делать? Снова через друзей и знакомых обратился к нейрохирургу дорожной больницы Александру Маркову (я был у него на консультации, когда еще мог ходить). Он - кандидат медицинских наук, врач от Бога с золотыми руками. Он удивился, увидев меня в таком состоянии, но в помощи не отказал. Новое обследование я прошел в частной клинике, грязелечебнице. Онкологический диагноз не подтвердился. На МРТ обнаружили уплотнения спинного мозга позвоночника. Мне поставили новый диагноз: арахномиелит. В дорожной больнице Марков и его коллеги сделали мне операцию. Благодаря им я все еще живой. Три месяца пролежал в этой больнице, где и лекарства все есть, и кормят хорошо, и действительно выхаживают больных. Мне вылечили здесь и страшный некрозный пролежень.

После моего спасения в дорожной больнице обратился к вице-губернатору области Андрею Косилову с просьбой помочь снять с меня онкологический диагноз. Иначе мне просто отказывались назначать какое-нибудь лечение. Он помог очень быстро. Ко мне домой приехали два главных специалиста - нейрохирург и невролог. Они посмотрели все мои документы и направили на лечение в реабилитационный центр травм позвоночника в Еманжелинск.

В этом центре очень тяжелые больные: кто на производстве пострадал, кто в аварию попал и т.д. Ухаживать за нами - адский труд. А условий никаких. Вот и едем в больницу со своими лекарствами, продуктами, электроплиткой, бельем, телевизором. Единственное, что туда влечет, - безотказный медицинский персонал. Врачи, сестры, санитарки помогают нам во всем: и сварить, и постирать, и помоют, как в бане, и накормят. И отделение содержат в чистоте. Низкий им за все это поклон!

Я же не виноват, что все еще живу. Родная медицина довела меня до такого состояния, когда ты всем в тягость. Вместо такой жизни я бы выбрал эвтаназию, но она у нас запрещена.

Николай НЕФЕДОВ, инвалид I группы

Комментарии
Комментариев пока нет