Новости

Вместо 12 месяцев на посту парень может провести два года на нарах.

На базе местного НИИ травматологии и ортопедии планируется открыть еще один нано-центр.

Найден таксист, который превратил своего пассажира в Шрека.

В Омской области неизвестный своим автомобилем травмировал женщину.

Коуч сибирских хоккеистов Андрей Скабелка подал в отставку.

Спасатели ведут активный поиск любителей подледного лова, которых замело на водоеме.

Идет работа по присвоению статуса «Памятник науки и техники» уникальному экспонату.

Двусмысленные плюшевые игрушки могут навредить психике детей, считают пользователи соцсетей.

Извращенцы более семи лет совершали преступления в отношении девочки.

Праздничную акцию проводит МУП «Челябавтотранс» 20 февраля.

Loading...

Loading...




Реклама от YouDo
Свежий номер
newspaper
Каким станет выступление ХК «Трактор» в плей-офф сезона 2016 – 2017?





Результаты опроса

Дело было в Апостолово

20.05.2008
72-летний капитан милиции в отставке Владимир Чунихин в юном возрасте пережил фашистскую оккупацию

Виктор РИСКИН
поселок Увильды

9 мая 1945 года Владимир Чунихин вытащил хорошо смазанный ППШ, воткнул приклад автомата в навозную кучу, где когда-то прятался его дружок Яшка, и выпустил в воздух весь диск из 96 патронов. Так он отпраздновал капитуляцию фашистской Германии. И тут же на его спину посыпались удары коромысла: мать не поощряла своеволия и проказов девятилетнего сына.

"Нимцы едуть!"
- Месяц потом синяки не сходили, - смеется Владимир Антонович Чунихин, - мать у меня очень строгая была.
С 72-летним капитаном милиции в отставке мы беседовали на веранде его квартиры в поселке Увильды.

72-летний капитан милиции в отставке Владимир Чунихин в юном возрасте пережил фашистскую оккупацию

Виктор РИСКИН

поселок Увильды

9 мая 1945 года Владимир Чунихин вытащил хорошо смазанный ППШ, воткнул приклад автомата в навозную кучу, где когда-то прятался его дружок Яшка, и выпустил в воздух весь диск из 96 патронов. Так он отпраздновал капитуляцию фашистской Германии. И тут же на его спину посыпались удары коромысла: мать не поощряла своеволия и проказов девятилетнего сына.

"Нимцы едуть!"

-- Месяц потом синяки не сходили, - смеется Владимир Антонович Чунихин, - мать у меня очень строгая была.

С 72-летним капитаном милиции в отставке мы беседовали на веранде его квартиры в поселке Увильды. Встретил он нас у подъезда, где стояла будка с суровым с виду псом по кличке Пират.

:Село Апостолово Днепропетровской области немцы оккупировали в первые месяцы войны. За несколько дней до вторжения к вокзалу (Апостолово в то время было узловой станцией) потянулись подводы с людьми и стада коров. Тут и налетели самолеты с крестами. У шестилетнего Вовки до сих пор стоят в ушах крики, мычание, а в глазах - пылающие вагоны. И запах горящей жареной говядины: Пришлось поворачивать обратно. А на другой день улицу прорезал истошный вопль матери Вовкиного дружка Кольки Рожкова: "Ой, лишеньки, нимци едуть!"

-- Я, конечно, тут же выскочил из дома, - рассказывает Владимир Антонович. - Смотрю, по дороге движется колонна мотоциклистов. Мать кричит из окна: "Вовка, тикай до дому!" Я кинулся назад. А они за мной едут и гогочут. В дом вбежал, мать меня и двух моих младших братьев, Кольку с Петькой, схватила и в клуню спрятала. Немцы во двор влетели, но не в дом полезли, а в сарай. Похватали кур и поехали дальше.

Спустя несколько дней немцы объявили общий сбор. Сказали, что в деревенском укладе ничего не изменится. Все так же надо работать с утра до вечера, собирать урожай зерновых, в садах - фрукты, сдавать все в заготконтору.

И еще один вопрос стоял на этом "колхозном собрании". Эсэсовец через переводчика объявил: "Кто знает, где живут евреи, сообщить в штаб!"

Сообщать было кому. Немногочисленный отряд оккупантов скоро пополнился множеством полицаев, по своей злобности и жестокости превосходивших матерых эсэсовцев.

Схрон под буртом

Евреев вычислили быстро. Собрали и на шести бричках повезли за село к глиняному карьеру. На одной из подвод сидел и сын горбуна-часовщика с черными как смоль курчавыми волосами - дружок Вовки десятилетний Яшка. На одном из поворотов он, почти невидимый в дорожной пыли, стремительно соскочил, пулей бросился в высокий бурьян и исчез.

Вечером мать сунула Вовке миску с двумя вареными картошинами, сырой морковкой и куском жмыха. Велела осторожно снести к навозному бурту, оставить там и тут же вертаться обратно. Предупредила: "Тильки тыхенько!" Вовка так и сделал. Но на третий день не утерпел. Поставил миску с очередной порцией у лаза в навозную кучу, а сам затаился за углом. Из убежища высунулась тонкая рука и схватила миску. На какой-то миг показалась и голова. Вовка, забыв о запрете, бросился к матери: "Мамо, там не Яшка, там какой-то дядько весь белый!" Уже позже мальчик сообразил: то был его друг Яша, только за несколько дней его черные кудри стали седыми. Спустя какое-то время Яша пропал. Нашли ли для него другое убежище или отвели к партизанам, так и осталось тайной.

А на глиняный карьер, несмотря на строжайший запрет матери, Вовка с пацанами все-таки сбегал. На третий день. Только разбросанные вещи намекали, что здесь произошло нечто ужасное. Да тонкий слой глины все еще едва заметно вздымался и опадал.

Немцы "уплотнили" семью Чунихиных. Выгнали всех четверых на маленькую кухню, а сами заняли большую комнату. Входить в нее, естественно, было запрещено. Но как остановить мальчугана, который слышит за стенкой музыку и песни на непонятном языке?

-- Радио у нас никогда не было, - объясняет свое любопытство Владимир Антонович, - поэтому мне и хотелось поближе рассмотреть, шо цэ за штука.

Кабель для монисто

За разглядыванием радиоприемника и застал мальчика немец. Сложил в несколько слоев газету и отхлестал пацана по щекам: Когда Вовку наказывала мать, он обижался, но понимал: она это делала из опаски за него, проказника и озорника. Чтобы стерегся, не лез на рожон. Тут же другое. В его доме его унизительно, с издевательской насмешкой бил ни за что чужой человек. Да, он сильнее, у него оружие! Но он враг, и этим все сказано.

Вот так Вовка решился объявить неравный бой превосходящим силам противника. Толкало его на это в том числе и любопытство, превозмогающее страх и заставляющее забывать про осторожность.

-- Как-то я заметил будку на колесах, а возле нее часового, - вспоминает обстоятельства своей первой "диверсии" Владимир Антонович. - Смотрю, на колесе лежит набор блестящих батареек для радиостанции. Я подкрался к солдату сзади и стащил этот блок. Прибежал домой, залез под кровать, завесился одеялом и стал пускать в темноте искры, соединяя между собой проводки.

Как ни хоронился Вовка, а его "партизанскую" вылазку заметил сосед. Он и сказал матери: "Слышь, Надька, тебя ж расстреляют, если узнают!" Она к сыну: "А ну вылазь, доставай, что там у тебя есть!" Вовка получил свою порцию трепки, а батарейки мать выбросила в зацементированную яму для хранения воды.

В следующий раз Чунихин поддался на уговоры местных девчонок. "Вовка, - умоляюще попросили они товарища по играм, - нам монисто не из чего плести, где взять, не знаем!" Зато знал Вовка. Он давно приметил у немецкого штаба толстый кабель с множеством металлических проводков в цветной изоляции. Лучших украшений в девичьи косы не придумать.

-- Взял я тесак и под вечер пошел к двум кирпичным баракам, самым большим строениям в селе, - рассказывает отставной капитан. - Там находилась вся немецкая контора. Окна открыты, свет, музыка. Сам кабель выходит из окна и - в землю. Но с полметра на поверхности для меня достаточно. В общем, рубанул!

Свет и музыка тут же смолкли. Раздались крики, топот ног. Сжимая в руках кусок кабеля, наш лазутчик бросился бежать. Он уже сворачивал за угол барака, когда вслед ему раздалась автоматная очередь. Но пули только покрошили кирпичи, обдавшие спину маленького беглеца коричневой пылью. Немцы обшарили все село в поисках дерзкого диверсанта. А тот в это время сидел у печной трубы на чердаке: того самого немецкого штаба: сообразил сорванец, что у себя под носом фашисты искать не догадаются.

Последняя порка

За ночной переполох Вовке опять влетело: Одна из девчонок поведала своей матери, откуда в ее косах красивые колечки. А та - уже Вовкиной.

-- Ну, тут уж она меня порола по большому счету, - вздыхает Владимир Антонович. - И не чем-нибудь, а сыромятным поводком от лошадиной уздечки.

Это приключение было последним в биографии отважного апостольского Гавроша. Подходила Красная армия, и немцы спешно покидали село. Отступая, оккупанты жгли собранный хлеб, а полицаи угоняли последнюю скотину.

Вовка же вновь был в поиске. На этот раз его интересовало оружие. У одного офицера-танкиста, пристававшего к его матери, он увел "вальтер". Что касается двух автоматов - немецкого и нашего, то и по сей день Владимир Антонович не признается, как они у него оказались. Говорит только, что после того памятного салюта с навозной кучи оба ствола он обильно залил пушечным маслом, закатал в солдатскую шинель и схоронил под домом. Может, и по сию пору лежат!

Дальше судьба Чунихина пошла зигзагами. Окончил ФЗУ, работал на секретном заводе, выпускавшем ракеты знаменитого конструктора ракетно-космической техники Михаила Янгеля. Но так получилось, что пришлось ехать на Урал, в Челябинск. Здесь пошел служить в линейный отдел милиции. Ловкий, быстрый, отчаянный, один на один выходил на поездных воров. Догонял, если бежали, скручивал, если сопротивлялись. Даже вне службы оставался на посту. Однажды за рулем в Челябинске сделал замечание двум парням, переходившим дорогу на красный свет. Один в ответ ударил бутылкой. Окровавленный, Владимир выскочил из машины и погнался за хулиганом.

-- Чувствую, что упускаю, - говорит Чунихин, - кричу встречному мужчине, мол, помогите, я сотрудник милиции. Тот выхватывает из кармана свисток. Оказался тоже милиционером. Вдвоем этого гада и взяли. Три с половиной года отсидки получил.

Завершил службу наш герой на высоком посту - главным государственным инспектором по труду системы МВД Челябинской области. Предлагали и дальше работать. Но решил уйти в отставку и сменить челябинское жилье на чистый увильдинский воздух. Благо само озеро буквально в нескольких шагах. Есть где разгуляться самой большой страсти - рыбалке. И не остановить эту страсть никакими не менее опасными, чем в детские годы, приключениями: заядлый рыбак, он трижды под лед проваливался!

Не получается у Владимира Антоновича остепениться, вести себя соответственно своему возрасту. Но перед 9 мая он обычно серьезнеет. Вновь ощущает в руках влажный автоматный приклад и грохот победных очередей над буртом, где когда-то скрывался его внезапно поседевший дружок Яшка.

Комментарии
Комментариев пока нет